Юлия Бажова - Сети
– Какой-то твой персональный знакомый. Никто из ребят его не знает. Моих лет. Высокий, костлявый, с большим шнобаком. На голове подобие прически Бо, только растительность пожиже, посветлее и свернута в кичку. Довольно уродливо смотрится. Говорит, как в трубу дует, хочется в ответ звездануть в лоб. Мастер клинка-и-жезла, судя по манерам.
– Ну и звезданул бы. Нет у меня таких знакомых.
Привалившись к подушке, Морган смотрел в окно, на покачивающиеся в просветах между лапами елей мохнатые звезды. Горьковатые струйки скатывались в желудок, приятно охлаждая внутренности. Кусание локтей, посыпание головы пеплом, выволочка Арру, психованный сноб – все это завтра. Сегодня только пиво и расслабуха. И лесная тишина.
– Ты, Мор, не можешь быть один, – негромко, по-отечески заботливо зажурчал Арр, довольно гармонично в нее вписываясь. – Тебе нужен кто-то, кто приводил бы тебя в равновесие. Поддержал за руку, когда ты спотыкаешься. В одиночестве ты идешь вразнос, разрушаешь себя и все вокруг. Долгое время рядом с тобой был Бо…
«Не продолжай, Арр! Теперь это ты, я знаю. И вообще… не продолжай».
– У тебя что, приступ родительского инстинкта? Еще скажи, мне нужно жениться, обзавестись детьми. Может, и невесту подыщешь, а, дядя Арр?
– Не прикидывайся дурачком. Я не Иллас и не твоя мать. Когда Токо сказал, что ты уехал, я был почти уверен, что ты не вернешься. И от души пожелал тебе счастья. Но ты приперся. – Пауза. – Продолжать издеваться над собой и над ней.
Рука дрогнула, Морган выплеснул добрых полкружки себе на живот. Следовало бы метнуть кружку с остатками пива Арру в рожу, но послебанная истома гасила ярость в зародыше. Арр, подлец, все предусмотрел. Морган ограничился матерным монологом, длинным и бесполезным – ругань скатывалась с Арра, как капли дождя с крыши палатки.
«Ах так… Хочешь играть в открытую? Получи!»
– Значит, ты предлагаешь мне сбежать. Как твой пасынок.
– Не подумай, что я учу тебя жить, – невозмутимо сказал Арр, прихлебывая пиво. – Но если долго наступать себе на горло, ты себя задушишь. Кстати, Эвин живет на западе, на реке Ольх. Глухие леса, полноводные реки, горы. Невысокие, с нашими не сравнить. Так, горушки. Край молодых поселенцев. Его начали обживать недавно. Там хорошая земля, но она требует вложений – года два, прежде чем можно рассчитывать основать там хозяйство.
– Ты с таким доверием сообщаешь мне об этом?
«И предлагаешь место, куда можно уехать вместе с Марго?»
– Потому что ты не относишься к породе дятлов, которых так любит разводить вокруг себя Иллас.
– А Иштван?
– Дорогой мой, желающих зваться спасителем мира в наших рядах сотни и тысячи. Кампания по охоте за ним будет раскручиваться по спирали. Сейчас подонок где-то затаился. Но придет время, и он высунет нос – такие люди не в состоянии долго вылеживаться на дне. Его поймают и без тебя. Чтобы найти Иштвана, достаточно одного человека. Умного. Внимательного. Терпеливого. Который умеет быть незаметным.
– Ага. Тебя, – фыркнул Морган, промокая простыней грудь и живот. – Иллас пообещал мне должность коменданта округа в Зотерне, – возразил он просто затем, чтобы возразить, в отместку за вторжение в личные тайны и пролитое пиво.
– Потому что она тебе ни к чему. Вернешься в свою Каурию, под крылышко Наули. Ты слишком привязываешься к тем, кто рядом с тобой. В этом вся твоя беда.
Морган вздохнул и протянул руку с кружкой.
– Налей еще. И, будь добр, потуши лампу. Глаза режет. Ты что, владеешь каким-то тайным приемом проникновения сквозь защитную сеть?
– Никаким. Порой ты так тщательно себя контролируешь, что добиваешься противоположного эффекта. Со стороны – как раскалившаяся печка. Огня не видно, но слышны треск дров и гудение пламени. И жар.
– То есть моя личная жизнь давно является достоянием всего отряда, и я узнаю об этом последним. Что ж, низкий тебе поклон, Арр, за дружеское молчание! – Морган вырвал из его руки наполненную кружку, облив обоих. – Чего ты хочешь, отмыть за мой счет свою репутацию?
– Мор, если ты будешь так орать, твоя личная жизнь действительно станет достоянием – не только отряда, но и всего трактира. У тебя нет причин для беспокойства. Твоих мучений трудно не заметить, но никто, уверяю тебя, не догадывается, что она чужачка. За тебя переживают. Твоя сестренка ждет этим летом твоей свадьбы. Ни у кого, повторяю, и в мыслях нет.
Морган тяжело опустился на кровать. В два захода выхлебал пиво, оперся локтями о колени. Уронив кисти между ног, вперился взглядом в отражение прохладного света звезд в стоящей на полу кружке.
– Извини, – выдохнул он. – Она жила с ним три года. На Ледяшке. Я не мог скакать одновременно в обе стороны. Он сидел, запершись в своей крепости, а она умирала в снегу, по моей вине. Когда я заставил Марго снять ожерелье, он это почувствовал, запаниковал и отравил ее. Я совсем немного опоздал. – Морган вытер лоб и шею, внезапно ставшие мокрыми. Когда-то этот нарыв должен был вскрыться. – Остальное – то, что я рассказывал тебе и другим, более-менее соответствует истине. Она молоденькая, маленького роста. В одежде я принял ее за ребенка. Арр? Арр! Прекрати ржать, урод!
– Ну, ты отмочил! Увел у невидимки девчонку. Обвешал всех лапшой, навел шороху… и смылся. Небожитель… – От хохота и злорадства Арр начал давиться, фыркать и кашлять. – Пригрел на груди змею. И еще что-то бормочешь… про коменданта округа. Я тобой горжусь! Одного не пойму. Зачем тебе понадобилось раздевать ее на Ледяшке? Потерпеть не мог?
– Заткнись! Он прикончит ее. Она слишком много знает. Живет одна, на краю деревни. Я не знаю, как ее защитить. Рассказал ей про Асуров. Отдал ей дордже. Объяснил, как пользоваться. Я не уверен, что она поняла и поверила. Она меня выгнала.
Кашляющий смех перешел в икоту.
– Столько дров наломать… за один вечер. Это надо… постараться.
– А что мне было делать, везти ее сюда?
– Посоветоваться со мной для начала.
– Ты отсутствовал. И я не знал, что ты знаешь. – Морган налил еще себе и Арру, забрался обратно в кровать.
– Отговорки, – проворчал Арр. Несколько минут он протяжно вздыхал, с шумом выталкивал из себя воздух и булькал – видно, делал свои дыхательные упражнения. Потом прополоскал горло пивом и продолжил: – Мор, неужели так трудно перебороть дурацкое упрямство и обратиться за помощью? Я же не чужой тебе. Надеюсь. Такие дела либо не начинают, либо доводят до конца. А ты разбежался, оттолкнулся от земли и завис. Крыльев у тебя нет, случаев левитации за тобой не замечал, а внизу, под тобой не стог сена – можешь быть уверен.