Игра Хаоса: Искупление (ЛП) - Райли Хейзел

Пожалуйста, мозг, не подведи меня.

Разгадай загадку, какой бы она ни была. Не дай нам взлететь на воздух, как новогодним фейерверкам.

Пожалуйста, докажи, что ты умеешь думать о чём-то кроме сисек, задниц и злобных шуток (но, честно говоря, очень смешных).

Пока я бегу сквозь ночную тьму, холодный воздух режет меня, как острый нож.

Когда я добираюсь до поля, я задыхаюсь, будто пробежал марафон, но мои глаза тут же выхватывают фигуру Хелл. Она стоит в центре, и по мере того, как я приближаюсь, меня всё больше сбивает с толку её поведение. Глаза закрыты, губы двигаются невероятно быстро, словно она что-то шепчет сама себе.

— Хелл!

Её веки резко распахиваются. Она едва заметно дрожит.

— Арес… Боже, можно узнать, что, чёрт возьми, происходит?

Я выставляю ладони вперёд и сокращаю расстояние, между нами. — Всё будет хорошо. Мы обезвредим бомбу. Успокойся.

Кажется, она не обращает на меня особого внимания.

— Хелл?

Она едва вздрагивает, и я сам чуть не кричу. — Да.

— Всё будет хорошо. Успокойся, — повторяю я ей.

Она щурит глаза. — Легко говорить, когда это не на тебе висит эта хрень.

— Знаю, я лицемер. Теперь пере…

— Можно узнать, кто этот тип, который обвешал меня динамитом? И почему он точит на тебя зуб? И что это вообще за грёбаная игра?

Так. Она впадает в панику. А этого я ей сейчас позволить никак не могу.

— Хелл, у нас всего семь минут. Ты должна сказать мне загадку.

Она словно просыпается. Но прежде, чем она успевает открыть рот, из одного из динамиков на поле раздаётся другой голос. — Обратный отсчёт начинается сейчас. Семь минут. Тик-так, тик-так, тик-так, тик-так… — объявляет Танатос.

— Чёрт, загадка, точно, — бормочет Хелл. — Точно. Да. Я помню. Я повторяла её про себя, чтобы не забыть. Вот, вспомнила. Атос сказал, что тебе не составит труда угадать числовой код. Потому что он — часть самой известной математической последовательности в мире. Он не сказал какой, а я, честно говоря, в этом полный отстой, так что…

— Числа Фибоначчи. — Ответ вылетает у меня изо рта раньше, чем я успеваю подумать. Речь может идти только о ней.

В математике она самая знаменитая. Каждое число последовательности — это сумма двух предыдущих. Один, один, два, три, пять, восемь, тринадцать, двадцать один…

— Тик-так, тик-так, тик-так… Вам нравятся мои звукоподражания? Достаточно реалистично? — снова вещает динамик.

— Эта серия может продолжаться до бесконечности, Хелл, — объясняю я ей. — Он должен был сказать что-то ещё. Я не могу складывать каждое число и пробовать их все на этой клавиатуре!

Она смотрит на меня так, будто вообще не врубается, о чём я её спрашиваю. Я громко ругаюсь и решаю забить.

Танатос помешан на числе семь, самый логичный первый выбор — седьмое число последовательности. Тринадцать.

Неверно.

Тогда, может, семьдесят седьмое. Такое я в уме никогда не посчитаю, особенно в состоянии такого дикого стресса. Начинаю думать, что это пустая трата времени и семёрка слишком очевидна.

— Осталось шесть минут, — визжит Танатос тоненьким голоском. — Тик-так-так, так-так-тик, тик-так, так-тик-так, тик-тик-тик, так-так-так…

— Ты что, кокаина нюхнул, пока я сюда бежал? — ору я в ярости. — Заткни свой грёбаный рот, ты меня отвлекаешь!

Хелл кусает губу так сильно, что я боюсь, сейчас пойдёт кровь.

Я не силён в утешении людей, но попробовать-то ничего не стоит. Поэтому я беру её ладони в свои и заставляю посмотреть мне в глаза.

— Хелл, — шепчу я. — Всё будет хорошо. А если мы её не обезвредим, думаю, это будет довольно быстрая и безболезненная смерть.

По крайней мере, надеюсь. Не так уж это выглядит безболезненно, если представить тело, разлетающееся на тысячу кусков.

Хелл сдувает прядь волос с лица и вздыхает. — Арес, я не хочу умирать, я…

— Да, я тоже не хочу умирать, как и любой человек в мире, вот это новость ты мне сообщила, Хелл! — рявкаю я. — Может, ты мне поможешь, вместо того чтобы сваливать всё на меня?

Хреновый выбор слов. Я мудак. Конечно, это моя задача. Это я поджёг гроб Тутанхамона. Это на меня охотятся Уран и Гея. Семь подвигов — мои.

Она влипла только потому, что попыталась прикрыть мне задницу. Боже, как я себя ненавижу. Вечно я ляпаю не то.

Но Хелл не обижается. Быстро кивает и делает глубокие вдохи. Её тело трясёт сильнее, чем раньше. Танатос объявляет, что осталось пять минут.

— Он сказал, что только ты сможешь это решить, — повторяет она. — Потому что это ты учишься на математике, и ты в ней хорош, так? Я-то учусь, но с цифрами у меня беда. Так что…

Я останавливаю её, пока она не начала нести чушь. — Повтори, что он сказал.

Она хватает ртом воздух. — Только ты можешь это решить. Ты учишься на математике и…

Это ты учишься на математике, и ты в ней хорош. Я-то учусь, но с цифрами у меня беда.

Что-то не сходится.

— Хелл… Хелл! — зову я её. — Это он сказал, или ты сама сделала такой вывод? Если только он не шпионил тут за нами целую вечность, что вряд ли, раз он тебя не знает, — он не может знать, что ты учишься на математике, но в цифрах полный ноль.

Она замирает. Рот округляется в маленькую букву «О». Очень мило.

Не время, прекрати.

— Нет, он этого не говорил. Это я так решила.

Окей, официально: что-то не так.

И что ещё хуже — я что-то упускаю. Но, блядь, не понимаю что. Мой мозг не догоняет. Или, точнее, перспектива сдохнуть вместе с Хелл, пока какой-то мокрый тип имитирует стрелки часов, не особо помогает мне строить логические цепочки.

— Арес? Арес! — кричит Хелл. — У тебя есть решение или нет? Попробуй случайные числа, тупые банальные комбинации, я не знаю. Сделай что-нибудь!

Я начинаю психовать.

— Думаешь, это просто? Чего ж ты сама не попробуешь, гений? — Я изображаю притворное удивление. — Ой, ты же не можешь. Потому что ты дно в математике, Хелл!

У неё глаза чуть из орбит не вылезают. — Ну, ты-то настоящий гений, но, судя по всему, я всё равно сейчас взлечу на воздух, козёл!

— Знаешь, что мне стоит сделать? — ору я ей. Тычу пальцем в сторону выхода за спиной. — Мне стоит свалить. Я мог бы рвануть отсюда, очень быстро, и убраться из радиуса поражения бомбы. Вот что мне надо сделать.

Хелл вскидывает голову, встречаясь со мной взглядом. — Попробуй только. Клянусь, я побегу за тобой и взорву тебя вместе с собой.

Я с трудом сглатываю. Боже, если честно, вот это последнее меня немного возбудило.

— Странный способ сказать мне, что ты хочешь со мной трахнуться.

Она фыркает. — Это был не способ…

— А вот и да.

— Прошу прощения, — врывается голос Танатоса из динамика. — Если вы вдруг забыли, на ней привязана динамитная шашка, которая вот-вот рванёт. Ваше сексуальное напряжение лучше отложить на потом.

Хелл опускает голову, словно смутившись, и я улыбаюсь её внезапной робости. Не укладывается в голове, как она может быть одновременно такой дерзкой и интровертной.

— Реши загадку, Арес.

Я бы хотел, но не знаю как.

Поэтому начинаю вбивать случайные цифры на клавиатуре. Пробую любую комбинацию, что приходит в голову, без всякой логики, и все они оказываются неверными.

Я не сдаюсь.

Пальцы дрожат, иногда я нажимаю кнопки, которые не хотел. Грудь Хелл вздымается в неровном ритме, и это не облегчает задачу.

Меня прошибает холодный пот. Эти «тик-так» Танатоса сводят меня с ума.

— Арес!

В её голосе нет злости, нет раздражения, нет даже намерения обвинить меня. Только отчаяние. Простое человеческое желание жить.

— Хелл, я не знаю, что делать, я правда не знаю… — бормочу я, запуская руки в волосы и дергая их так сильно, что вырываю несколько прядей.

Продолжаю изучать экран с клавиатурой.

Осталось две минуты.

Кнопки. Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять, ноль, Стереть, Ввод, Конец.

Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять, ноль, Стереть, Ввод, Конец.