Цветок для хищника (СИ) - Лазаревская Лиза

Я покачала головой.

Дамиан был жесток.

Это не было для меня неожиданностью, новостью или открытием, но я крайне редко видела его в таких яростных состояниях. В его взгляде таилась такая ненависть, будто он готов был уничтожить целый мир.

— Ты боишься меня?

— Нет, — честно ответила, снова ощутив подходящие слёзы. — Я люблю тебя. Но не хочу, чтобы ты ввязывался в такие дела. Ты говорил о его отце?..

Дамиан стоял неподвижно. Выражение его лица окаменело сразу же, только я напомнила ему об отце человека, который сбил нас с бабушкой.

— Прошу тебя, пожалуйста, оставь этого человека в покое. Умоляю...

— Я не могу тебе этого обещать.

— Он и так умер. Для родителя большое горе похоронить своего ребёнка. Что ещё ты хочешь от его отца?

Неожиданно для меня его мускулистые руки позволили моему телу недолго парить в воздухе. Машинально я ухватилась за его шею.

— Чтобы он понял, какую ошибку совершил, Ася.

— Дамиан... — удручённо начала я, но мужчина не дал мне закончить мысль.

— Ты стоишь того, чтобы я взял этот грех на душу. Есть то, против чего я не в силах бороться. И я никому не позволю относиться к тебе, как к чему-то недостойному, грязному и не заслуживающему уважения.

Казалось, при следующем выдохе из его ноздрей пойдёт горячий пар, прямо как у дракона.

Он злился.

Очень сильно злился, но весь этот с каждой секундой растущий гнев был направлен не на меня.

Я смотрела на него, не моргая. Мои глаза сузились.

Как сейчас реагировать на происходящее между нами? Будет лицемерно сказать, что мне неприятно слышать из его уст о том, что я достойна?

Достойна хорошего отношения.

Достойна уважения.

Достойна не быть грязью из-под чьих-то ногтей.

— Поклянись, что с тобой ничего не произойдёт из-за этого.

— Клянусь тебе. Ты не отвяжешься от меня. Я не позволю этому случиться.

Довести человека до самоубийства — это ужасно, но больше всего меня волновали последствия. Я не могла лгать самой себе. Дамиан — вот единственное, о чём я переживала.

Вдруг его посадят?

Вдруг эта история всплывёт?

Хотя...

У него без проблем получилось посадить человека в тюрьму, не у каждого есть такая возможность, верно? Лично у меня её не было, даже несмотря на то, что я была жертвой, лежащей посреди дороги.

Мы ещё довольно долго говорили с ним, спокойно и честно. Мне было интересно, каким образом он всё это сделал — и особо много информации Дамиан не рассказал. У него был свой человек в органах — это всё. Правда, этого, наверное, достаточно?

— И почему ты подслушивала? — внезапно спросил мужчина, закрывая неприятную для нас обоих тему.

— Я думала, что ты разговариваешь с девушкой, — без утайки ответила я. И самое ужасное, что я не скажу ему — если бы он разговаривал с девушкой, я бы расстроилась намного больше, чем из-за услышанной новости.

— С какой ещё девушкой?

— Я не знаю... Именно поэтому я сразу же поехала слушать, чтобы узнать.

— Ты всё ещё думаешь, что я могу даже взглянуть на кого-то женского пола? На кого-то, кроме тебя?

— Возможно...

— Господи, Ася, — Дамиан удручённо вздохнул.

— Я безнадёжна?

— Я исправлю твою безнадёжность, малыш, — прохрипел он мне в губы и бессовестно, не скрывая своих первобытных замашек, вернулся к тому, на чём мы остановились до звонка.

Несколько недель спустя

— Сейчас будет перекличка. Я отмечу отсутствующих, а потом вы можете идти. Следующая неделя у нас чётная, поэтому второй пары во вторник не будет. Говорю для тех, кто сам за этим не следит. Мы с вами увидимся в четверг на коллоквиуме. Ближе к выходным я обновлю онлайн кабинет, там вы увидите все темы и материалы, по которым нужно будет подготовиться.

У меня снова началась физиотерапия, поэтому я не уверена, что буду в университете на следующей неделе. Но я всё равно просмотрю все материалы и свяжусь с преподавателями, узнаю, как мне будет лучше поступить, чтобы получить доступ к зимней сессии.

