Любовь и пряный латте - Уилсон Мисти

Я расправляю плечи и делаю глубокий вдох.

– У тебя все хорошо, Эллис, – говорю я. – Ты справишься.

Слоана рассказала мне, что каждый год на главной площади Брэмбл-Фолс устраивают ярмарку, где продают полые пластиковые тыковки. Те, кто хотят позвать кого-нибудь на Тыквенные танцы, покупают такую и кладут внутрь записку с приглашением. В течение двух последующих недель полгорода находят такие тыковки у себя на крыльце, в почтовом ящике, на парте в школе, на рабочем месте и даже в машине. А в день вечеринки все надевают лучшие наряды и идут танцевать.

Еще одна возможность пойти на танцы с Купером. Просто супер.

Мы со Слоаной идем на площадь, где уже стоит наш стол. Неделю назад мы вызвались продавать тыковки, хотя сегодня мне в последнюю очередь хочется этим заниматься.

– Хорошо выглядишь, – говорит Слоана, окинув меня взглядом.

– В том и смысл.

– В чем? Выглядеть так, чтобы он пожалел о своем решении?

– Нет. Выглядеть так, чтобы почувствовать себя лучше, – отвечаю я. Тем временем мы уже подходим к «Кофейной кошке».

– Они работают? – спрашивает Слоана.

– Кажется, да. – Мы уже поравнялись с окном кофейни. – Но мне туда лучше не входить. Возьмешь мне кофе?

Смена Купера заканчивается только в полдень.

Нет, конечно, я вовсе не заучивала наизусть его график.

– Поняла тебя, – кивает Слоана.

– Спасибо.

Слоана заходит внутрь, и я уже хочу направиться к нашему столу, но все равно невольно заглядываю в кофейню. Купер с улыбкой здоровается со Слоаной и заглядывает ей за спину, как будто высматривает кого-то. А потом он смотрит прямо в окно, и наши взгляды встречаются.

Я тут же ретируюсь, перехожу улицу и сажусь за стол на место продавца. Минут через пять ко мне присоединяется Слоана и ставит передо мной стаканчик с осенним латте.

– Он тоже делает вид, что все хорошо, – со вздохом сообщает она.

– Думаю, у него и вправду все хорошо, – отвечаю я.

– После твоего рассказа я очень в этом сомневаюсь.

Я подталкиваю к Слоане нашу коробочку для денег, она отпирает ее, и вот к нам уже подходит первый покупатель. Я пью свой латте и стараюсь смотреть на нашего клиента – высокого темноволосого мужчину, – а не на кофейню по другую сторону улицы.

– Как думаешь, может, мне до отъезда не ходить больше в школу? – спрашиваю я у Слоаны, когда покупатель уходит. – Скажу, что вирус подхватила.

– Эллис, я тебя, конечно, люблю, но не допущу, чтобы ты сама портила себе жизнь из-за какого-то парня. Ты будешь ходить в школу. Ты будешь и дальше получать одни пятерки и останешься любимицей учителей, а потом начнешь встречаться с Джейком.

Я чуть не поперхнулась кофе.

– Что, прости?

– Покажи Куперу, что не собираешься ходить за ним хвостом. Может быть, тогда вы снова сможете быть друзьями.

– Я поняла твою логику, но – нет. – Я качаю головой. – Со стороны будет выглядеть так, будто я хочу, чтобы он ревновал.

Слоана пожимает плечами.

– По-моему, если он начнет ревновать, это тоже будет неплохой результат.

– Я не собираюсь играть в такие игры. Я просто хочу, чтобы напряжение поскорее сгладилось.

– Ну вот и начни встречаться с Джейком. Отвлечешься.

Я вздыхаю. Слоана просто не понимает. Купер – единственное исключение из правил. Мне не нужно, чтобы какой-нибудь другой парень ко мне подкатывал. Если Купер не хочет со мной встречаться, то я хочу всего лишь пережить следующие несколько недель и вернуться домой не в самом разбитом состоянии.

За следующие три часа мы успеваем продать несколько десятков тыковок. Если я что нового и узнала в Брэмбл-Фолс, так это то, что к осенним мероприятиям здесь относятся очень серьезно. И Тыквенные танцы не исключение. Слоана говорит, что их весь год ждут с нетерпением, и я по ходу дела убеждаюсь, что она не врет. В воздухе буквально витает радостное волнение.

