Космический замуж. Любовь прилагается (СИ) - Валери Лия

«Нет. Нет, нет, нет, нет…»

Пальцы дрожали, когда я отщёлкнула первую капсулу. Вместо прозрачного, слегка мерцающего голубым геля, в котором плавали нежные лепестки, меня встретила мутная, коричневатая жижа. Запах тлена ударил в нос. Второй образец. Третий. Все восемь. Все до одного. Разложившиеся, безнадёжно испорченные. Месяцы поисков. Единственная надежда. Находка, едва не стоившая жизни бабушке. Моя работа, мои расчёты, моя… ответственность. Всё превратилось в зловонную кашу.

Горячие слёзы тут же навернулись на глаза, но я с яростью смахнула их. Слёзы ничего не исправят. Нужно думать. В чём дело? Я всё сделала правильно! Стандартные протоколы стабилизации для нежных ксенообразцов. Капсулы были проверены, запечатаны, режим выставлен…

В комнату вошли Хоук и Грэйв, словно почувствовав мою панику.

— Образцы… — мой голос звучал глухо, без прежней обвинительной силы. — Все испорчены. Лаборатория не работает. Я… я не понимаю, что случилось. Вчера всё было в порядке.

— Успокойся, — сказал Грэйв, обнимая меня. — Показывай.

— Я уже всё проверила, — слабо махнула я рукой. — Капсулы разморожены. Может, поломка… или дефект с завода. Батарея, может, села…

— Или кто-то был в комнате, — тихо добавил Грэйв, его взгляд стал острым. — Камеры в коридоре никого не фиксировали, кроме нас. Но есть другие способы.

Он поднял руку, активировал голобраслет, и над его запястьем замигало голубое голографическое меню. Он пролистал несколько окон, найдя журнал внутренних датчиков дома — системы безопасности, которые отслеживали перемещения тепловых сигнатур в ключевых зонах.

— Смотри, — он увеличил изображение временной шкалы. — Ночью, в 03:47… тепловая сигнатура входит в твою лабораторию. Небольшая. Не наша.

— Может бабушка, — предположил Хоук, стоя за его плечом.

— Но зачем ей туда… — я недоговорила.

Её любопытство. Её тяга ко всему блестящему, мигающему. Она могла зайти, увидеть мигающие огоньки приборов, потрогать кнопки…

Пока мы с Грэйвом выясняли это, Хоук отошёл в сторону и поднёс к уху комник.

— Алло? Да, слушай. Срочно. Все образцы «Слёзы», что собрали вчера на поляне, — немедленно сюда. Всё, что есть. Да, все. И найдите Стива, того инженера, что с медоборудованием работал. Пусть приезжает, разберётся, что с аппаратурой. Цена? Какая, к чёрту, разница! Сделайте!

Он отключился и кивнул нам:

— Новые цветы будут через полчаса. Специалист — через час. Разберёмся.

Их решительность, их мгновенная реакция удивили не первый раз.

— Я пойду к ней, — сказала я тихо. — Спрошу.

— Иди, — согласился Грэйв, не отрываясь от данных с браслета. — Мы тут проверим логи системы, вдруг, что ещё найдём.

Я нашла бабушку в её комнате. Вернее, она устроила себе «салон красоты» посреди гостиной. На столе перед зеркалом был хаотично разбросан её какие-то цветы и веточки, несколько кисточек и… кухонные ножницы. На голове у плюшевого единорога красовалась заколка, а сама бабушка, увидев меня, заулыбалась.

— О, ты как раз вовремя! Я готовлю званый вечер. Самый модный на всём Экзоне. Хочешь, я тебе сделаю причёску? Как у принцессы с летающей тарелки!

— Бабуля, — осторожно начала я, садясь рядом. — Скажи мне честно. Ты вчера ночью заходила в мою комнату? Туда, где много красивых огоньков?

Она надула губы, сделав вид, что глубоко задумалась.

— Это секрет парикмахера! — объявила она. — Я отвечу только тому, кто даст себя подстричь. Мне нужна модель!

В этот момент в дверях появился Хоук, привлечённый нашими голосами. Услышав последнюю фразу, он замер, потом медленно вошёл в комнату. Его взгляд встретился с моим.

Он, не говоря ни слова, подошёл к креслу, которое бабушка гордо называла «парикмахерским троном», и тяжело опустился в него.

