Валерий Замулин - Засекреченная Курская битва. Неизвестные документы свидетельствуют
В 14.30 из дивизии „Великая Германия“ доложили, что с выс. 258.5 противник начал мощную атаку силою 15 танков в направлении на Верхопенье. Разведывательный отряд дивизии атаковал эти силы с фланга. Таким образом, разведотряд „Великой Германии“ пока не мог нанести удар по северной окраине ур. Толстое.
В 14.30 снова усилились атаки на 11-ю тд. Противник быстро пополнил свои силы танками и артиллерией. Справа, входе боя с разведотрядом дивизии вражеские войска попытались прорваться в речную долину у Кочетовки. В лесу, возле которого стояло обозначение „Оленьи рога“ (севернее выс. 248.3), были обнаружены войска противника, занявшие исходные позиции. По обеим сторонам шоссе велся сильный артиллерийский огонь. Дивизия несла очень большие потери в пехоте. В ходе ожесточенной борьбы боеприпасы артиллерии резерва главного командования стали заканчиваться.
По срочной просьбе дивизии подтянуть дополнительные силы пехоты корпус смог выделить лишь две роты 1-го учебного сапёрного батальона, которые были немедленно мобилизованы и предоставлены в распоряжение дивизии. Артиллерия дивизии „Великая Германия“ также должна была оказать помощь, насколько это позволит дальность действия орудий»[673].
Судя по имеющимся документам, командование 48-го тк рассматривало участок 11-й тд, протяженность более 20 км, как наиболее слабо укрепленный. Поэтому о сложном положении в ее полосе было срочно доложено в штаб армии. Конкретных приказов о переброске частей усиления обнаружить не удалось, но, судя по данным разведки 6-й гв. А, штаб 4-й ТА был вынужден вновь ослабить и без того растянутый фронт 52-го ак и выделил для 11-й тд во второй половине дня несколько пехотных подразделений 255-й пд. В ночь на 15 июля разведгруппа 309-й сд в роще восточнее Новоселовки захватила и доставила живым в расположение дивизии пленного, который по документам принадлежал 465-му пп 255-й пд[674].
Тяжёлые бои шли и у Раково, где войска 332-й пд были атакованы частями левого фланга 184-й сд при огневой поддержке 5-го гв. Стк.
Таким образом, к 18.00, несмотря на все усилия, 48-й тк не смог кардинально переломить ситуацию на левом фланге. Урочище Толстое по-прежнему оставалось в руках советских войск. Даже не были полностью взяты под контроль ключевые узлы обороны для подхода к нему с юга (х. Долгий, ур. Плотовая) и прилегающая к ним местность, не говоря уже о главной тактической цели, установленной для бригады, — выс. 240.2. По расчетам Кнобельсдорфа, контроль над этой высотой позволил бы полностью отрезать с запада оборонявшихся в урочище и надежно блокировать их в этом лесу. Но добиться этого не удалось. Обе ударные группы корпуса были скованы ожесточенными боями: бригада Декера южнее выс. 240.2, а боевая группа с 6-м тп — в хуторе Долгий. Линия фронта, которую заняли части 332-й пд, протянулась от западной части леса у Долгого — Красный Узлив — ур. Суходол и далее до западной окраины леса восточнее Чапаево.
Проанализировав ситуацию и поняв, что наступление захлебнулось окончательно, штаб 48-го тк около 18.00 рождает новый план окружения урочища. Теперь перед 3-й тд ставится задача лишь овладеть выс. 240.2. На ней должен закрепиться разведбат 332-й пд, и вся линия фронта от этого холма до х. Чапаев /иск./ должна принять форму сплошной прямой линии. Её по-прежнему будет удерживать 332-я пд. Теперь бригада Декера должна провести перегруппировку с юга на восток и совместно с разведотрядом «Великой Германии» овладеть выс. 258.5. После чего необходимо подготовиться для удара по урочищу с севера с целью — соединиться с разведотрядом 332-й пд и 6-м тп у выс. 240.4. Лесной массив урочища будут блокировать с юга 2/394-го грп, с востока — 1/394-го грп. Разведотряд 3-й тд необходимо было вывести юго-восточнее урочища для подготовки атаки одновременно с танковой бригадой. План был всем хорош, и условия для реализации складывались вроде бы благоприятные. Так, в 18.50 полковник Декер доложил: выс. 240.2, наконец, захвачена. Это был важный тактический успех — бригада выполнила задачу дня; оставалось чуть-чуть дожать, но советская сторона не собиралась упускать инициативу из своих рук. Штаб 48-го тк вновь начал получать тревожные сообщения дивизий:
«11-я тд успешно отразила наступление волнами 13-й стрелковой дивизии, 66-й, 6-й, 51-й гвардейских стрелковых дивизий; 309-й, 204-й стрелковых дивизий и 180-й и 86-й танковых бригад. Тем не менее противник подошел с новыми силами, которые, несмотря на большие потери, атаковали с доселе невиданным упорством. Командование объявило о серьёзной нехватке боеприпасов.
