У врага за пазухой (СИ) - Коваленко Марья (Мария) Сергеевна "Solazzo"

- Насколько я помню из статей, тело младшего Бурового сильно обгорело. Опознать смогла только мать. Если бы не она, это был бы очередной глухарь.

- Я понял, на что ты намекаешь.

Раньше я никогда не задумывался над тем, мог ли младший Буровой остаться в живых. Здравый смысл говорит: «Нет!» Папаша поймал сына с поличным на крупной краже из общака. За такое старый уголовник закатывал в бетон целыми семьями. У него это называлось «В назидание!»

Спасать единственную кровинушку он бы точно не стал. Уж кто-кто, а Буровой никогда не думал ни о каких наследниках и не тяготился вопросом: «Кому оставить нажитое». Судя по некоторым решениям, урод собирался жить вечно.

А вот любящая мать...

- Как думаешь, Кира могла позвонить Галине Петровне? - Я подозреваю, что могла. Хочу услышать еще одно мнение от человека, знавшего мою акулу гораздо дольше.

- Я уверен в этом, - с тяжелым вздохом произносит Ломоносов. – Кира очень хотела найти того, кто ее подставил. А Буровая единственный источник информации.

- Хреново. Все очень хреново. – Я останавливаюсь возле дома Самсоновой.

Федя тут же замечает меня и с какой-то бумажкой в руках спешит навстречу.

- Ладно, Вася. Успокаивай мать, я найду нашу пропажу, - заканчиваю разговор.

- Дай мне знать, когда будет известно хоть что-то.

- Скажу службе безопасности. Тебе сообщат, - произношу последние слова и кладу трубку.

Вовремя. Федор как раз успевает подбежать к машине.

- Номер тачки! – сует бумажку мне в руки. – Бабка с первого этажа видела, как увели Киру Игоревну. Она успела срисовать номер.

- Стас в курсе? – Чувствую, как ускоряется пульс.

- Да, он уже дал задание своим в дорожной службе. К сожалению, быстро отыскать не получится. Мы не знаем, в каком направлении повезли Киру Игоревну. Надеюсь, фартанет.

- В задницу этот фарт!

Я достаю из бардачка старую бумажную карту дорог. Она со мной уже лет десять. Надежнее любого навигатора или самой лучшей памяти.

- Псков? – Федор, похоже, понимает, куда я смотрю.

- Скажи Стасу, чтобы его люди проверили камеры в Псковском направлении! Прямо сейчас!

Идея безумная. Возможно, этим приказом я собью парней с поиска и подпишу Кире смертный приговор. Шанс на то, что за похищением стоит младший Буровой, примерно равен нулю. Но если выгорит...

- Есть! – Федор показывает большой палец. – Час назад. Поворот на Псков! Они засекли их.

Он на миг отводит от уха телефон. Вижу в глазах сотню вопросов.

- У Буровой дом под Псковом. Там же старые гаражи и склады ее бывшего мужа. Если подражатель сын, то он повез ее туда. – Киваю Феде, чтобы садился в свою машину. – Погнали!

Глава 57

Глава 57

Кира

- Кто еще знает о твоем маленьком открытии? – в третий раз за последние двадцать минут спрашивает Буровая.

- Их вы тоже привезете сюда? Общаться! – Тяну время, как могу. Понимаю, что если расскажу про Ломоносова, подпишу приговор нам обоим. Цацкаться потом никто не станет.

- Возможно, привезем. Возможно, нет. Все зависит от того, что именно ты рассказала.

- Мне сейчас сложно вспомнить подробности. Слово в слово точно не повторю. – Изображая сухость, я облизываю губы. – А воды можно?

- Ты пила совсем недавно! – Сын Буровой начинает заводиться.

- Вы мне лишь глоток разрешили сделать.

- Думаешь, я не врубаюсь, что ты умышленно затягиваешь с ответами?! То в сортир надо, то воды, то склероз! – Он бросает мне открытую бутылку.

Часть воды проливается в полете на бетонный пол. Другая часть – холодными брызгами разливается по ногам.

Пить нечего.

- Зачем затягивать? – жму плечами. - Меня никто не ищет. Муж наверняка развлекается с племянницей. Мама отдыхает с новым ухажером. А на работе по графику выходной. Можете позвонить и проверить.

