Сказки и не только - Айрон Мира

— А вы разве не уезжаете завтра?

— Алина, — Полевой провёл ладонью по своему лицу, потом взлохматил тёмные, коротко стриженные волосы. Подумал, и взял руку Алины в ладони. — Я очень надеюсь, что мы вернёмся в Москву вместе. Я приехал за тобой. Пожалуйста, прости меня за то, что я не до конца разобрался в той неприятной ситуации. Я… мало, кому верю вообще по жизни, вот и тебе не поверил, хотя ты говорила правду.

— Женя всё же рассказала вам обо всём? Или папа? — вспыхнула Алина.

— Женя с Сеней. И они поступили абсолютно правильно, когда пришли ко мне. Алина, если ты согласишься вернуться обратно на работу, я завтра утром позвоню и аннулирую все приказы. Сделал бы это раньше, но жду твоего решения.

— Да, Аркадий Викторович, конечно, я вернусь. Но мне хотелось бы остаться в этом городе ещё ненадолго. Тут какая-то необычная атмосфера. Атмосфера счастья.

— Хорошо, останемся. Два дня хватит? Завтра и послезавтра. А утром через два дня уедем. Я же на машине.

— Хорошо, спасибо вам. А почему вы сказали, что мало, кому верите? — совсем осмелела Алина.

Полевой несколько секунд молчал, но сказать всю правду так и не решился.

— Наверно, это уже профессиональные привычки: недоверчивость и стремление всё поставить под сомнение.

— Например, этот ваш ответ, — Алина задумчиво смотрела на Аркадия.

— Что не так с моим ответом? — на твёрдых щеках Аркадия, покрывшихся за день чёрной щетиной, вспыхнули два ярких пятна.

— Я ставлю его под сомнение.

— Алина, знаешь, — усмехнулся Полевой. — Ты не перестаёшь меня удивлять. С одной стороны, это очень интересно и захватывающе. А с другой — это большой минус мне как руководителю: я абсолютно не знал тебя, не прочувствовал, не раскрыл.

— Ничего страшного, — Алина закусила нижнюю губу и подперла подбородок кулаком.

Так и смотрела прямо на Полевого, которого ей всё же удалось смутить.

— Хорошо, Алина. Но это личное. На работе никто не знает и не должен узнать. Недавно я пережил развод, тяжёлый и неприятный.

— Простите, Аркадий Викторович! — побледнела Алина. — Я не имела права настаивать… Я никому, клянусь!

— Всё хорошо, Алина. Неприятности в прошлом. А настоящее прекрасно.

Глава третья

На следующий день уже Алина выступала в качестве гида по N-ску, с видом знатока провожая Полевого то к той улице, где раньше жил Степан, то в берёзовую рощу.

В роще они гуляли особенно долго, и Полевой даже согласился, чтобы Алина его сфотографировала несколько раз.

— До недавнего времени не знал, что ты увлекаешься фотографией, Алина!

— Давно увлекаюсь. Можно сказать, с детства. Даже посещала специализированную школу, тоже давно, ещё когда только начинала учиться в университете. Профессию выбрала другую, однако от мечты не отказалась. Родители меня поддерживают, вот, подарили фотоаппарат.

— Мне почему-то кажется… точнее, я уверен в том, что у вас прекрасная, дружная семья. Такой светлый человек, как ты, Алина, не мог родиться и вырасти в другой семье.

— Спасибо, Аркадий Викторович! Мне очень приятны ваши слова. Я уверена, что и вы выросли в прекрасной семье.

— Это так, — кивнул Аркадий. — И все в нашей семье связаны с журналистикой — и мама с папой, и бабушка с дедом. А ещё у нас в семье все однолюбы, и женятся однажды на всю жизнь. Но я вот… не смог. Не оправдал ничьих надежд, в том числе, своих собственных.

— Не может быть всё у всех одинаково, Аркадий Викторович! Даже в одной семье. Не вините себя. Вы ещё молоды, и всё у вас будет хорошо. Непременно будет настоящее счастье.

— Обещаешь? — остановившись, Аркадий заглянул в глаза Алины. — Даёшь гарантии?

— Как вы интересно говорите, — улыбнулась Алина. — Главное условие — это ваше желание, а также отсутствие трусости определённого рода.

— Смешная ты, — Аркадий коснулся кончиком пальца носа Алины. — Молодая идеалистка. Не обижайся.

— А вы будто старый и седой, уставший от жизни дедушка.

— Ты как с начальником разговариваешь, Пепеляева?

— А вы мне не начальник!

— Как это? — растерялся Аркадий. — Ты же обещала вернуться!

— Так мы же ещё не в Москве, а в отпуске.

— Железная женская логика. Вот видишь, мы даже в отпуск вместе приехали, а ты говоришь, что я тебе не начальник.

— Ладно, ладно, вы мой начальник, Аркадий Викторович!

— Вот ты говоришь, будет мне счастье, если я сам не испугаюсь и не спугну его?

— Как вы хорошо сказали! "Сам не испугаюсь и не спугну его".

— Что-что, а говорить мы все умеем, да ещё профессия располагает. А ты сама, Алина, не боишься счастья?

— Я? Нет, конечно!

— А какое у тебя счастье? Расскажи!

Алина чувствовала, что этот разговор может завести их с Аркадием Викторовичем на опасную территорию, но остановиться уже не могла. И не хотела останавливаться.

Ведь не зря всё случилось, и судьба свела их с Полевым в этом городке. Отказываться от того, о чём мечтала больше двух лет, Алина не собиралась. Пока Аркадий Викторович ходил вокруг да около, она уже всё решила.

— У моего счастья зелёные глаза, тёмные волосы и смуглая кожа, — ответила Алина, глядя прямо в лицо Аркадия. — Когда счастье сердится или чего-то не понимает, сдвигает красивые тёмные брови, быстро ходит по кабинету из одного угла в другой и начинает искать пачку сигарет, которую само от себя спрятало.

— У твоего счастья есть собственный кабинет? — тихо спросил Аркадий.

— Есть. Вот такое у меня счастье — с собственным кабинетом. А главное — с непростым характером.

— Но тебе всё равно лучше с ним, чем без него, даже несмотря на его несносный характер?

— Конечно! Хотя я не считаю его характер несносным, не говорила ничего подобного.

— А я сам догадался.

Улыбнувшись, Алина поправила на плече сумку с фотоаппаратом, сунула руки в карманы куртки и пошла по тропинке, усыпанной жёлтыми берёзовыми листьями.

Аркадий тут же догнал её и пошёл рядом.

— Алина!

— Да?

— Ты всегда такая скрытная молчунья?

— Я? Скрытная — возможно, но молчунья — это точно не обо мне.

— Но ведь получается, что при иных обстоятельствах я бы так ничего и не узнал?

— Получается, да, не узнали бы.

— Но ведь это жестоко, Алина!

— Зато справедливо и правильно. Тем более, при иных обстоятельствах вы бы не считали, что это жестоко.

— А что теперь будет?

— Теперь будет только так, как вы сами решите, Аркадий Викторович!

— Почему ты так ведёшь себя со мной, дерзкая девчонка? Я намного старше тебя. И я твой босс.

— Потому что я не девчонка, а женщина. А вы — мужчина, и возраст тут не играет никакой роли. Женщины часто так ведут себя с мужчинами, над которыми чувствуют свою власть. Вам это не нравится?

— Твоя власть? Она затягивает меня, а я не хочу сопротивляться и сам себе удивляюсь. А то, как ты дерзишь, мне очень нравится. Только на работе это лучше не практикуй. Должен же я сохранять статус-кво.

— Во всём?

— Ты же знаешь, что нет. В определённой части моей жизни ты не оставила камня на камне. Значит, будет так, как я решу?

— Да.

— Тогда я решил. Сейчас ты позвонишь Диме и скажешь ему о том, что вы больше не будете встречаться. Да?

— Да, Аркадий Викторович.

— Потом я приду к тебе, и мы вместе будем смотреть старые фильмы, которые ты смотришь по вечерам одна и не приглашаешь меня. Да?

— Хорошо, Аркадий Викторович.

— А ещё ты будешь называть меня по имени, без отчества. И на "ты".

— А как же статус-кво?

— Ты умная девушка, разберёшься. Да?

— Да, Аркадий.

* * *

Аркадий и Алина возвращались в Москву. Полевой был за рулём, а Алина, глядя в окно на пасмурный осенний пейзаж, вновь и вновь вспоминала прошедшие три дня. Прокручивала в голове их с Аркадием разговоры, а потом то, как они стали близки.

Полевой, как и обещал, пришёл к Алине смотреть старые фильмы, и с тех пор Алина и Аркадий не расставались.