18.20. Наземное наблюдение и воздушная разведка обнаружили движение танков из направления Александрова — Меловое в сторону села Чапаев. 332-я пехотная дивизия озабочена, т. к. она рассчитывала выступить в 19.00, чтобы закрыть бреши у Чапаево. Воздушная разведка доложила, что на участке фронта Меловое — Чапаев в совокупности находится 30–35 танков. Пикирующие бомбардировщики, которые снова поднялись в воздух в 18.00, уже не могут поменять курс и полететь туда. Пополнение дивизии не удастся доставить до позднего вечера.
В 18.30 3-я тд снова перешла в наступление по всему фронту, но попала под сильный огонь противника, расположившегося в лесах»[675].
Вместе с тем, несмотря на очевидный успех, бригада «Великой Германии» попала в тяжёлое положение. Её фронт оказался очень растянутым, а на ходу осталось всего 20 танков. Дороги в тыл не охранялись, экипажи почти израсходовали снаряды. Генерал Хёйернляйн предложил оставить поддерживающий бригаду 6-й тп на высоте 240.2, а её танками ударить на северо-запад, чтобы соединиться с основными силами дивизии. Тем самым бригада сможет получить необходимое горючее и снаряды.
Кстати, о том, что танкисты «Великой Германии» взяли выс. 240.2, есть сообщение лишь только в документах 48-го тк. По данным штаба 6-го тк, а также 112-й тбр, которая занимала на высоте оборону, возвышенность так и оставалась в руках 124-го тб. На 9.00 15 июля, согласно ее оперативной сводке и схеме расположения частей, на южных скатах высоты впереди танков батальона полковника М. Т. Леонова находились и позиции мотострелкового батальона его бригады, которые никуда 14 июля не отходили. Именно этот рубеж в ночь на 16 июля бригада сдала по акту войскам 6-й гв. А. Таким образом, донесение Декера — это или очередная ошибка, или попросту «военная хитрость». Находясь в нескольких сотнях метров и имея приказ о перегруппировке, полковник, возможно, решил порадовать успехом командование корпуса.
Попутно замечу, что данные авиаразведки противника о численности боевых машин на левом фланге были преувеличены ровно вполовину. В селе Меловое и его окрестностях к этому моменту находилось лишь одно танковое соединение — 21 — я гв. тбр корпуса генерала А. П. Кравченко. К вечеру бригада имела 14 боевых машин. Ещё 2 Т-34 сгорели от попадания вражеских снарядов в ходе утреннего боя с группой танков «Великой Германии», а 1 Т-34 подорвался на собственных минах. Все три танка оставались на поле боя. Откуда летчики взяли остальные — непонятно.
В 19.00 Кнобельсдорф направляет в дивизии несколько измененный приказ по окончательному разгрому войск в ур. Толстое. Согласно ему, два батальона 394-го грп должны были по-прежнему оставаться в своих районах и блокировать урочище с юга и востока. Используя успех бригады, 3-я тд силами танкового полка, мотопехотного батальона на бронетранспортерах при поддержке разведотряда 332-й пд должна была ударить с выс. 240.2 в северо-западном направлении, то есть в тыл 112-й тбр. Одновременно дивизии «Великая Германия» следовало атаковать урочище танковой бригадой с севера и разведбатальоном — из района выс. 258.5. Таким образом, кольцо вокруг урочища замыкалось.
К 20.00 разведотряд дивизии «Великая Германия» сумел оттеснить части генерала Котельникова и Буркова и занял в ожесточённом бою выс. 258.5, но к этому моменту танки Декера не появились в указанном районе. В чём крылась причина — не ясно. 332-я пд доложила, что бригада вышла из боя у выс. 240.2 и двинулась в южном направлении. Почти час штаб корпуса устанавливал с нею связь. С большим трудом, к 21.00, наконец, все войска собрались в районах, указанных в приказе, и была предпринята попытка начать атаку, но она тут же сорвалась.
Генерал И. М. Чистяков предполагал такое развитие обстановки и заранее отдал приказ подготовиться к отражению наступления врага. Огонь гаубичных (36-й опабр — выс. 247.0) и истребительно-противотанковых полков (1177-го, 869-го, 496-го иптап), которые были собраны южнее Калиновки и восточнее Новенького, а также танков 6-й и 10-го тк не позволили противнику предпринять атаку с севера на урочище. Кроме того, приказы штаба 48-го тк не учитывали такого важного аспекта, как состояние собственных танковых частей, которые действовали из последних сил. В первую очередь это касалось бригады «Великой Германии». Знакомясь с документами 48-го тк, создается впечатление, что запас прочности этого танкового соединения к исходу 14 июля был исчерпан полностью. Приведу отрывок из одного документа корпуса, относящегося к этому моменту:
