Джо 6 (СИ) - Мамбурин Харитон Байконурович

— О, Наталис пришла, — меланхолично поведал я Игорю, — Как ты думаешь, кому достанется?

Правильно, мне. Какая здравомыслящая эльфийка будет связываться с существом, у которого так много сильных, ловких и бесстыжих щупалец?

В общем, немного страсти, чуть-чуть гонок наперегонки, крики, наполненные торжеством эмоций без малейших признаков интеллекта, чуть-чуть магии, несколько обещаний — и вот, ушибленная кротом дева извивается в моих объятиях, бубня о том, как она соскучилась. Я только собираюсь приступить к процессу умиротворения лиц остроухой национальности, как, подобно кроту, теряю ориентацию в пространстве и времени. Заодно и сознание.

…от подзатыльника.

Когда прихожу в себя, то вижу, как моя любовница и соседка сидит, наливая в фужеры изысканный и очень дорогой алкоголь (мой), а напротив неё восседает сама светлая богиня Лючия, навзрыд жалующаяся понимающей эльфийской моське о том, что некий подлец, негодяй, преступник и гад нажрался намедни с архимагом, совсем позабыв про доверенного ему ребенка.

— Вот не надо! — каркнул я, вздымая себя с пола, — Ребенок со мной был!

— Вы пили! И курили! И жрали!

— Еще и матерились, небось, — добавит вредным голосом Син Сауреаль, явно расстроенная коитусом интерруптусом, но, как и любое хитрожопое существо, тут же вставшая на сторону целой богини.

— Я делом занимался!

— Твои делишки тебе дороже сына?!?

— Да все с ним в порядке было!

Женщины. Самые натуральные астральные хищники, никогда не упускающие случая вцепиться зубами в уязвимое место. Даже если они сыты, умиротворены, оттраханы до отказывающихся работать ног — то просто запомнят. А потом припомнят. Культивация чувства вины является их хлебом, молоком, икрой и воздухом одновременно. Мы-то, конечно, понимаем, что все эти крики, вопли и обвинения — всего лишь попытка одновременно получить больше контроля и удовлетворить свою ненасытную жажду эмоций, но что мы можем сделать? Пагубная страсть к женщинам заставляет нас смиряться с пагубными страстями самих женщин…

— Это у меня-то пагубные страсти⁈ — возмутилась одна из самых светлых богинь этого мира.

— Ой, я что, вслух это сказал?

Ну вот теперь пора делать ноги. За имидж здесь рвут нещадно и ломают об колено. Может, даже буквально.

От божественного гнева убежал я ровно настолько, насколько мне позволили, а позволили мне это сделать прямо аж до выхода из башни. Вот там, да, поманив мнимой свободой и прижали к полу, громко обещая возмездие. Спас лихорадочный стук в дверь, за которой, отпущенный, но удерживаемый цепкой женской ручкой, я обнаружил рыжеволосую гоблиншу Умиллу Корнблюк, сильно беременную и слегка запыхавшуюся.

— Ты что, еще и ей ребенка сделал⁈ — гневно вопросила меня Лючия. У божественной блондинки аж глаза загорелись, азарт и сердитость резко стали переплавляться в истинный гнев.

— Нет, это не он! — тут же отмазала меня рыжая, а затем выпалила, — Джо! Тебе срочно нужно в Мифкрест, к Сорквурсту! Там такое! Такое!

— Это очень важно? — вредным тоном уточнила эльфийка, уже высовывающаяся из-за спины божественной блондинки и интимно дышащая той в шею.

— Невероятно важно! — выпучилась Умилла, трогательно придерживающаяся живот, — А еще я, кажется, рожаю!

Вот что значит «рыжая гоблинша». Ты ей платишь — и она на твоей стороне. Ну и, к тому же, Корнблюк понятия не имеет, что это за блондинка тут нарисовалась и карает её непосредственного начальника. Так что да, глазки пожалостливее, мордашку паникующую — и оп, Лючия отпускает виновного по всем статьям мужлана на волю, в пампасы, на очень важное дело!

Пронесло!

Впрочем, малейший намек на дурашливость у меня исчез, когда я увидел причину, по которой меня сдёрнули в город магов. Там, в тюрьме, я озадаченно вылупился сначала на пятерку довольных как слоны лепреконов, довольно потрепанных на вид, а затем — на сидящее в камере существо. Оно определенно было не в себе, бормотало под нос, что-то считало на трясущихся пальцах, было заросшим и откровенно неопрятным. Тем не менее, узнать его мне удалось без труда.

