Русский век (СИ) - Старый Денис

Далеко не в пользу противника сыграло то, что пруссаки были высокоорганизованы и дисциплинированы. Некоторое время они продолжали движение, несмотря на то, что потеряли уже чуть ли не половину своего личного состава.

Причём, скорее всего, от выстрелов стрелков и от артиллерии погибало больше пруссаков, но ракеты создавали такой ужасающий эффект неизбежной смерти, что было удивительно наблюдать, как психология немецких солдат не сломалась. Сейчас умирали по истине великие воины. И все правильно, ибо Россия могла скоро узреть действительную мощь прусского духа. Наш, русский дух в итоге побил бы немецкий. Но жертв было бы куда как больше.

Но, наконец, кто-то отдал приказ к отступлению, и пруссаки побежали. Наверное, бежали так, как ещё за всю свою историю не бегали. Многие солдаты и офицеры неприятеля спотыкались, мешали друг другу, сваливались в образовавшиеся небольшие воронки от взрывов ракет.

А ещё многие продолжали смотреть на небо, оттого теряли ориентацию на земле и опять же падали. Но по их спинам бежали другие верноподданные Фридриха Великого. Втаптывая в кровавую грязь соплеменников.

Но будет ли король великим и после сегодняшнего сражения?

— Центр? Что с австрийским центром? — выкрикнул я, стараясь перекричать ещё нескончаемые громоподобные звуки.

— Неприятель продолжает наступление, — сообщили мне.

— Полкам Кашина и Решетникова срочно отправляться на вторые позиции, — кричал я.

И теперь сигналы, сообщающие суть приказов, было давать куда как сложнее. Уже не было в воздухе воздушного шара, который могли бы задеть ракеты. Дым от огня и сожжённого пороха застилал не только пространство сражения, но также смещался и на наши позиции.

Но только я хотел приказать ещё и продублировать приказ посыльным, как увидел только два хвоста лошадей, удаляющихся в сторону нынешних позиций Кашина. Это была основная и заводная лошадь одного из посыльных.

И всё-таки это великолепно и это правильно, когда у офицеров есть собственное понимание всего происходящего. Поняли, что лучше продублировать приказ.

Кашину и Решетникову нужно было в срочном порядке садиться на коней и, огибая Вену с севера, войти в город с западной стороны. А пруссаки в это время своим центром продавят оборону австрийцев и войдут в город.

И в этом, как я был уверен, Фридрих должен видеть единственный путь к своей славе и к тому, чтобы не проиграть сражение, а может быть, даже и перевернуть его в свою пользу. Ведь мы не сможем использовать артиллерию или ракеты на достаточно узких улицах столицы Австрии. И поэтому становились намного слабее. А там уже, в рукопашных боях, наверняка пруссаки думают, что у них немало шансов. Ведь численно они все еще сопоставимы с нашими объединенными армиями.

И это заблуждение нам на пользу. Но, может быть, в меньшей степени на пользу австрийцам, которые должны будут сдать часть своего города.

Тем временем, по фронту моего корпуса догорали костры, прекратился обстрел из пушек и перестали лететь ракеты. Ещё изредка постреливали оставленные здесь немногочисленные меткие стрелки.

Чаще они стреляли в тех пруссаков, которые додумались упасть на землю, закрыть голову руками, переждать артиллерийский и ракетный обстрел. И вот теперь такие ушлые поднимались и бежали в сторону своих позиций, но русские пули нередко били их в спину.

Но теперь главные события начинали развиваться в самом городе. Мой корпус Фридрих намеривался только сдерживать. Они оставляли немалое количество войск, было видно, что подтягивали новую артиллерию. Конечно же, они боялись флангового удара по своим войскам.

И в это время прусские гренадеры громили выстроенные австрийские пехотные части. Совсем другая картина боя, где Фридрих использовал своё преимущество в обученности солдат и в тактике, уничтожая врага.

И вот австрийцы, спасаясь, побежали в город. За ними устремились прусские гренадеры. Уже скоро солдаты в мундирах короля Фридриха стали скрываться за первыми строениями столицы Австрии, города Вены.

