Мерзавцы! Однозначно (СИ) - Матвиенко Анатолий Евгеньевич

И что в результате, страна рукоплескала, по Москве и Петрограду прокатывались демонстрации в поддержку СПР и лично Седова? Как бы ни так. Народ понятия не имел об альтернативе, никто не знал, какой входила в 1920 год другая Россия, названная РСФСР, разорённая, разрушенная, обескровленная Гражданской войной, красным террором, военным коммунизмом и продразвёрсткой, потерявшая более десяти миллионов погибшими и сбежавшими из коммунистического ада, спасибо товарищу Ульянову и его банде отморозков. Кто оценит, что Седов отвёл эту напасть от страны, ликвидировал главного плешивого подонка и его ближайшее окружение — Зиновьева, Сталина, Дзержинского, оставшихся большевиков, от кровожадного Лациса до бесхребетного Калинина, пристроил в госаппарат на пользу дела… Всё равно недовольны!

Допросы Мей Петерс перед депортацией в Британию позволили выявить мощный заговор в верхушке НКГБ. Нарком каким-то образом узнал или догадался, что Седов собственноручно грохнул «вождя мирового пролетариата», считал, что рыночные реформы в России с сохранением всех форм частной собственности и отказ от поддержки германского восстания являются в чистом виде «предательством пролетарской революции». Латыш честно и эффективно исполнял обязанности главы ВЧК, ограничиваясь сотрудничеством с британцами в расчёте на их помощь, и одновременно готовил переворот. Было арестовано свыше трёх десятков чекистов, пяти или шести удалось сбежать.

Чистка в наркомате привела к изменению национального состава, резко снизилось представительство ультрарадикальных латышей, стало больше поляков, русских, евреев. Именно евреи составили ядро внешней разведки с задачей установить контакты с марксистскими организациями Западной Европы, тоже преимущественно еврейскими, новый интернационал должен был стать чем-то вроде всеевропейского ЦРУ. Если кто-то в центральном аппарате НКГБ и выжил из сочувствующих группе Петерса, то сидел, не отсвечивал и тщательно нёс службу.

Седов не понимал поначалу, на что рассчитывали заговорщики. Госаппарат, экономика, армия, полиция уже устоялись. Вертикаль власти, жёстко подчинённая Президенту, не рассыплется от его смены… Он просчитался. Банда Петерса чётко ориентировалась на недовольство рабочих крупных городов, подогреваемое оппозиционными социал-демократами и христианскими демократами.

В Москве, Петрограде и прилежащих губерниях разорились мелкие и средние предприятия, жившие с 1914 года военными подрядами, за год после войны не приспособились к изменениям, вошли в убытки и были окончательно уничтожены волной забастовок, накрывших обе столицы под Новый год. Вышла боком национализация «Дукса» с выплатой брежневских долгов, другие протестующие требовали взять на бюджетный буксир и их фабрики. Никакие заверения, что в 1920 году начнётся массовый набор во вновь открывшихся компаниях, рабочих не успокоили, их лозунгом было: «Нам прямо сегодня нечего жрать!»

В Москве, Петрограде, а также в Киеве и Риге пришлось ввести военное положение, выпустить на улицы военные патрули. Бастующие рабочие тут и там устраивали митинги, требовали отставки «буржуазного правительства» и социальных гарантий, словом, возвращали страну в хаос 1917 года. По традиции более всех протестовал пролетариат Северной Пальмиры, там к всероссийской стачке и всеобщему гражданскому неповиновению призывали социал-демократы Николая Бухарина.

Терпение Седова лопнуло. Только «оранжевой революции» ему не хватало. Тем более революционной ситуации в чистом виде не сложилось, недовольство проявила очень небольшая группа горожан. Но очень громкая. Их придётся задавить, невзирая на возмущённый вой обиженных.

