Дитя Шивай (ЛП) - Катерс Дж. Р.

— Но ты ведь ее сдерживаешь. — Он пытается говорить утешающе, но безуспешно.

Я киваю — успокаивающая ложь, хотя я уверена, что вопрос был риторическим.

— А кинжалы тебя успокаивают? — спрашивает он озадаченно.

Я снова качаю головой.

— Не совсем. Мне просто спокойнее, когда они у меня. Спарринги помогают. Это снимает напряжение и выжигает немного этой затаенной тьмы.

Он издает горловой смешок и подается вперед, почесывая затылок, не решаясь высказать всё, что у него на уме.

— Выкладывай, — подбадриваю я его.

— Может, это дерьмовый совет, но тебе никогда не убежать от того, что тебя преследует. Так что дерись, пей или трахайся. Делай что угодно, чтобы держать это под контролем. Если упустишь контроль, ты с такой же вероятностью станешь причиной собственной гибели, как и чьей-то еще.

— Ты прав, — говорю я с саркастической улыбкой, — совет — дерьмо.

— Я же так и сказал. — Он улыбается, вставая, пряча мои кинжалы в свой мешок и направляется к двери. — Увидимся за завтраком.

Как только его шаги затихают, я пересекаю комнату и дергаю за висящую у двери веревку, звоня в колокольчик для прислуги. Вскоре появляется капитан, его лицо перекошено от раздражения из-за позднего часа.

— Эль, — говорю я через щель в двери. — Много эля.

Глава 4

ПЯТНО

Шесть лет назад

Я не задаю лишних вопросов, когда мастер теней приходит за мной еще до рассвета. Его заплечный мешок висит низко, он явно тяжелее обычного, но я молчу, протирая заспанные глаза и набивая пустую коричневую сумку самым необходимым, как он и велел.

— Куда мы идем? — зеваю я.

— Это сюрприз.

— Надолго?

— Бери вещей на неделю. Если тебе придется не по душе, я верну тебя раньше.

Он знает, что мне понравится. С тех пор как я встретила мастера теней, время, проведенное с ним, быстро стало моей главной ценностью. Не то чтобы я когда-нибудь сказала ему об этом. Да мне и не нужно.

Я следую за ним в лес; небо все еще подернуто тьмой там, куда слабый свет зари еще не добрался на западе. Он не произносит ни слова, но тишина меня не тяготит. Я использую это время, чтобы сориентироваться, и моя бдительность растет, пока он ведет меня на юг.

К полудню, когда мы останавливаемся в тени тополя, меня уже распирает от вопросов. Прислонив мешок к дереву, я открываю рот, но тут же захлопываю его, когда мастер теней с лукавой улыбкой вручает мне яблоко и ломоть сыра. Разумеется, он знает, что я сгораю от любопытства, но я не доставлю ему удовольствия, не сломаюсь и не спрошу, куда мы идем.

Я без всякого изящества плюхаюсь на землю, подняв вокруг нас небольшое облачко пыли. Скрестив ноги, я вгрызаюсь в яблоко, чтобы занять рот чем-то другим, кроме озвучивания растущего списка вопросов в моей голове.

Он от души смеется над этим представлением, и его глаза сверкают.

— Чего бы я только не отдал, чтобы провести денек в твоей голове.

— Там не так уж интересно, — возражаю я.

— Как скажешь, — в его глазах играют блики высокого солнца, пробивающегося сквозь кроны сухостоя.

Как и большая часть лесов вокруг крепости, эти деревья мертвы уже много лет. Их ветви высохли и опали, кора облезла, обнажив гладкую древесину. От некогда величественных рощ остались лишь скелеты, тянущиеся к солнцу на кладбище наших лесов.

Я откусываю еще кусок и решаю сменить тактику.

— Мы идем на юг.

Это не вопрос.

— Идем, — он ухмыляется.

Терпеть не могу, когда он так на меня смотрит — словно выиграл какой-то приз. Я хмурюсь, но затем напряжение покидает мои плечи: он сам дает ответы на все вопросы, которые я слишком горда, чтобы задать вслух.