— Волосы же не зубы, отрастут. Начинайте. Только имейте ввиду, Мария Андреевна, вы обещали ответить на вопрос Ульяны, — сказал он спокойно и обратился ко мне. — Надеюсь, ты меня потерпишь, если я похожу пару недель лысым. — Он повернулся к бабушке, которая замерла с ножницами в руках. — Ну что, маэстро? Искусство требует жертв, так вроде у вас на Земле говорят?

Я смотрела на эту сцену, и комок подступил к горлу. Он готов был обрить себя налысо. Ради того, чтобы бабушка рассказала правду.

Ради меня.

Бабушка, сияя, важно подняла ножницы.

— Очень храбрый дядя! Молодец! — объявила она. — Ну ладно, раз такой хороший клиент… Да, я заходила! Там такие красивые огоньки мигали, как звёздочки! Я хотела поймать одну, чтобы подарить тебе… но они все вдруг погасли. И стало скучно.

Всё стало на свои места. Простое, детское любопытство. Невинная шалость, которая едва не стоила нам всего.

Глава 20

Новые образцы привезли через полчаса, как и обещал Хоук, суровыми на вид ребятами из команды братьев. Специалист, появившийся вместе с ними, который должен был проверить лабораторию на поломки и сбои, оказался пожилым, молчаливым инженером по имени Стив, который, лишь пробормотав «не дело такое оборудование без присмотра оставлять», погрузился в диагностику.

Через двадцать минут он вынес вердикт: «Перегорел блок управления питанием капсул от скачка в сети. Резервный аккумулятор, действительно, был разряжен. Заменил. Система чиста».

Он взял щедрую плату, кивнул и удалился, оставив мне работающую лабораторию и вчерашние данные, которые чудом сохранились в облачном модуле.

На этот раз я была как хирург перед сложнейшей операцией. Каждое действие, каждый шаг протокола был перепроверен дважды. Я запечатала новые кристально-свежие лепестки в капсулы, убедилась, что зелёные индикаторы горят ровно, запустила длительный цикл первичного анализа. Теперь оставалось только ждать. Восемь часов.

Сделав всё, что могла, и чувствуя, как от напряжения уже начинает потряхивать, я вышла из своей спальни, превращённой в лабораторию, в общую гостиную. И замерла на пороге.

На диване, с виду погружённые в изучение карты на планшете, сидели Грэйв и Хоук. И оба были… подстрижены. Причём радикально.

Густая, всегда чуть взъерошенная шевелюра Хоука, которую он обычно зачёсывал пальцами назад, теперь была коротко выстрижена по бокам, а на макушке оставлены чуть более длинные пряди. Это не было «под ноль», но было очень, очень коротко. И, что удивительнее всего, шрам над его бровью, обычно скрытый прядями, теперь был на виду, придавая его лицу ещё более опасный вид.

Грэйв… Грэйв, чьи тёмные волосы всегда были безупречно уложены, пусть и без излишнего пафоса, теперь тоже был коротко подстрижен. Обнажилась чёткая линия скул, сильная шея. Теперь его взгляд стал ещё пронзительней стальной.

У меня отвисла челюсть.

— Когда?.. — вырвалось у меня. — Вы… что с вашими головами? Кто вас так?

Хоук поднял на меня взгляд, и на его лице расплылась довольная ухмылка.

— Так бабушка твоя, — ответил он. — Я думал, будет намного хуже. Она настоящий мастер.

Грэйв, не отрывая глаз от планшета, добавил ровным голосом:

— А я за компанию. Она настаивала, что для баланса энергии в комнате нужны две одинаково подстриженные головы. Аргумент был… неожиданным, но убедительным.

Я подошла ближе, всё ещё не веря своим глазам. Обошла диван, изучая их новые образы. Нужно было признать.

Короткие волосы Хоука подчеркнули мощь его шеи и плеч, сделали его похожим на гладиатора или бойца подпольных арен, что, в общем-то, было недалеко от истины.

А Грэйв… с этой стрижкой он казался ещё более собранным, сфокусированным и опасным. Он выглядел так, будто мог одним взглядом разобрать и собрать любой механизм, включая человеческий.

— Искусство требует жертв, — хрипло рассмеялся Хоук, заметив моё пристальное внимание.

— Вам, конечно, стрижки идут, но судя по тому, что сказал Стив, жертва была напрасной, — я с сожалением покачала головой.

— А что сказал Стив? — переспросил Хоук.

— Что «Перегорел блок управления питанием капсул от скачка в сети. Резервный аккумулятор, действительно, был разряжен», — я повторила слова Стива, даже интонацию сделала немного похожей.