Сказки и не только - Айрон Мира

Она энергично закивала.

— Вот и отлично. Зачем ты вообще стала разговаривать с Ларисой? Неужели поверила в то, что она и вправду пришла по делу?

— Нет, не поверила, — Алина, наконец, тоже обняла Аркадия, и он даже глаза закрыл — отпустило.

И как ему в голову могло прийти, что Алина отвернётся от него, наслушавшись речей его бывшей? Летел из области, как сумасшедший, после того, как ему сообщили о визите Ларисы.

— Тогда зачем разговаривала с ней?

— Надо же выслушать человека. Когда человеку не дают высказаться, у него внутри накапливается неудовлетворённость, раздражение, а иногда и злость.

— Угу. Только Ларисе придётся теперь высказываться в других местах: я внёс её имя в список тех, кто может попасть в наш офис только с моего личного разрешения. Она будет в бешенстве, однако ни она, ни её вездесущий папа не имеют абсолютно никакого влияния на наш холдинг. Так что конкретно она сказала?

— Основная мысль сводилась к тому, что я недостойна такого мужчины, как ты, и никогда не смогу сделать тебя счастливым.

— Да ладно? — усмехнулся Аркадий. — Большей ахинеи в жизни не слышал. И как человеку хотелось так унижаться? Специально прийти, чтобы выставить себя на посмешище? Какой-то новый аттракцион, но если Ларисе по вкусу такой, то ради Бога. Только в другом месте, подальше от нас. И что ты решила, выслушав её?

— Решила, что непременно сделаю тебя счастливым. И сама буду очень счастлива рядом с тобой.

* * *

Спустя два года и десять месяцев

Аркадий осторожно открыл входные двери и, стараясь не шуметь, зашёл в прихожую. Повернулся, чтобы закрыть за собой двери, и вздрогнул, потому что его ослепил вспыхнувший в прихожей свет.

В дверях, ведущих в комнаты, стояла Алина и улыбалась.

— Ты что, не спишь? — глупо спросил у жены Аркадий.

— Нет, как видишь. Ты не позвонил вечером, и я поняла, что ты едешь домой. Решил не оставаться на прием?

— Да, поздравил юбиляра заранее и уехал. Не хотелось оставаться там до утра, до чёртиков надоела эта командировка. Так что… Я сегодня муж, вернувшийся из командировки раньше. И заявившийся в два часа ночи.

— То есть, как всегда, — Алина подошла вплотную к Аркадию и обняла его за шею.

— Мм, мой любимый халатик, — Полевой сразу настроился на романтический лад, усталость как ветром сдуло. — Только я с дороги, так нельзя.

— В душ шагом марш. И ужинать. Или как это называется, когда едят в третьем часу ночи?

— А Кирюха спит?

— А что он ещё может делать в это время?

Кириллу, сыну Аркадия и Алины, недавно исполнилось полтора года, и он уже вполне позволял родителям не только высыпаться по ночам, но и посвящать друг другу намного больше времени, чем год назад, например.

Результаты не заставили себя долго ждать, но Аркадий ещё не знал о том, что жена приготовила для него сюрприз.

Приняв душ, Аркадий зашёл в детскую и постоял у кроватки, глядя на маленького темноволосого мальчика, — его, Аркадия, продолжение.

В ранней молодости, делая карьеру, Полевой не задумывался об отцовстве. Когда перевалило за тридцать, приоритеты немного изменились, но только у него, не у его первой жены.

А Алина сразу понимала, что Аркадию нужна настоящая, полная семья, и у неё даже мысли не возникало подождать, повременить, отложить на потом, пожить для себя. Через год с небольшим после свадьбы у четы Полевых родился первенец.

— Какие у тебя планы на субботу? — спросила Алина, когда кормила мужа то ли слишком поздним ужином, то ли нереально ранним завтраком.

— Выходной.

— Елисеевы приглашают нас на годовщину их свадьбы, совмещённую с новосельем.

— Да ты что! Неужели всё? Строили — строили, и наконец, построили? Молодец, Степан! Мне нужно брать с него пример?

— У нас прекрасная квартира. Ты — человек мегаполиса, и не можешь жить без его напряжённого ритма.

— То есть, ты не будешь завидовать подруге белой завистью и мечтать о собственном загородном коттедже?

— Нет, — покачала головой Алина.

— Я всегда знал, что у меня идеальная жена, самая добрая и понимающая.

— Тем более, если уж в тебе так силён соревновательный дух… Кое в чём мы Елисеевых, кажется, обогнали.

— В чём?

Алина увидела, что Аркадий всё сразу понял, по его вспыхнувшим зелёным глазам. Но он хочет услышать это от неё.

— Месяцев через семь с половиной мы станем дважды родителями. А Юлька уверяет, что раньше, чем через пять лет, за вторым не пойдёт.

— Ой, да куда она денется? Вот родится у нас маленькая девочка, и Волошина… то есть, Елисеева, бегом в декрет ринется. А мне опять решать проблему с кадровыми провалами.

Аркадий устроился рядом с Алиной, обнял её и прижался щекой к её волосам.

— Спасибо, — прошептал он.

— Не я одна старалась, — улыбнулась Алина и положила ладонь на руку мужа.

— Может, "посудомойку" потом загрузим? Утром?

— Тут посуды-то чуть-чуть, я сейчас сама быстро вымою. Иди, ложись. У меня есть ещё один сюрприз для тебя.

— Вау! — загадочно прошептал Полевой. — Жду с нетерпением.

— Это не то, что ты подумал, но надеюсь, тебе понравится.

Через несколько минут Алина вошла в спальню, держа в руках альбом для фотографий.

— Давно мечтала распечатать эти фотографии, да всё руки не доходили, — Алина устроилась рядом с мужем и с нежностью посмотрела на него. — Помнишь, ты спрашивал когда-то, как выглядит моё счастье?

— Помню, конечно! Ты тогда первая призналась мне в любви и призвала меня не быть трусом. И я сразу понял, что ты права.

— Вот, — Алина открыла альбом, и Аркадий замер.

На фотографиях были осенний N-ск и задумчивый Аркадий, одетый в тёмную куртку и джинсы. Аркадий сидел на пригорке, прямо на земле, усыпанной жёлтой листвой, и задумчиво смотрел на охваченный осенью городок.

— Знаешь, мне кажется, это лучшие мои фотографии, — удивлённо заговорил Аркадий. — Я давно знаю, что у тебя получаются прекрасные работы, но только теперь понял — у тебя настоящий талант.

— Нет у меня особого таланта. Я тогда фотографировала собственное счастье, и всё дело в этом.

Конец