— Я сказал Лианне, что хочу поработать над твоими навыками выживания. Собирательство, охота, чтение следов…

Еще несколько месяцев назад он говорил мне, что я довела эти навыки до совершенства, и я не могла сдержать гордости от его похвалы. Услышать сейчас, что он передумал, — словно получить пощечину, а тот факт, что он высказал это мнение Лианне, делает всё намного хуже. Если мастер теней считает, что я не дотягиваю, я потрачу эту неделю, чтобы доказать ему, как сильно он ошибается.

— Я соврал, — говорит он, прожевывая сыр. — Твои навыки выживания безупречны.

— Ты солгал Лианне о моем обучении?

Мои глаза округляются. Если Лианна когда-нибудь узнает, что он ей солгал, по какой бы то ни было причине, я сильно сомневаюсь, что увижу этого мужчину снова.

— Солгал. И я бы предпочел, чтобы ты ей об этом не говорила, — он притворно хмурится.

А вот и мой козырь. Его улыбка гаснет, когда моя начинает расплываться, и я нарочито расслабленно откидываюсь на поваленное бревно позади меня, довольно вздыхая и отправляя кусочек сыра в рот.

— Понимаю, почему ты нервничаешь. Мало того что ты вытащил меня из крепости прямо перед Испытанием, так ты еще и солгал Лианне, чтобы она согласилась тебя отпустить, — я присвистываю, протяжно и тихо. — Она очень надеется, что в этом году я одержу победу.

На самом деле, она готова меня сломать, загоняя за грань возможного, лишь бы добиться своего. Неделя в лесу означает, что мы вернемся как раз к началу состязания, но всё это время у меня будет передышка от пыточного режима тренировок Лианны. Даже мастер теней не пришел в восторг от перелома руки, который я получила по ее милости два месяца назад, и это было только начало. Когда дело касается Лианны, для слабости места нет.

— Лианна надеется, что ты победишь, а я привел тебя сюда, чтобы гарантировать это. Лианна — это боевой топор, а тебе нужно научиться быть ветром. Не всё в этом мире можно взять силой.

С этим я спорить не могу. Лианна — эффективное оружие, но не для всякой задачи оно годится.

— Ладно. Ты научишь меня, как выиграть в Испытании, а я не скажу Лианне, что ты меня похитил.

Он удивленно вскидывает бровь на мое требование и криво ухмыляется.

— Я помогу тебе отточить навыки, но победа будет целиком зависеть от тебя.

Мы идем весь день, останавливаясь, только когда солнце опускается к горизонту, окрашивая густую гряду дождевых туч в прелестный розовый оттенок. Так далеко на юг я еще никогда не забиралась. На то есть веская причина. Не знаю, что это за причины, но всё, что лежит южнее границы Ла'тари, на всех картах, что я видела, замазано зловещим слоем черного угля. Пятно. Так я назвала это место много лет назад, когда ни один из моих учителей не захотел сказать мне его настоящего названия.

Хотя точно знать, где мы, невозможно, я поняла это в тот момент, когда мы пересекли границу, а это было несколько часов назад. Не было ни опознавательных знаков, ни резкой смены ландшафта, кроме всё большего обилия здоровых деревьев, но я знала. Так же точно, как знаю, что нет такой завесы в Терре, в которой Лианна позволила бы мастеру теней привести меня сюда. Я начинаю гадать, сколько лжи он скормил Лианне, чтобы устроить это путешествие. Если она когда-нибудь узнает, что я хранила его секреты и потакала им, меня высекут рядом с ним.

Мастер теней сбрасывает свой мешок и достает спрятанный пучок трута из расщелины в здоровой ветке дерева. Я приподнимаю бровь, глядя, как он осматривает землю неподалеку, проводя ладонью по толстому слою опавших листьев, устилающих лесную подстилку. За секунды он убирает стратегически разложенную листву, открывая неглубокую яму для костра. Мои глаза расширяются, и я оглядываю местность. Он был здесь раньше.

Меня не удивляет, что он разведал местность, прежде чем привести меня сюда, или, скорее, не удивило бы, если бы не место, где мы находимся. Никогда в жизни я не могла подумать, что кто-то намеренно станет проводить время в Пятне. Меня учили об этом месте только одному: это самое опасное место на Терре. И те, кто рискует зайти за его границы, редко возвращаются.

— Устраивайся поудобнее. Это наш дом на ближайшую неделю.