Дино Крэйвен.

…и он был в очень паршивом состоянии.

— Так, все со мной, — скомандовал я лепреконам, оглушая и усыпляя старика-декана под удивленные вопли наблюдающих надзирателей, — Срочно.

— Джо, ты не можешь просто так забрать его! — тут же возмутился Гомкворт Сорквурст, и пославший за мной Умиллу.

— Могу, — серьезно кивнул я ему, — Как декан Школы Магии. Жизнь и рассудок Крэйвена в большой опасности, только у меня есть средство ему быстро и безболезненно помочь.

— А этих почему забираешь⁈ — тут же возмутился старый гоблин, имея в виду лепреконов.

— А в чем их обвиняют? — поставил я друга в неловкое положение. Тому очень не хотелось оставаться без ответов, поэтому пришлось приглашать его к себе. Можно сейчас, можно через сутки, когда Дино станет лучше.

На этом и поладили.

Никто не ожидал, что я так быстро вернусь домой, так еще и в такой большой компании. Когда я, со стариком на руках, просайгачил на самый верх своей башни, из кухни выползли две слегка успокоившиеся и не очень трезвые мадам, чтобы выяснить для себя, какую еще это суку, стерву и нехорошую женщину их Джо таскает тут как принцессу. Поняв, что это всего лишь престарелый волшебник, они, успокоенно забубнив, ушли, а я…

— Что?!?!

— Надо, Лилит, надо!

— Мата Хари попроси!

— Она не готова к работе такой сложности.

— А мне все равно! Я не хочу играть ребенка для психопата! Я библиотекарь!

— Подумай о награде.

— Я сама не знаю, чего хочу! Всё так неожиданно!

— Да ты работу сделай сначала! — не сдержавшись, рявкнул я, — Потом думай! Притвориться, блин, ребенком, нуждающимся в помощи! Тебе должно быть раз плюнуть!

— … ла-аадно.

Женщины. Почему с ними так сложно? Ну ладно Наталис, да, получить кротом ни за что — это, блин, обидно, но остальные-то? Всё с Валерой было в порядке, он даже улыбался, когда с ним Игорь играл. А эта бездельница энергетическая то вообще хочет всё и сразу, прямо Шайн номер два, то ничего не хочет, ибо не придумала. Почему с пацанами всё просто? Сейчас я лепреконов опрошу, налью, отблагодарю — и уйдут довольные в Пазантраз!

История, рассказанная волшебными карликами, оказалась незамысловатой. Они, прячась под иллюзиями, обделывали свои делишки в Дестаде, а свободное время проводили вблизи от лавки Мойры, как у единственного места в городе, где можно подзарядиться упорядоченным волшебством. Тут-то они и заметили подозрительную девку, пытающуюся попасть в лавку и бурчащую себе под нос что-то насчет денег и их экономии. Дернув пару раз запертую дверь, девушка выругалась по-черному, пообещала вслух содрать с кого-то все расходы и поспешила к башне волшебника, копаясь в кошеле на поясе. Лепреконы решили проследить за ней… и были атакованы прямо у башни орущим безумным оборванцем, умудрившимся вспышкой неожиданной магии развеять с них иллюзии.

Девка успела удрать, а оборванца они схватили и приволокли в Мифкрест, надеясь узнать побольше про этого сумасшедшего волшебника. Ну а дальше всё понятно.

— Опишите мне эту девку, — попросил я, доставая мешочек с золотыми монетами, — В подробностях…

Оказалось, что среди подробностей, уже натолкнувших меня на нужные мысли и догадки, было еще и имя, которое орал атакующий Крэйвен.

Элизия.

Вот те раз. Вот те, бабушка, и Юрьев день. Как эта падшая женщина могла заново захомутать Дино, мы же на неё гиас повесили. Это сложнейшая магия, буквально вплетающаяся в душу… Да и была она в последний раз у черта на куличиках, в компа… оу.

Оу.

А вот тут уже рисуется совсем другая картина. Богун Хохмель, этот, с дурацкой фамилией Захребени, да и сама Элизия, та еще прошмандовка. Но я их видел в компании пары весьма тревожных эльфов… пока дрался в дорожной пыли с третьим тревожным эльфом. Вот и думай сейчас, какого курицына сына они забыли в Дестаде. По мою душу приперлись?