Мы так заняты подсчетом денег, выдачей тыковок и разговорами, что я даже не замечаю, как день начинает клониться к вечеру.

И не замечаю, когда в очередь встает Купер.

Наши взгляды встречаются, только когда он подходит к столу. Никто из нас ничего не говорит. Что тут скажешь?

Слоана разряжает обстановку:

– Ты хочешь купить тыкву?

Купер тут же поворачивается к ней и протягивает деньги.

– Да. Спасибо.

Я отдаю ему тыковку, при этом чувствую себя так, словно мне рвут сердце на части. Купер забирает свою покупку, и тошнота подкатывает мне к горлу, когда наши пальцы ненадолго соприкасаются.

Но я дочь своего отца. Поэтому я улыбаюсь ему вполне правдоподобной сердечной улыбкой.

– Я надеюсь, что вы с Хлоей прекрасно проведете время на вечеринке.

Купер вскидывает брови.

– Я…

– Куп, иди отсюда, – говорит Слоана и машет на него руками. – Следующий, пожалуйста!

Купер бросает на нее быстрый взгляд, видимо, догадывается, что Слоана уже все знает о том, что случилось между нами вчера ночью, и кивает.

Я поступаю именно так, как он того хочет. И пусть это причиняет мне мучительную боль, я буду и дальше делать вид, будто вчера ничего не произошло. Но Купер мог бы дать мне выдохнуть и держаться от меня подальше.

Он бросает на меня еще один непонятный взгляд и уходит вместе со своей пригласительной тыковкой.

Глава 27

Всю следующую неделю в школе я держусь как можно незаметнее. Когда на большой перемене Джейк пишет мне с вопросом, где я, отвечаю, что встречаюсь с консультантом по вопросам обучения в институте или веду уроки у младшеклассников, у которых в это время окно. На самом деле я просто не хожу на обед и делаю домашку в библиотеке.

В сторону Купера я даже не смотрю.

Я уверена: когда он просил меня забыть о поцелуе, он хотел, чтобы мы остались друзьями. Но я не представляю, как это сделать. Я не хочу вычеркивать его из жизни, но, как бы Купер ни пытался делать вид, будто все по-прежнему, многое теперь изменилось.

Проще будет избегать его до тех пор, пока я не уеду в Нью-Йорк.

Зато Джейк более чем настойчив, и в пятницу – после четырех часов беспрестанных жалоб и уговоров – я снова сижу на своем месте за обеденным столом.

– Ты же придешь сегодня вечером? – спрашивает Джейк, усевшись рядом со мной. Купер устраивается на скамье напротив, рядом со Слизнем.

– Ты про киноночь? – Я пожимаю плечами. – Может быть. Я не ходила на такие мероприятия с тех пор, как…

Я встречаюсь взглядом с Купером и невольно задаюсь вопросом, помнит ли он тот просмотр «Освободите Вилли»?

– …со средней школы.

– Мы всегда кладем матрас в кузов куперского фургона и притаскиваем кучу одеял и подушек. И отлично проводим время, – говорит Джейк и обнимает меня за плечи. – Подумай только, ты как раз сможешь провести вечер в компании друзей.

Я бросаю взгляд на Купера. Тот, не отрывая глаз от своей тарелки, говорит:

– Тебе стоит прийти.

– Ладно, – отвечаю я, потому что не могу придумать подходящей отговорки. Разве что прокричать с крыши на весь город, что будет слишком тяжко сидеть в машине рядом с Купером, зная, как он целуется, и не имея возможности вновь испытать это.

Джейк улыбается мне.

– Отлично. Тогда мы захватим тебя по дороге.

После уроков Слоана ждет меня у шкафчиков, а не на парковке, как обычно, и, дрожа от восторга, рассказывает, что на Тыквенные танцы пойдет с Ашером.

– Мы идем как друзья, разумеется, – добавляет она в конце.

Я улыбаюсь, потому что искренне рада за нее, хотя сама сейчас больше похожа на унылый пельмень. И тут из-за ее спины я вижу Купера, который как раз идет по коридору. Мою улыбку как ветром сдуло, и я прячусь за открытой дверцей шкафчика.

– Эм, что ты делаешь? – спрашивает Слоана, видя, что я чуть ли не залезла внутрь.

– Он ушел? – шепотом спрашиваю я, все сильнее вжимаясь в шкафчик.