Наше темное лето (ЛП) - Павел Ханга Э

— Да, уволили, — кивнула Кора.

Я уже забыл об этой части интервью. Я не мог воспринимать это всерьез. Если я что-то и знал наверняка, так это то, что мои родители любили друг друга. Черт, я думаю, единственным человеком, которого Джошуа когда-либо любил, была моя мать.

— Я не думаю, что Лиззи оставила бы свою семью. Я никогда так не думала, но после тех свидетелей, а затем ухода Джошуа, делать было нечего. Все ушло в прошлое.

В комнате воцарилась тишина, как будто все мы затаили дыхание.

Кинсли прочистила горло.

— Вы сказали, что Лиззи пошла покупать цветы; мы не знаем, дошла ли она до места назначения?

— Ее машина была припаркована перед нашим домом, — ответил я. — Она должна была вернуться домой.

— Верно, — кивнула Кинсли.

— А большинство магазинов в городе закрываются около семи или восьми вечера, так что даже если она пошла, скорее всего, они уже были закрыты, — добавила Алия.

Верно. Возможно, она купила те цветы, которые я видел, где-то еще.

— Спасибо за ваше время, Ава. — Я встал, прервав момент, и остальные последовали моему примеру.

— В любое время. — Она улыбнулась нам грустно и проводила нас. — Извините, что не смогла больше помочь. Не хотите остаться на ужин? Думаю, мы закажем еду из Julio's.

Восторженное «Да» Бракстона раздалось по всему дому, но я покачал головой.

— У нас много дел. — Я повернулся к Кинсли, чтобы она согласилась, но ее не было.

Я нашел ее за спиной Авы, где она изучала что-то на одном из ящиков, а затем сунула руку в карман. Я нахмурился, но повернулся к Аве, которая теперь разговаривала с Коннором.

— В любом случае, спасибо, — прервал я ее, и она улыбнулась и кивнула.

— Извините, миссис Ли... Ава, можно спросить, были ли у вас сегодня другие посетители, кроме нас? — спросила Кинсли, остановившись рядом со мной.

Что она делала?

— Боже мой, нет, — рассмеялась Ава. — У меня даже сил разложить вещи еще не было. — Кинсли сморщила нос, и в ее карих глазах блеснуло озорство.

Мы были уже на полпути к машине, когда кто-то окликнул ее.

— Извини. — Саманта остановилась перед ней, и Кинсли нахмурила брови. — Я просто разговаривала с Корой и Алией. — Она оглянулась на дом, где, кроме нас четверых, все остальные остались на ужин. — Хочешь прийти к нам на ночлег позже сегодня вечером? — спросила она, и Кинсли приоткрыла губы, поворачивая голову ко мне.

Я не знал, как реагировать, так как это было ее решение, поэтому просто пожал плечами.

Она повернулась обратно.

— Эм, ладно.

Саманта улыбнулась.

— Я пришлю адрес в дурацком групповом чате Бракстона.

— Спасибо, — ответила Кинсли, и девушка поспешила обратно в дом. Мы с ней смотрели ей вслед.

Как только мы сели в машину, я повернулся к Кинсли, а она засунула руку в карман и вытащила что-то крошечное. Она подняла это между пальцами, поворачивая вокруг себя, и мои глаза расширились. Это было кольцо. Золотое кольцо с зеленым кристаллом посередине — изумрудом, если быть точнее — и я сразу узнал его как кольцо моей матери.

41

Кинсли

— Я не думаю, что оно было у Авы. — Я устремила взгляд на кольцо между пальцами Томаса. Он не смотрел на меня, но ему и не нужно было: я видела, что он думает иначе.

— Кинс права, — вступил в разговор Коннор, наклонившись вперед с заднего сиденья. — Допустим, ты владеешь кольцом почти двенадцать лет, а в день, когда семья владельца кольца приходит к тебе домой, ты случайно оставляешь его на видном месте, где они могут его найти. Я не гений, но даже мне это кажется подозрительным.

— Я с ними согласен, чувак, — поддержал Кевин, и я сжала губы.

— Не все так, как кажется, ты же знаешь. — Я видела, как Томас обдумывает это, его черты лица меняются, пока он спорит сам с собой.

— Ладно, — ответил он, встретив мой взгляд. — Так что же нам делать? — спросил он. — Полиция явно не подходит, — добавил он, и Кевин сдвинулся на сиденье.

