Эхо смерти - Робертс Нора

«Пещера Аладдина», – подумала Ева.

Глава 21

Пока Макнаб работал, Пибоди передала Еве еще один фонарь из чемоданчика. Ева вошла.

Оглядевшись, она отметила, что эта комната просторнее, чем главная спальня с ванной. Очевидно, большую часть своего времени Найтли проводил именно здесь. Длинный стол с компьютерами, коммуникаторами, экранами и прочей техникой будет для Макнаба как Диснейленд, и все, что Макнаб тут откопает, несомненно, добавит веса обвинительному заключению.

Направив луч света влево, Ева сначала услышала, как ахнула Пибоди, а мгновение спустя поняла причину. Одетая в красное коктейльное платье, дроид выглядела совсем как человек и была очень красивой. В руке она держала сумочку с красной птицей, какую им описала Нина Вашингтон после недавнего убийства. Украшения на дроиде тоже принадлежали Мико, заметила Ева. Затем она осветила кольцо с квадратным бриллиантом и инкрустированное бриллиантами золотое кольцо, надетые на безымянный палец левой руки дроида.

У всех жертв были украдены обручальные кольца, однако ни одно из них не соответствовало этим.

– В своем воображении он на ней женился, – выдохнула Ева. – Копия его тети… Он ее переодевал и еще черт знает что творил. Макнаб, когда разберешься со светом, посмотри, что можешь сделать с этим дроидом.

– А вот и сокровищница. – Тредуэй осветил фонариком большой стол-витрину, где лежали драгоценности, и три стеклянных шкафа с предметами искусства и дорогими безделушками.

– Причем все не только аккуратно расставлено, босс, – заметил Бакстер, – но даже подписано. Имена жертв. С ума сойти, предъявить ему обвинение будет проще, чем отобрать у ребенка конфету.

– Зачем отбирать у детей конфеты? – поинтересовалась Ева. В комнате зажегся свет, и она выключила фонарь. – Трухарт, зафиксируй тут панораму на триста шестьдесят градусов, пока никто ничего не трогал.

Последовало молчание, и Ева обернулась.

Он таращился на дроида.

– Детектив Трухарт!

– Сэр. Я просто… Что почувствует его тетя, когда станет известно, как ее использовал собственный племянник? Она, может, хороший человек. Каково ей придется, когда правда выйдет наружу?

– Надеюсь, она поймет, что это не имеет к ней отношения. Она для него – такой же объект, как и все предметы на этих полках. Сними панораму на триста шестьдесят.

Ева подошла к столу. Найтли разложил украшения по секциям, оставив свободное место для будущих трофеев. И сделал латунные таблички с надписями. Каждая секция, наполненная сверкающими драгоценностями, носила имя. Роза, Лори, Дафна, Мико.

Ева выдвинула ящик из стола, нашла там еще несколько табличек, узнала некоторые женские имена из составленного ими списка. Будущие жертвы, подумала она. Теперь они в безопасности.

– Даллас, здесь есть особенный столик.

Ева подошла к Ольсен. В стеклянной витрине резного полированного столика на ярко-синем бархате лежало несколько украшений. Одна серьга, тонкий браслет, пара маленьких серег-колечек, ожерелье из разноцветных бусин.

– Такие украшения и я могу себе позволить, – заметила Ольсен. – Недорогие вещи… а бусы похожи на те, что делают детишки для матери на ее день рождения.

– Это принадлежало ей, тете. Наверное, украл их, когда там гостил. А она подумала, что просто их потеряла или куда-нибудь сунула и забыла. Вещички на память, вероятно со времен его детства.

– Кое-какие вещи на полках я узнаю по фотографиям страховых компаний и по описаниям.

– А вот и комод с дорогим нижним бельем. – Бакстер указал на выдвинутый им ящик. – Все помечены и аккуратно разложены. И пакетики с ароматами, как их… саше. – Он вынул один, понюхал. – Приятно пахнет.

– Спорю, это любимый аромат его тети. – Пибоди подошла посмотреть. – И наверняка такой же аромат, как и в распылителе, который у него в гардеробной. Даллас, там все коктейльные платья, обувь и сумки из нашего списка. А также духи, красивое зеркальце на ручке и дорогой набор щеток для чистки дроидов.

