KnigaRead.com/
KnigaRead.com » Разная литература » Периодические издания » Журнал «Вокруг Света» - Вокруг Света 1996 №01

Журнал «Вокруг Света» - Вокруг Света 1996 №01

На нашем сайте KnigaRead.com Вы можете абсолютно бесплатно читать книгу онлайн "Журнал «Вокруг Света» - Вокруг Света 1996 №01". Жанр: Периодические издания издательство неизвестно, год неизвестен.
Перейти на страницу:

...Последний романтик парусного флота и крупный владелец земель в Южной Африке одновременно — Фердинанд Иоганн Лайеш, как и его английский коллега Джон Уилле — «Старая Белая Шляпа», — ненавидел «коптивших небо». Он первым предложил строить стальные парусные гиганты. Хороший ход и вместительные трюмы — все, что требовалось от них.

Все моря видели развевающийся на ветру голубой вымпел с инициалами судовладельца-романтика — «FL». Но моряки в портовых кабачках, за кружкой эля или рюмкой шнапса убеждали друг друга, что эти буквы означают ничто иное, как «flaying-p-line» — «Летающая линия Пи». Так прозвали компанию Лайеша, все барки которой носили названия, начинающиеся с буквы «пи».

Дул попутный ветер, парусник, действительно, летел, а моряки, после тяжелой вахты устраивали перекур на полубаке и поговаривали: «Ну, гамбургские потаскушки уже выстраиваются в колонны»! И все-таки век был неумолим. Один за другим стальные барки покидали моря — одни разбивались о скалы, другие, попадая в жестокий шторм, теряли управление, переворачивались и шли на дно.

Четырехмачтовый барк «Памир» — краса и гордость «Летающей линии Пи» — шел из Буэнос-Айреса в Гамбург. На борту — 86 человек экипажа, из них — 54 кадета. В трюмах — 4000 тон ячменя. Ячмень не упаковали в мешки, просто ссыпали в трюмы, потому что торопились с выходом в море — наступала пора ураганов.

21 сентября 1957 года, на рассвете судно попало в жестокий шторм. Его настиг ураган «Кэри».

Команда еще пыталась убрать верхние марселя, но ветер не позволил даже опустить марса-реи. Не удалась попытка и срезать паруса ножами. События нарастали с ужасающей быстротой. К полудню ураган вырвал все передние паруса. Судно стало ложиться на левый борт, планширь ушел в воду, а через сорванные заглушки вентиляторов и капы трапов вода хлынула в жилые помещения.

Все попытки устранить крен были безуспешны — вскоре он достиг 40 градусов. Зерно в трюмах ссыпалось на один борт. В 15 часов 3 минуты был дан последний сигнал «SOS». Через несколько минут «Памир» опрокинулся вверх килем и ушел в бурлящую пучину... «Памир» погиб. От «Летающей линии Пи» остался лишь барк «Падуя», он же — «Крузенштерн».

В шестьдесят первом году мы еще не знали, что вот-вот наступит Карибский кризис, но военные уже готовились к самому страшному... Тогда к нам на кафедру океанологии МГУ приехал капитан I ранга Митрофанов Петр Сергеевич и отобрал на практику ребят, собиравшихся заниматься акустикой океана. И вот мы вчетвером —.Славка, Костя, Андрей и я — отправились в еще разрушенный Кенигсберг, ставший Калининградом, потом в закрытый порт Балтийск, где у причала уже готовились к походу два парусника под военно-морскими флагами «Седов» и «Крузенштерн». Мы все попали на «Крузен». Полгода проторчали в Бермудском треугольнике, хотя в то время еще не знали, что он такой таинственный. У нас секреты были свои — на «Седове» взрывали, на «Крузене» слушали и писали звук.

Но больше я вам секретов выдавать не буду, хотя тогда американцы все знали, они над нами кружили с утра до вечера на своих «Каталинах» и однажды даже сбросили тюк с ветчиной (перехватили нашу связь и узнали, что с едой у нас туговато). А потом на Бермудах мы с ними играли в футбол, а губернатором острова был дядя королевы. Я с ним здоровался за ручку, так что с английским двором у меня большие связи. И еще не секретное: в Атлантике тогда бушевали один за другим ураганы с ласковыми женскими именами, и мы все время убегали от них, а потом в один все-таки вляпались, но ничего, обошлось. Правда, свиньи в загородке на носу отчаянно визжали, а потом мы их съели. А еще у нас на «Крузене» был песик Поплавок, который любил во время авралов гоняться за матросами, но только на палубе, на мачту не лез. И еще он любил фотографироваться рядом с акулами, вытащенными на борт. Потом песик исчез... Во время шторма. Не уследили. Я уже многих с «Крузена» позабыл, а Поплавка помню. Странная это вещь — путешествие в прошлое...

Потом я на материале «Крузена» писал дипломную работу. Секретную. А сейчас посмотрел, хотел что-нибудь для «Вокруг света» взять, да только ничего не понял. А с Карибским кризисом, как известно, все обошлось.

Но я что-то опять попал в два измерения, вот стучу ночью на пишущей машинке, а ведь на самом деле я на Крузенштерне», в порту Лит, и в Шотландии уже вечер.

