Джеймс Чейз - Что лучше денег?

Я сказал Уэстону, чтобы он ехал один, а я догоню его, как только освобожусь. Когда он ушел, Клара пригласила Киэри.

Я сидел за своим столом в нервном напряжении, чувствуя удары собственного сердца.

Вошел Киэри. Когда он закрыл за собой дверь, я сказал:

— Меня ждут на стройке, и я не смогу уделить вам много времени, инспектор. Что на этот раз?

Но Киэри был не из тех, кого можно подгонять. Он грузно опустился в кресло и сдвинул шляпу на затылок. Затем вытащил жевательную резинку и начал снимать с нее обертку.

— Насчет этого Мэндона, — сказал он. — Мы узнали, что он жил под другим именем: Эд Вазари. Когда-нибудь слышали это имя, мистер Холлидей?

Я покачал головой.

— Нет. Это имя тоже ничего мне не говорит.

— Мы до сих пор ломаем себе голову, мистер Холлидей, почему у него в автомобиле оказалась записка с вашим именем и адресом. Нам кажется, если вы даже и не знаете Мэндона, он-то должен был так или иначе знать вас. Мы нашли место, где он скрывался: маленькое бунгало в Санта-Барбе. Мы обнаружили там номер «Лайфа» с вашей фотографией, которая была отчеркнута карандашом. Все это наводит на мысль, что он или знал вас, или интересовался вами, и мы хотим знать, почему. — Он перестал жевать и пристально посмотрел на меня. — Что вы сами думаете?

— Для меня это такая же загадка, как и для вас, — сказал я.

— Вы уверены, что никогда не видели этого человека? Хотите еще раз взглянуть на его фотографию?

— В этом нет необходимости. Я никогда его не видел.

Он почесал за ухом и нахмурился.

— Как я и говорил: загадка. Мы не любим загадок, мистер Холлидей.

Я промолчал.

— Вы слышали когда-нибудь о женщине, которая называет себя Римой Маршалл?

Ну, вот оно. Я ждал этого вопроса и все-таки почувствовал, как у меня вдруг засосало под ложечкой.

Глядя ему прямо в глаза, я сказал:

— Нет, я ее тоже не знаю. Кто она?

— Подружка Мэндона. Они жили вместе в этом бунгало.

Он какое-то время продолжал жевать, уставившись своими маленькими глазками в потолок.

— Я говорил вам, инспектор, что занят, — сказал я резко, нарушив затянувшуюся паузу. — У вас что-нибудь еще?

— Эту женщину убили.

Сердце у меня прыгнуло, потом бешено застучало. Я почувствовал, что изменился в лице.

— Убили? — Я с трудом выговаривал слова. — Кого убили?

Колючие глазки буравили мои защитные барьеры.

— Риму Маршалл. Мы всюду показывали фотографию Мэндона и вчера вечером нашли женщину, которая приходила убираться в бунгало. Подумать только, такой подонок, как Мэндон, имел прислугу для уборки! Она его узнала. Она рассказала нам об этой Риме Маршалл и дала адрес бунгало, в котором скрывался Мэндон. Мы туда поехали. Мэндон смылся, но мы нашли женщину. — Он покатал во рту жвачку. — Всякие я видывал трупы, но чтобы такое… Она была вся искромсана ножом. Медицинский эксперт насчитал тридцать три раны, из них по крайней мере десять могли быть смертельными. На столе лежал номер «Лайф» с вашей фотографией, отчеркнутой карандашом.

Я сидел неподвижно, убрав под стол руки, сжатые в кулаки. Значит, Уилбур нашел ее! И сделал это я! Меня прошиб холодный пот.

— На нас висит сенсационное уголовное дело, — продолжал Киэри. — Мы теперь думаем, не она ли оставила в автомобиле эту записку с вашим именем и адресом. Возможно, когда-то раньше она вас знала. Ее имя вам ничего не говорит?

— Нет.

Он достал из кармана конверт, вынул оттуда фотографию и положил ко мне на стол.

— Может быть, сумеете узнать ее?

Я взглянул на фотографию и быстро отвернулся.

Это была жуткая фотография. Рима лежала на полу в луже крови, совершенно голая. Все ее тело было зверски изуродовано резаными и колотыми ранами.

— Не узнаете? — спросил Киэри грубым голосом полисмена.

— Нет! Я не знаю ее! Я не знаю никакого Мэндона, ясно вам? Я не могу вам помочь! А теперь сделайте одолжение, уходите отсюда и не мешайте мне работать!

Но он с непробиваемым спокойствием еще п