— Ну, мы вернулись к исходной точке, — сказала я, бросив на него взгляд.

— К исходной точке? — спросил Коннор, наклонившись вперед.

Но никто из нас не посмотрел на него, даже когда он задержался между нами. Наши глаза говорили вместо слов, и в конце концов мы пришли к соглашению.

В том доме, кроме Авы Ли, было восемь человек. И любой из нас мог оставить там кольцо, чтобы его нашли. Было очевидно, что это не Томас и не Коннор, и я знала, что я не имею к этому никакого отношения, но все остальные... Я взглянула на Кевина, чьи глаза расширились.

— Не говорите мне, что я снова в вашем списке подозреваемых.

Я сделала ему сочувственное лицо.

— Я не думаю, что ты когда-либо выходил из него. — Томас повернулся от меня к Кевину, который выдохнул разочарованный вздох.

— Могу я напомнить тебе, что кто-то убил моего чертового попугая? И это точно не я.

— Насчет этого... — Томас открыл рот. — Это был тот человек в маске с вечеринки и из леса, который вчера вломился в дом. — Его взгляд замер.

— Ты хочешь сказать, что этот психопат убил мою птицу? — спросил Кевин, и Томас кивнул.

Кевин опустился на свое место.

— Как... — начала я.

— Помнишь старую видеокамеру из коробки Лиззи? — спросил Томас, и я склонила голову. — Я оставил ее на подоконнике после вечеринки с барбекю, на всякий случай, и Бракстон помог мне очистить изображение, — добавил он, и я кивнула, наконец поняв, чем он там занимался.

— Подождите, давайте вернемся на минутку назад, — прервал нас Коннор. — Кто еще есть в вашем списке?

Я прикусила внутреннюю сторону щеки. Я совершенно забыла, что не показала ему список, после того как перепутала его с Томасом в ту ночь, когда его составляла.

— Все. — Я покусала нижнюю губу, вытаскивая список из кармана. Ну, с тех пор я вычеркнула отца Кевина, и, вероятно, сделаю то же самое с Авой.

— Все? — спросил он, широко раскрыв глаза и повернув голову в сторону дома. Мы кивнули, и я передала ему список с именами. — Ну, это жестоко. — Он откинулся на спинку кресла и развернул бумагу. — Я их искренне люблю, — добавил он, когда они с Кевином просматривали имена.

— Думаю, Бракстон рассердился бы только в том случае, если бы его не было в списке, если это утешит, — прокомментировал Кевин, и Коннор толкнул его локтем в бок.

— Мы их тоже любим, — сказала я, и даже Томас согласился. — Мы просто не можем исключить, что они не участвуют в этом. Особенно после... — Я замолчала, когда поняла, что мы не успели рассказать ему о том, что узнали сегодня утром. Кевин и я переглянулись.

— Я рассказал им о страхе Кинсли перед птицами.

— О, — Коннор выдохнул и вернул мне бумагу. — Я понимаю, как это выглядит.

Я кивнула. Особенно теперь, когда Томас рассказал мне о видео, где человек в маске поднимался по лестнице, я была уверена, что кто бы это ни был, он знал о моей фобии. Я вспомнила, что дверь гостевой комнаты была заперта, когда мы вернулись, а это означало, что им пришлось обойти дом, чтобы забраться на окно и оставить бумагу на моей кровати. Но почему бы просто не взломать замок на этой двери? Чтобы еще больше напугать меня?

Мы помолчали, а потом Коннор снова выпрямился.

— Но они того же возраста, что и мы. — Он нахмурился. — Им было буквально около десяти лет, когда мама исчезла.

Томас и я переглянулись. Мы, конечно, думали об этом, но это не означало, что они не могли помогать кому-то постарше. Все найденные нами улики указывали на это.

— Давайте просто поедем домой, — сказал Томас, глядя на дом, и я заметила, как шевельнулась одна из занавесок.

Я задрожала от ощущения, что кто-то наблюдает за нами, пока мы уезжаем.

⋆⋆⋆

Через полчаса мы собрались внизу, вокруг кухонного острова. Томас сел рядом со мной, его теплая рука сразу же нашла чувствительное место на моем бедре, и по моей коже побежали мурашки.

— Мы все были вместе, когда кто-то вломился в дом, помните? Играли в прятки, — попытался объяснить Коннор.