– Убедись, что все занесли в протокол осмотра. – Ева прошла в дверь за маленьким витринным столиком. – Его гардеробная. Давай сделаем дополнительную запись, чтобы на видео были костюмы, грим, рабочий стол, парики.

– Там профессиональный стол для грима, – сказала Пибоди. – Почти такой же, как в студии. Видишь банку? Это материал для лепки накладных носов и…

– Рогов дьявола? – спросила Ева.

– Ага.

– Нужно взять образцы с поверхностей. Он, конечно, постирал все, что носил во время нападений, но могли остаться частицы, может, следы крови. – Она подошла к длинному черному плащу с капюшоном. – Дай мне ультрафиолетовый фонарь из комплекта. Я почти чувствую запах крови.

Пибоди достала фонарь, включила.

– Господи помилуй! – воскликнула она, увидев, как черный плащ засветился брызгами ярко-лилового цвета.

– Еще не стирал. Занятой мальчик. Пометь и положи в мешок для улик. Хочу поскорее передать его в лабораторию.

– Даллас? – Макнаб жестом указал на дроида. – Она запрограммирована реагировать только на голос и команды Найтли. Но защита была несложная. Теперь можешь задавать ей вопросы.

– Как тебя зовут?

Дроид улыбнулась.

– Астра. Я рада тебя видеть, Кайл. Я скучала по тебе, Кайл.

– Когда тебя запрограммировали?

– Я не понимаю.

– Кто тебя запрограммировал?

– Я не понимаю. Тебе придется меня наказать.

Ева вздохнула.

– Кому ты принадлежишь?

– Я принадлежу Кайлу. Только Кайлу. Хочешь трахнуть меня? – Дроид сжала руками груди. – Я хочу тебя, Кайл. Только тебя. Ты единственный. Ты самый лучший из всех, кто у меня был. Свяжи меня, Кайл. Заставь меня кричать. Заставь меня…

– Хватит. Выключи ее, Макнаб, и принимайся за компьютеры.

Ева отвернулась и заметила, что обычно стыдливый Трухарт не покраснел. Его взгляд был жестким, чисто полицейский взгляд.

– Ладно, мальчики и девочки, посмотрим, что еще мы сумеем найти.

К тому времени, как они закончили, Макнаб принес и раздал всем по бутылке воды. Пибоди жадно прильнула к горлышку.

– Кажется, мы установили рекорд. Никто никогда не собирал столько вещественных доказательств. Их регистрация займет много часов.

– Вот было бы развлечение для скучающего дрона. – Ева взглянула на свой коммуникатор. – Найтли арестован за нападение на полицейского и уже общается с адвокатом.

– В истории еще не было такого адвоката, который сумел бы перекрутить это дело, – сказала Ольсен.

– Они попытаются все списать на безумие. Мы им этого не позволим. Бакстер, я отвезу тебя и Трухарта к вашей машине.

– Не надо, босс. У Трухарта есть приятель среди патрульных возле этого дома, который отвезет нас к моей малышке.

– Отлично. Сегодня отлично поработали. Макнаб, ты превзошел себя.

– Спасибо.

– Продолжай превосходить. Когда погрузят дроида и остальную электронику, поезжай и покопайся в них еще.

Макнаб азартно потер ладони.

– С радостью.

– Ольсен, Тредуэй, до встречи в Центральном. Пибоди, ты со мной.

– Я хочу, чтобы он сел на всю оставшуюся жизнь, – сказала Пибоди, когда они шли к машине. – А потом чтобы реинкарнировал в слизня, и чтобы этого слизня засунули в крошечную коробку.

– Отличная идея.

– Но разве ты не думаешь, что он совсем чокнутый? – проворчала Пибоди, садясь в машину.

– Чокнутый на все сто. Однако с юридической точки зрения не сумасшедший. Нисколечко. Он соображал, что он делает, Пибоди, каждую минуту. Мира сделает такой же вывод.

– В автомобильном автошефе есть лимонад? Мне нужно восполнить силы.

– Не знаю, попробуй.

– Ты не хочешь?

– Не люблю газировки. – Ева начала выбирать кофе, затем почувствовала, что ей нужно что-нибудь холодное. – Пепси.

– Придется рассказать все Патрикам. Остальным жертвам тоже, но Патрики…

Пибоди передала Еве банку «Пепси».

– Мне ведь не обязательно играть хорошего копа с Найтли?