На военном языке, в военном понятии, которое бытовало до того момента, как я появился в этом времени, Фридрих мог бы уже считать, что город был им взят.

— Успели бы! — сказал я, наблюдая за тем, как удаляются лучшие стрелки Российской империи и всего мира.

Они подстегивали своих коней, чтобы спасти столицу союзников и не дать возможности тому королевству, потомки которого в XX веке были самым ненавистным народом для русских, встать своим милитаризмом в полный рост.

— Готовьтесь для третьего этапа плана, — скомандовал я, разворачиваясь для беседы со своими высокопоставленными гостями.

Ну если только они будут способны хоть к какому-то диалогу, что не факт, учитывая те ошалелые взгляды, что продолжали бросать на поле боя.

От авторов:

🔥 Страна-исполин жива. Полный развал государства не состоялся, а красный флаг по-прежнему развевается над Кремлём. Но «гордый Кавказ» уже полыхает.

🔥 Новый том лучшей серии о лётчиках от Михаила Дорина. На все книги цикла действуют скидки от 50% https://author.today/work/371727

Глава 19

Тактика победителя в том, чтобы убедить врага, что он делает все правильно.

Кинофильм «Законопослушный гражданин».

Вена.

8 августа 1742 года.

Пруссаки, словно бы стремясь компенсировать неудачу с атакой наших, русских, позиций, спешили войти в Вену. Исходя из тех докладов, что поступали мне практически каждую минуту, уже не менее четырёх прусских полков были в столице Австрии. И теперь не менее десяти тысяч прусских солдат и офицеров нацелились туда же.

Муж австрийской императрицы, Франц Стефан, вопреки здравому смыслу и тому, что он был прекрасно осведомлён о плане сражения, уже дважды чуть было не сорвался и не поскакал в Вену. Наверное, только аристократизм и желание сохранить лицо останавливало далеко не сдержанного человека.

Хотя мог бы и рвануть к своей жене. Ведь в городе, проявляя мужество, в этом случае граничащее с глупостью, оставалась императрица Мария-Терезия. Правда, моим спецам позволили поучаствовать в создании особой линии обороны вокруг императорского дворца.

Так что я был более чем уверен в том, что если и какие-то разрозненные группы солдат короля Фридриха смогут проникнуть чуть глубже в город, то столкнутся с таким серьёзным укреплённым районом, который нужно будет брать особо подготовленным штурмом и с использованием артиллерии. Никак иначе.

Но, с другой стороны, я даже был благодарен императрице, так как она могла стать тем фактором, который заставил бы Фридриха поверить в свои силы и в то, что это мы допустили ошибку и создали брешь в обороне, а не специально его приглашаем в гости, чтобы громить на улицах Вены. Вот такая была «ловля на живца». Беременного живца.

— Господа, не угодно ли чаю? Россия нынче с Китаем заключила очень выгодное торговое соглашение. Так что у нас, смею вас заверить, лучший чай, — сказал я, отдавая уже знаками приказ приготовить стол.

Конечно, что Франц Стефан, что его младший брат не были настроены чаёвничать. Но тут уж никуда не деться. Это же не дружеская вечеринка. Это работа. Начинается очередной раут переговоров. Таких, как говорили в будущем, без галстуков.

Карл Александр Лотарингский, например, и за столом с самоваром исполнял свои обязанности. Так как его самой главной миссией было взаимодействие с моим корпусом. И пусть он не так уж и много проявил рвения и профессионализма в этом деле, но и взаимодействие все же случилось. Потому что мне так нужно было.

Со стороны столицы Австрии раздавались взрывы, доклады сыпались один за одним, а мы пили чай, закусывали русским шоколадом, а также кушали ещё одну новинку — орехово-шоколадную пасту. Правда, не из арахиса, а из фундука, но на мой вкус так это ещё лучше. Впрочем, арахис уже высаживается и выращивается в Средней Азии у наших союзников. Так что скоро и такой продукт массово может появиться на всё ещё формируемом русском рынке.