Измена. Подари мне мечту (СИ) - Тэя Татьяна
Ярослав выходит в холл, а я сижу и пытаюсь убедить взбесившийся пульс сбавить чёртовы обороты.
Глава 9
Слышу, как дверь открывается, улавливаю приглушённые голоса в прихожей. Пытаюсь понять, кто пришёл. Возмущённый вскрик Ярослава: «Да не может быть!» заставляет вздрогнуть.
Пару секунд спустя он проходит через гостиную в другую часть квартиры, на меня даже не смотрит. На лице вселенская озадаченность.
В дверях комнаты появляется, – кто бы вы думали? – Матвей!
– Не помешал? – с улыбкой обращается ко мне.
В его фигуре ни капли напряжённости, на лице шкодливое выражение, но взгляд… взгляд странный. Будто бы он не знал, что обнаружит за дверью, а, не обнаружив ничего, расслабился. Не в курсе, что он сообщил Ярику, но то, что в тех словах не было ни капли правды, не сомневаюсь.
– Совсем не помешал.
Качнув головой, думаю о липких поцелуях Ярослава. Скорее даже спас. Так бы мне пришлось самой выкручиваться из щекотливой ситуации.
– Я как раз домой собиралась.
– Значит, не остаёшься до утра?
– Соображаешь, – подкалываю.
Встаю, поправляю платье. Ткань неприятно льнёт к ногам, чуть намагниченная велюровой обивкой дивана и сухими ладонями Ярика. Подхватив сумочку, направляюсь к выходу.
А Матвей – за мной.
– Уходишь, не попрощавшись? – бросает в спину насмешливо.
Вместо ответа, уточняю:
– Что ты ему сказал?
– Что я его сосед снизу и что он меня заливает. И что сумма за порчу дорогого дизайнерского ремонта будет астрономической, это я ему гарантирую.
– Типа напугал? Уверяю, Ярослав в лёгкую стоимость ремонта покроет.
– Дело не в деньгах, а во времени. И в целом ситуация не из приятных. Кому понравится, когда предъявляют претензии?
– Рисковый ты, – с этими словами мы выходим из квартиры.
– Зато гарантированно: он ни о чём другом, кроме мнимого потопа, в данный момент думать не способен.
Это он на что намекает?
Оценивающим взглядом скольжу по Матвею. Он переоделся. На нём свободные спортивные брюки и белая футболка. Такой домашний парень, совсем не похож на элегантного мужчину, который катал меня в своём понтовом «Астон Мартине».
– Что делал, если б Ярослав знал своего соседа снизу?
– Здесь большинство живёт своими жизнями, а не дружит с соседями. Так что вероятность, что твой друг уличил бы меня во лжи, минимальна. Ну… сказал бы, что моя квартира по диагонали, то есть граничим стеной санузла. Такой вариант тоже возможен.
Мы доходим до лифта, в кабине я жму кнопку первого этажа, но Матвей сбрасывает мой выбор и давит на последнюю.
– Зато он очень удивится, когда спустится прояснить ситуацию, а там другой, ничего не подозревающий о липовом потопе человек.
Матвей перехватывает моё запястье, когда я снова тянусь к приборной панели.
– Это меня уже не волнует.
Взглядом указываю на двери лифта.
– Если это приглашение в гости, то я его не слышала.
– Зайдёшь? – послушно спрашивает.
– Нет, – развеселившись, я продолжаю повторять «нет-нет», но мы уже приехали на последний этаж, и Матвей выводит меня в холл.
Вижу одну единственную квартиру, указываю на неё.
– Пентхаус типа?
– Он самый, только у меня один этаж. – Твёрдая ладонь ложится мне на поясницу и жжёт кожу даже сквозь одежду. Горячий шёпот в ухо, вызывает волну мурашек. – Один, но очень просторный.
Прежде чем шагнуть за порог, разворачиваюсь и тыкаю пальцем в грудь Матвея. Ого! Там мускулы! На такую грудь, наверняка, приятно упасть после длительного сексуального заезда в позе сверху.
Что за мысли! – одёргиваю себя, а вслух говорю.
– Ты зачем к Ярославу заявился?
– Тебя забрать.
– А с чего ты взял, что я хочу, чтобы меня забирали?
Смотрю ему в глаза, Матвей даже не моргает, словно тоже ищет какие-то ответы на моём лице. Не знаю, находит ли он что-то, чего ему хочется, но, склонив голову к плечу, отвечает:
– Но ты же ушла.
Хмыкаю чуть нервно.
– Спать с тобой я не собираюсь, если что.
– Если что, я понял. И если что, я очень понятливый.