Он отозвал Лациса из Сибири, собрал в Кремле общее совещание глав силовых наркоматов — военного, внутренних дел и госбезопасности. Без предисловий и поздравлений с Православным Рождеством (по старому стилю), влепил:

— Уверен, что взрыв недовольства связан с происками британской разведки. Они, суки мрачные, вертят носом из-за перегона к нам линкора и подводной лодки, разоблачения группы Петерса и расширения влияния в Азии. Словом, у сэров накипело. Пользуются, что Россия ещё не вызрела для демократии. У них внутри несогласие выражается цивилизованно — требованием досрочных выборов, вынесением проблем на рассмотрение в парламенте. Наши долботрахи готовы по любому поводу вывалить на улицу и орать «долой власть». Что эта власть демократически избрана большинством населения, мерзавцам насрать.

По лицам видел: присутствующие согласились потому, что сами так думали, а не из чинопочитания перед Президентом.

— Отдать приказ патрулям действовать жёстче? — уточнил Фрунзе.

— Да! Но одно только это не спасёт. Уроды-подстрекатели начнут изображать задержанных жертвами военно-полицейского произвола, зазывая на новые протесты. Менжинский! У госбезопасности есть доказательства, что Бухарин взял британские деньги на подрывную деятельность?

— Прямых нет, но…

— Бездарь! — взвился Седов. — Товарищ Лацис, вам Петроград хорошо знаком. Поднимайте старые связи, землю ройте, но доказательства дайте! А после ареста этих обормотов — кладите мне на стол их чистосердечные признания.

Фактически приказал выбить показания. В кабинете находились только они пятеро. Президент не допустил на это совещание никого из техперсонала, даже Ольгу. Хватит!

Накидали план действий. Кроме прямых военно-полицейских репрессий Седов потребовал вывести на улицы столиц отряды ревмола, пообещав: каждая отличившаяся в борьбе против бунтовщиков группа получит летательный аппарат из «Дукса» и инструктора. Хотите в воздух под лозунгом «Ревмолец на самолёт»? Заслужите!

Радио. Газеты. Мобилизовать всех! Православная церковь пусть осудит негодяев, вождей предаст анафеме. Не хотите по-хорошему, получится как всегда.

В качестве последней меры перед наступлением над страной прогремел указ Президента о создании «чёрных списков». Каждый задержанный во время беспорядков, либо о ком имеются сведения об участии в таковых деяниях, более не вправе поступить на казённый завод, в том числе в товарищество с долей казённого капитала, не может нести службу в казённых учреждениях. Когда диктовал текст секретарше, Ольга Дмитриевна спросила, остановив стук пишмашинки:

— Леонид Дмитриевич, как назовём нарушителей?

— Ясно же: иноагенты, мать их… Не, не поймут это слово. Пусть будут «враги революции и трудового народа».

— Враревтрунары… — Ольга пробовала сочинить сокращение в популярном для тех лет духе. — Нет, не звучит.

— Вэ-эРы! Что непонятного? Как подвесим за яйца пару директоров, что осмелились принять ВР на работу, не сверившись со списком, так сразу количество ВР пойдёт на спад, жрать-то хочется. И в частные лавки спустим: не желаем видеть у вас подобных элементов, иначе полиция примется проверять уплату податей едва ли не ежедневно и каждый раз что-то находить. Пусть недовольные катят в Сибирь и осваивают, туда им и дорога. Они ещё красный террор не видели.

Зато товарищ Лацис, вернув себе полномочия в Петрограде, успешно его развернул. Апофеозом стал штурм штаб-квартиры социал-демократов, Бухарин, Рыков, Томский и Пятаков погибли в перестрелке. Фоторепортёр из «Социалиста России» вынужден был замазать на фотопластинках перед печатью дырки во лбах четырёх оппозиционеров, свирепый чекист каждому добавил по контрольной пуле в голову. Затем настойчиво поговорил с уцелевшими партийцами из окружения павших антигероев, те с удивительной быстротой и готовностью подписали показания, что партия щедро финансировалась из-за рубежа, жить-то хочется. Даже квитанции о переводах нашлись!

После массовой волны арестов, ликвидации верхушки сопротивления и публикации в газетах свидетельств предательства протесты пошли на спад и затихли. Почти… Какой-то непримиримый подкараулил Лациса и застрелил в упор, стрелявшего тут же изрешетили чекисты. Погибший прибалт был объявлен героем борьбы за революцию и счастье трудового народа, его похороны там же в Петрограде прошли организованно — как апофеоз народного траура, у могилы выставлен постоянный чекистский караул.