- Как же Вольский? – вклинивается в спор мамаша. – Мне показалось, у вас очень доверительные отношения. Любовные!

- Вы наблюдательны. Только наши отношения в прошлом. Я ушла от Ярослава.

- А он взял и просто так отпустил? - цокает языком Галина Петровна.

- Он узнал, кто мои родители. Я скрывала, но Ярослав догадался.

Чувствую себя Шахерезадой. Она, чтобы сберечь жизнь, рассказывала сказки кровожадному султану. А я с той же целью изливаю душу преступникам.

- Как печально! – Галина Петровна, кряхтя, поднимается с кресла и передает мне воду. – Такая красивая пара и такая драма!

- А как ты объяснишь охрану под твоим окном? Вольскому настольно похер, что он организовал слежку? - зло сплевывает на пол Буровой.

- Ему нужны мои статьи. Ваш отец уже, наверное, в Питере. Без статей никто не узнает о его приезде.

- Кроме статей ему, значит, ничего больше не нужно? – слащаво улыбается мадам Добродетель. – Может, информация из этой коробки? – Взглядом указывает на документы Бухгалтера.

- Не знаю. Вероятно. Она много кому нужна, - вру, как не врала никогда в жизни.

- Так, может, выдашь нам весь список заинтересованных? – Заглядывает в глаза Галина Петровна. – Назови фамилии, и будешь свободна.

- А можно еще немного воды? Эта закончилась, - виновато показываю пустую бутылку.

- Блядь. Да она нас за идиотов держит! – взрывается «сынок». – Я ее сейчас так напою, что изо всех дыр польется!

Он подходит ко мне, дергает со стула.

Вместо того чтобы идти, я разыгрываю случайное падение. Заваливаюсь набок и вскрикиваю:

- А-а! Больно. Я, кажется, ногу подвернула.

Сомневаюсь, что Станиславский сказал бы «верю». Актриса из меня та еще. Но вряд ли Буровой потащит меня волоком туда, куда планировал.

- Ты даже ходить нормально не умеешь! – Буровой склоняется надо мной и бьет по щеке.

- Я не специально. – Прижимаю ладонь к горящей коже. – Так получи...

Договорить не успеваю. В гараж вбегают мои недавние тюремщики. Первый что-то быстро шепчет на ухо своему боссу. Второй с тревогой смотрит назад.

- Ты уверен? – С лица Бурового слетает вся бравада.

- Два джипа. За ними микроавтобус.

- Номера пробили?

- Не успели. Но они все... – Будто боится, что их услышат, «первый» прикрывает дверь. – Питерские.

- Сука! – Буровой сжимает кулаки и разворачивается ко мне. – Эту связать и на продуктовый склад. В холодильник! Маму отвезти домой. Срочно!

- Это Ярослав? – не выдерживаю я. – Это он едет сюда?

- Заткнись, тварь! – Вторая пощечина оказывается больнее первой.

От удара трескается губа, и на блузку падает капля крови.

- Я никуда не поеду. Забудь! – Галина Петровна возвращается в свое кресло. – Хватит с меня этих беготни и игр. Сил на них не осталось.

- Мама! Пожалуйста. Я со всем разберусь и приеду к тебе.

Я не знала старшего Бурового. Видела его на фото и видео. На них он казался самым настоящим хищником. Без страха и жалости. То, что наблюдаю сейчас, совсем из другой оперы. Это не хищник, а падальщик.

Похоже, сын забрал у отца лишь внешность.

- Занимайся Вольским! – холодно обрубает Галина Петровна. – Он свою работу выполнил, можешь с ним кончать.

- С удовольствием, - цедит сквозь зубы Буровой. Но уже в следующее мгновение дверь гаража резко распахивается, и он вместе с охранниками отлетает к стене.

- Всем оставаться на местах!

Я узнаю этот голос из миллиона. Он с гулким эхом отражается от стен и заставляет сердце биться быстрее.

- Взять его! – испуганно визжит Буровой. Только, кажется, брать уже некому.

Сквозь пелену слез вижу какую-то драку на улице и бегство Буровой. Замечаю надпись «СОБР» на груди ближайшего бойца. И уже не стесняясь, начинаю выть в голос, когда ко мне подбегает Яр.

Он словно подкошенный, падает на колени рядом.

- Ты как? Они ничего не успели с тобой сделать? Поговори со мной! – засыпает вопросами и... трогает.