Весь Роберт Маккаммон в одном томе. Компиляция (СИ) - МакКаммон Роберт Рик
— Для чего?
Уолен неожиданно оторвал голову от подушки. Его била крупная дрожь.
— Шоу! — сказал он. — Агентство Буна… ищет уродов для карнавальных представлений! Уйди! Прочь с моих глаз!
Рикс уже отыскал дверь. В темноте он споткнулся на ступеньках и чуть не упал. Миссис Рейнольдс ждала его в коридоре с зажженным канделябром. Сорвав с лица маски, Рикс сказал, что разговор с отцом окончен и она может вернуться в Тихую комнату.
Когда сиделка ушла, Рикс прислонился к стене, борясь с тошнотой. В висках яростно ломило, и он стиснул их ладонями.
Он чувствовал себя замаранным. Он понимал, что так мог с легкостью поступить и сам Уолен, и Эрик, и любой другой Эшер. Но Рикс ведь не такой, как они! Боже правый!
Через несколько минут дурнота прошла. Головная боль задержалась, но вот и она медленно отступила.
Осталось холодное непривычное возбуждение.
Это было вновь обретенное чувство силы.
Рикс наполнил лёгкие гнилым воздухом и двинулся в темноту.
Часть V. Время расскажет историю
Глава 26
По небу быстро бежали серые облака. Рэйвен Дунстан ехала на своем стареньком «фольксвагене» на гору Бриатоп. Сильный порывистый ветер вновь и вновь набрасывался на автомобиль, чьи шины скользили по толстому слою палой листвы.
Около часа назад она отыскала дом Клинта Перри и сказала ему, куда хочет направиться. Перри, худой человек с орлиным носом, одетый в комбинезон, посмотрел на нее как на сумасшедшую. Там длинный подъем, предупредил он, и сама дорога плохая — пару месяцев назад он вез в гору шерифа Кемпа и продырявил днище грузовика. Рэйвен настояла, чтобы он нарисовал карту, и предложила двадцать долларов за сопровождение, но Клинт ответил, как показалось Рэйвен, нервно, что у него есть другие дела.
Она уже довольно далеко отъехала от дома Тарпов, миновав еще несколько затаившихся в тени ветхих хижин. На перекрестке, который Перри отметил на карте, девушка повернула влево. Почти сразу же колеса запрыгали по мелким лужицам. Дорога взяла вверх так круто, что Рэйвен приуныла:
ей нипочем не одолеть подъем. Но, выжав газ до упора, она была вознаграждена: вскоре склон стал более пологим. Слева сквозь прогалы в лесу виднелся Эшерленд. Дымоходы и шпили Лоджии пронизывали тонкие низкие облака.
Еще примерно милю Рэйвен терзала машину и ругала себя за дурацкое решение приехать сюда. Но вдруг оказалось, что она обогнула лес и дорога уперлась в груду валунов. Между камнями вилась тропка и исчезала в лесу.
Следуя совету Перри, она оставила машину и пошла по тропинке. Подъем был крутой; Рэйвен и тридцати ярдов не одолела, как у нее заныла нога. Колючие лозы вились по деревьям, лес обочь тропинки был непроходим. Добравшись до уступа, Рэйвен впервые увидела разрушенный город, который стоял на вершине горы.
Город — это слишком сильно сказано, подумала Рэйвен. Может, более века назад тут и было какое-то мелкое поселение, но от него остались лишь груды камней да кое-где куски стен и дымоходов. Пара каменных строений все же производила впечатление относительно уцелевших, но лишь одно из них обладало неким подобием крыши, а стены другого были сплошь в дырах.
Как ни странно, руины не заросли деревьями, терновником или вьюнком. Хотя несколько кустов и пытались тут и там зацепиться за темную землю, руины лежали посреди расчищенного каменистого участка. Даже редкие деревья, пустившие корни в развалинах, казались засохшими и окаменевшими, их голые ветки замерли под причудливыми углами.
Место выглядело безлюдным, покинутым много лет назад.
Успевшая замерзнуть Рэйвен подняла воротник вельветовой куртки. Если здесь и в самом деле ютится старик, то как он вообще ухитрился выжить? Рэйвен двинулась по тропинке в глубь руин. Под ногами скрипело. Она остановилась, нагнулась и зачерпнула горсть земли.
В ее ладони блеснули застывшие капли стекла. Она высыпала землю и пошла дальше. Среди руин Рэйвен заметила, что большинство раскрошившихся камней похожи на куски угля. Когда-то здесь бушевал огонь. Она отодвинула ногой опавшие листья и посмотрела вниз, на стеклянные бисеринки.
Затем девушка обошла развалины с другой стороны и остановилась. На черных камнях проступал бледно-серый силуэт человека. Руки были раскинуты, как будто он ударился о стену. Тело изогнулось вопросительным знаком. Ноги были странной формы, мало похожие на человеческие. Одна рука была поднята, словно в мольбе.
Внимание Рэйвен привлекла груда камней. Она осторожно, чтобы не бередить в ноге боль, нагнулась. Из одного камня торчал ржавый гвоздь. На другом были очертания предплечья и кисти.
Рэйвен провела пальцами по камню. Она вспомнила фотографии из книги про Хиросиму: силуэты жертв атомной бомбы, запечатленные на стенах точно так же, как и эти. Что бы здесь ни случилось, мрачно подумала Рэйвен, но результат — отпечатки, черные камни, выжженная земля с осколками стекла — почему-то очень похож на последствия ядерного взрыва.
Рэйвен поднялась на ноги. Что за катастрофа оставила эти следы? И когда она случилась? Почему этот город построен на вершине горы? Кем были его жители?
Размышляя над этими вопросами, она отвернулась от камней и обнаружила старика, который стоял футах в десяти, за опаленной стеной.
Он опирался на сучковатую трость, наклонив голову — так удобнее видеть здоровым глазом. Рваная одежда была грязна, ветер трепал длинное темное пальто.
— Нашли что-нибудь интересное?
Взгляд сверлил ее насквозь. Это был тот самый старик, которого Рэйвен чуть не сбила на дороге.
— Я… не знала, что вы здесь.
Он хмыкнул.
— Наблюдал за вами отсюда. Видел, как вы рассматривали камни.
Невозможно, подумала Рэйвен. Если так, то почему не увидела старика, когда обходила стену?
— Кто вы? — спросил он. — Что вам здесь нужно?
— Меня зовут Рэйвен Дунстан. Я владелица газеты «Фокстонский демократ». — Единственный глаз смотрел непонимающе. — Это газета, издающаяся в Фокстоне, — объяснила она. — Я искала вас.
— Что ж, вот он я. — Незнакомец посмотрел в ту сторону, откуда пришла Рэйвен. — Въехали на желтой машинке?
Да ее запросто ветром сдует прямо в Эшерленд.
Рэйвен снова удивилась. Машина отсюда не видна. Как старик узнал, что она жёлтая?
— Дорога не слишком хорошая, но я ее одолела. А вы живете здесь один?
— Один, — ответил он. — И не один. Что случилось с вашей ногой?
— Я… повредила ее много лет назад. Несчастный случай.
— Вы тогда были маленькой, — сказал он, констатируя факт, и осторожно прикоснулся к ее колену своей тростью.
— Да.
Она отступила. Колено пронзила острая боль.
Он кивнул, харкнул и сплюнул мокроту. Когда старик опять глубоко вздохнул, Рэйвен услышала, как в его легких булькает. У него было жёлтое лицо с широкой паутиной шрамов. Правый глаз отсутствовал. Левый под тонкой серой пленкой был бледно-зелёным, и в нем светился острый ум. Старик был очень худой и слегка дрожал от холода. Угадать его возраст Рэйвен даже не пыталась. Может, семьдесят, а может, и под сто. Но одно было очевидно: этот человек серьёзно болен.
— Прохладно здесь, на открытом месте, — сказал Король Горы и посмотрел в небо. — Ветер гонит облака, быть грозе. — Дрожащей рукой он оторвал от земли трость и показал ею на жилище, сохранившее остатки крыши. — Это мой дом. Внутри теплее. — И, не дожидаясь ответа, повернулся и зашагал, нащупывая тростью тропинку.
Рэйвен пришла в ужас от условий жизни старика, но стены хотя бы сдерживали ветер. В холодном очаге лежало несколько головешек. Пол был усыпан пустыми консервными банками, матрас на полу покрыт рваным оранжевым одеялом, из-под которого торчали газеты.
Скрипнув суставами, Король Горы опустился на матрас и разразился кашлем. Приступ длился добрую минуту, наконец старик сплюнул в пустую банку из-под фасоли, стоявшую позади постели. Его лицо неприятно сморщилось.