Принца Филиппа не было, но была принцесса Анна

В Москве меня неверно информировали: говорили, что старт утром 15-го июля. А на самом деле уходим мы из Эдинбурга 18-го, и нас будет провожать принцесса Анна. Принца Филиппа не будет. Я уже знаю, что у меня осталось два дня, чтобы все обегать, разузнать и кое-что даже сфотографировать.   Поэтому я еще немного расскажу о том, что творилось в те дни в Эдинбурге.

...Уже вечер, облака, нависшие над мачтами кораблей, почти черные. И вдруг они загорелись по краям от лучей заходящего солнца, вспыхнули, погасли и провалились во тьму. А потом вспыхнул порт Лит — это на всех парусниках зажглись гирлянды лампочек, огни бежали от вершин мачт на бушприт и корму, зажглись огни на всех реях, огни падали в воду, и на черной воде покачивались светящиеся силуэты кораблей...

На какое-то мгновение замер, застыл весь порт, затих шотландский оркестр, а потом разорвал тишину торжественным маршем, и, перекрывая марш, загремели залпы салюта -- палили пушки маленького корабля в глубине темной гавани. И в ночном шотландском небе разорвался салют, ослепительный клубок, и над морем, над парусниками, над всем городом повисли ветви золотистого небесного сада, осветив все, что называлось «Катти Сарк» тол шип рейс». Пушки палили и палили, и разрывались бутоны — красные, оранжевые, зеленые...

Два дня бесконечного праздника Паруса. Команда «Сван фан Маккума», вырядившись в подданных морского царства, несла на плечах юную русалку-королеву; кадеты «Белль Пуль», французской яхты, поливали хохочущих шотландцев из водяных пистолетов, а в черные мундиры военных кадетов с «Сагреша» летели бомбы с мукой; и танцевали, и плясали, и кружились феи шотландских сказок, шли за колонной колонны веселых юных моряков — по Принцесс-стрит, через Лейт-стрит и исчезали в растворяющемся блеске праздника... И в ночи светилась огромная скала-остров. Внизу лежал Эдинбург, удивительный город с улицами, уходящими в небо...

Замолкли пушки, кончился марш. В ночи заревел мощный гудок буксира, уводившего португальский «Сагреш» в море. Потом все корабли, участники Регаты, гудками провожали «Седова»; потом медленно поплыл в ночь, в море и наш «Крузенштерн».

Утро следующего дня словно сошло с акварели. В голубой дымке мимо скалистых зеленых берегов с забытыми каменными замками один за другим, подгоняемые легким ветром, прошли вдоль королевского корабля «Куин Элизабет-II», с которого принцесса Анна приветствовала участников Регаты, барки, бриги, яхты, йолы...

Старт гонок высоких кораблей был назначен на 18.00.

«Все наверх паруса ставить!»

Уже за час до старта все парусники лавировали близ полуторамильной невидимой линии, протянувшейся между двумя военными кораблями. Вся палубная команда и курсанты по авралу построены на палубе. До старта остается пятнадцать минут — отданы косые паруса. Но... ветра нет. Полный штиль, ровное, как зеркало, море. В штурманской рубке капитан и все помощники ведут переговоры по радио. Старт отложен до 20.00. Через полтора-два часа метеорологи береговой службы обещают хороший попутный ветер. Но кто верит метеорологам?! Да и откуда прилетит ветер за два часа? Но с палубы никто не уходит — а вдруг?

Я бы не поверил, если бы не видел собственными глазами: через час зеркало моря потемнело, солнце закрыла тучка, из-за горизонта приплыли другие, по воде побежала рябь, а потом возникли волны. И вдруг потянул ветер — хороший свежий ветер, и все, словно подгоняемые этим ветром, забегали по палубе. Боцмана мачт схватились за свои рупоры, палубные матросы задрали головы, а курсанты бросились к своим мачтам, к гитовым и горденям. Словно рыбаки, готовят снасти, чтобы закинуть невод в море и поймать кита. И все корабли потянулись к стартовой линии, как будто ведомые силой магнита. Капитан Коломенский ходил взад-вперед по мостику, то смотрел вверх на реи, то в бинокль на суетящиеся корабли и все что-то кричал своим помощникам. Это потом он раскрыл свой секрет, свой замысел, выношенный в многочисленных гонках, — нужно при этом ветре, силой в 4-5 баллов, занять позицию севернее «Седова», основного соперника в классе самых больших парусников. И это ему удалось... бы! Если бы один из пассажиров, которых взяли в Эдинбурге на борт, некстати не запросился на берег... домой. Ему уже наскучило это море! Он сыт по горло! Он замучил всю штурманскую рубку, умолял радиста вызвать катер патрульной службы. «Я не видел, — сказал потом капитан, — но, говорят, он плакал». Минут через пятнадцать подвалил катер, спустили трап, и по нему счастливый неудавшийся мореход перебрался и объятия дюжих шотландцев. Он помахал приветливо ручкой, и катер исчез. Грохнули пушки старт! А «Крузенштерн» так и не забрался севернее «Седова». Северное море уже покрылось белыми парусами. И лишь один был зеленый — все три мачты с зелеными парусами — немец «Александр фон Гумбольдт». Нет, он не был «зеленым», любителем экологии, это был «генеральный» цвет пивной фирмы «Бек», патрона парусника.

Перейти на страницу:
Прокомментировать
Подтвердите что вы не робот:*