Белые ровные зубы мелькают между растянутых в мимолётной усмешке губ.
– Проходи. Экскурсию провести?
Я уже внутри, оцениваю золотистый мрамор пола и тёплые бежевый оттенок стен. Дизайнерские светильники рассеивают мягкий вечерний свет. Он жёлтый, приятный глазу, домашний такой и уютный. Невольно расслабляюсь, хотя с Матвеем, подсказывает мне врождённая осторожность, стоит держать ухо востро.
Подхватив меня под локоть, ведёт в гостиную и спрашивает, что буду пить.
– Воду, – традиционно отвечаю.
Но в бокале, который вскоре приносит мне Матвей ни капли воды. Белое полусладкое. Приятные нотки мускатного ореха щекочут язык, и я, присев и утонув в мягких подушках дивана, делаю глоток за глотком.
– Что ты мне налил? Не оторваться.
– Название вряд ли тебе о чём-то скажет. Да я и сам не знаток. Доверяю своему сомелье.
– Ого, у тебя личный сомелье, – поддавшись вперёд, спрашиваю с деланным восхищением.
Матвей не разочаровывает, искренне смеётся, улавливая иронию.
– В каком мире ты живёшь? – слегка хмурюсь, обводя взглядом просторную комнату.
Она метров сорок пять, пожалуй, если не все пятьдесят. У кого-то квартира с одну гостиную Матвея. Но ведь он искренне сказал: в его распоряжении чуть ли не целый этаж. Интересно, ему не одиноко?
А тебе… в твоей квартире самой как? – заводит внутренний голос. – С комнатами, которые должны были стать детскими, но так и не стали?
Но тут поместится две, если не три мои квартиры! – с неким шоком возмущаюсь.
– В таком же, как и все остальные. На случай, если намекаешь, что я оторван от реальности.
– Не в отрыве дело, тут очень… просторно… для одного.
– А я люблю пространство.
– Боже… не подумай, что я зануда. Всё, закрыли тему. Лучше налей мне ещё этого прекрасного вина. Оно полностью затыкает мой внутренний голос, который просит ехать домой и спать.
– Вечер выдался напряжённым? – спрашивает Матвей, пока исполняет мою просьбу.
– Неделя!
– А что так? Сюрпризы от бывшего не закончились?
Опуская ресницы, киваю, решая, не юлить.
– И навряд ли закончатся в ближайшее время.
Матвей вкладывает мне в руку прохладный бокал с вином, и я хватаюсь за тонкую стеклянную ножку, как за спасательный круг.
– Расскажешь? – раздаётся над головой.
Слышу долгий растерянный вздох и не сразу понимаю, что это мой собственный.
– Там столько всего… даже не знаю, с чего начать.
Матвей улыбается подбадривающе.
– С начала?
– Найти бы ещё это начало… – бормочу себе под нос.
Неделю назад я залезла в документы и обнаружила генеральную доверенность на Романа, на которой значилась моя подпись. А это полный карт-бланш для мужа. Имея возможность представлять мои интересы, как свои собственные, он вдоволь повеселился с семейным бюджетом, большая часть которого – деньги моего отца. Он из обычной семьи с доходом чуть выше среднего. Его папа – частный предприниматель, большую часть жизни самостоятельно простоявший за прилавком собственного копировального центра. Это последние три года у него нанятый работник и второй офис на другом конце города. Роме в развитие дела отца вкладываться не хотелось, зато он радостно принял управление автобазой, складом и логистической службой, которыми владела моя семья.
А теперь всё это уплыло Ярославу.
Меня колотит, стоит лишь подумать, что семейный бизнес больше мне не принадлежит.
– А ты сама никак в делах не участвовала? – задаёт Матвей логичный вопрос.
– Родители считали, что не женское это дело – машины, хотя с детских лет в офисе торчала и знала, как устроена система грузоперевозок. У нас есть забавные малогабаритные машинки, они много берут на борт и легко проходят в низкие арки старых питерских домов. Ох, этот транспорт до сих пор нарасхват, фирменная фишка, можно сказать. Лет им до фига, но мы всё никак не спишем их в утиль. Таких ведь больше не выпускают. Папа вообще много чего объяснял, но, видимо, лишь для того, чтобы я имела представление о бизнесе. Как только вышла за Романа, он с распростёртыми объятьями принял его в семью и вручил фирму, а сам отстранился, желая, как можно больше времени проводить с мамой. Я тогда не знала, что болезнь уже сжирает его, а знала бы… так сама бы к ним за город в гости наведывалась почаще. Мы даже нормально не попрощались; он ушёл стремительно. Фактически сгорел в одночасье.