Если дать Дамиану зелёный свет, он бы уже заплатил за все будущие сессии и вообще купил мне диплом.

Но мне нравилось посещать университет в те редкие, свободные от реабилитации дни. Все мои одногруппники были очень понимающими и милыми — как и одногруппники Элины, с которыми она успела меня познакомить.

Очень многие с радостью помогали мне, если я не могла где-то проехать — и мне не приходилось тревожить Элину по каждому такому поводу.

После переклички преподавательница отпустила нас — ровно после этого по всему корпусу начала доноситься музыка. Её всегда включали во время перерывов между парами. Меня довезли до лифта, но когда тот открылся, конечно же, вся группа поместится не смогла. Наша преподавательница вместе со многими ребятами пошла к лестнице. Я выехала из лифта, чтобы не задерживать остальных.

— Ась, я подожду с тобой, — сказала Света, выйдя вместе со мной. Мне было так непривычно видеть рядом с собой добрых людей — не считая тех, кто стал моей семьёй.

— Нет-нет, всё в порядке, я справлюсь сама, — улыбнулась я, отправляя её обратно в лифт. — Езжай с остальными, тем более мне сейчас нужно позвонить.

Это было почти правдой.

Я хотела набрать Элину и пригласить её пообедать вместе с нами. Только в звонке было мало смысла, потому что мы и так увидимся через пару минут у центрального входа.

Машина Дамиана уже стояла на университетской парковке, а сам он ждал нас.

Ждал, потому что я попросила его сидеть в машине, а не приходить за мной прямо сюда, отпугивая от меня людей.

Девочки уехали, а я достала телефон из кармана кофты.

— Ася, — услышала позади себя до того, как успела разблокировать мобильный. Мне потребовалось пару секунд, чтобы развернуться и увидеть стоящую передо мной девушку. Улыбка сошла с лица — меня накрыли воспоминания.

Много воспоминаний.

О которых я мечтала забыть.

— Привет, — она сделала шаг вперёд.

— Привет, — отстранённо ответила я.

— Мы с тобой виделись не так давно, помнишь? — её улыбка была ехидной, циничной и издевательской.

Я кивнула.

Я помнила. Конечно, помнила.

Пару недель назад, когда дядя Марат с тётей Сеней уехали вдвоём отдыхать.

— Не помнишь, что ли? — напористо спросила она.

— Помню, — вяло ответила я.

— Ты просто посмотрела на меня. Чего не поздоровалась?

— Разве тебе нужно было, чтобы я здоровалась с тобой?

— Мы ведь с тобой в одном детском доме были. Должны держаться вместе, — девушка скрестила руки на груди, ухмыльнувшись. — Прости, я забыла. Тебе теперь негоже водиться с такими, как я.

Мне нечего было ответить ей. Единственное, чего я хотела, это поскорее убраться отсюда.

— Тебя сложно выловить. Так редко появляешься в универе. И постоянно кто-то рядом.

— Зачем тебе вылавливать меня?

— Хотела просто поинтересоваться, ни по кому ли не скучаешь?

Почему-то моё сердце так бешено колотилось, что грудная клетка горела. Чувство безопасности ускользало от меня, словно песок сквозь пальцы.

— Нет.

— А вот по тебе многие скучали.

Девушка подошла ко мне сзади и начала везти меня вглубь коридора. Я не успела никак отреагировать в начале, но потом всячески пыталась отвязаться от неё.

Ничего не получалось.

Она просто везла меня вперёд, пока не дошла до туалета.

Мужского.

— Что ты делаешь? Выпусти меня. Прекрати.

— Сейчас они подойдут, — оскалившись, произнесла та. — Они каждый день караулят неподалёку, всё ждут, когда я напишу им.

— Что тебе от меня нужно?

— Сейчас узнаешь.

Я снова потянулась за телефоном в надежде набрать Дамиана, но только она увидела это — как сразу же отобрала мой телефон.

Я начала кричать.

Вопить.

Звать на помощь хоть кого-нибудь, кто мог услышать.

Я делала это недолго, пока мне не дали пощёчину.

— Закрой свою пасть, — сквозь зубы процедила она, заставив меня расплакаться. Я снова была той девочкой из детского дома. Я снова была грушей для битья. — На этом этаже сегодня пара только у вашей группы.