Цветок для хищника (СИ) - Лазаревская Лиза

— У меня есть информатор, — взглядом он указал на Софию, чью талию всё ещё держал в своих руках Наиль.

София, точно.

Я рассказывала ей о том, что начала учиться играть.

— Но это не основной подарок.

— Не основной? — переспросила я, насупив брови. А что тогда основной?

— Твой подарок сейчас стоит на специальной пляжной стоянке.

— На пляже? Специальной стоянке? — я настолько недоумевала, что не могла даже связать мысли воедино. Пляж? Специальная стоянка? Что это вообще могло значить? — Ты же не хочешь сказать, что купил мне?..

— Я хочу сказать, что твоя яхта больше моей, поэтому в следующий раз мы покатаемся на ней.

Сейчас был единственный раз, когда я радовалась сидячему образу жизни. Потому что я могла упасть в обморок в любой момент — а, сидя в кресле, это было менее травмоопасно.

— Дамиан, ты сумасшедший! — я смотрела на него снизу вверх, совершенно не зная, что сказать, кроме того, что он сумасшедший.

— Ты даже не представляешь, насколько. Ты меня таким делаешь, малыш.

У меня не получалось прийти в себя — пульс учащался с каждой секундой всё больше и больше. Он говорил об этом так спокойно, словно купил не яхту, а ведро мороженного.

— Почему яхта?

Он мог выбрать что-то не такое... масштабное и дорогое?..

— Я хотел, чтобы у тебя остались только положительные воспоминания от нашего первого похода на море.

Мои воспоминания испортили слова чужих мне людей, но это не означало, что тот день не вошёл в список самых лучших дней в моей жизни.

— Ты не должен был покупать такой дорогой подарок.

В моей семье всегда были скромные подарки, если они вообще были. Мы жили на бабушкину и дедушкину пенсию, а после смерти дедушки — только на бабушкину. Мы не думали о такой роскоши, как подарки. Кроме любви, заботы и внимания, мы ничего не могли подарить друг другу. Получать подарки для меня немного дико, особенно такие...

— Больше говори мне такие вещи, — потребовал Дамиан, наклонившись и проводя большим пальцем по моему подбородку. — Ты достойна жизни, отданной за тебя, а не какого-то куска стали.

Ничего себе кусок стали... — пронеслось в моей голове, однако я не стала озвучивать вслух.

— Спасибо тебе, Дамиан.

Нас прервали.

София наконец отпустила Наиля и присоединилась к нам.

Затем пришла и Элина, почему-то заинтересованная букетом, который всё ещё лежал на моих коленях. Она взяла его в руки и передала Дамиану, попросив мужчину отнести его домой, в зал. Дамиан был не против выкинуть его куда-то, ведь думал, что он от какого-то неизвестного «поклонника», однако промолчал. Перед тем, как взять букет из рук Элины, он вытащил зазвеневший мобильный из кармана. Даже не посмотрев на экран, мужчина положил телефон на край стола и пошёл с букетом в сторону входной двери.

— Аллилуйя! — Элина плотно прижала ладони друг другу и подняла голову вверх, будто обращаясь к небу и высшим силам. — Хоть как-то его спровадили, а то ты весь вечер занята только им.

— А мне казалось, что вы этого и добивались в самом начале, — хихикнула я. — И тем более, я не одна такая.

София невинно вскинула брови и похлопала ресницами, всячески делая вид, будто не понимала, о чём шла речь. Она провела больше времени с Наилем, чем я с Дамианом — потому что я хотя бы общалась с другими гостями.

— Ничего не хочу слышать! Не у меня день рождения, весь фокус и каждая претензия к Асе!

Я была рада побыть с девочками, несмотря на то, что уже соскучилась по Дамиану — хотя ушёл он меньше минуты назад. Они переглянулись, а моё внимание привлёк дисплей телефона — он снова загорелся. Я вовсе не собиралась лезть в его личное пространство, но мне показалось, что ему писала девушка. Пришло ещё одно уведомление о новом сообщение.

Я прищурилась, чтобы разглядеть имя.

У меня получилось.

Ему писала какая-то... какая-то Марина...

Несколько сообщений подряд, в которых она...

«Абсолютно не верила, что между ними всё кончено».

«Скучала».

«Очень хотела увидеться с ним и провести вместе время».

И это ещё не всё.

Сообщения продолжали приходить, но моё зрение рассредоточилось, и я видела только расплывчатые буквы на экране.

Девочки о чём-то говорили со мной.

Пришло время задувать свечи торта.

Дамиан стоял на расстоянии нескольких метров и ждал со всеми остальными, когда я сделаю это.

Я сделала.

Задула свечи.

Но мой праздник был окончен.

Глава 18

Дамиан

Мои глаза сужались, стремительно изучая каждую строчку детального досье, подготовленного для меня Леоном.

Как тесен мир. Хоть отдалённо, но мне всё же была знакома фамилия этого ублюдка.

Анатолий Елисенко. Областной прокурор, люстрированный несколько лет назад. В должности не восстановился, однако спустя год стал соучредителем и заместителем генерального директора одной транспортной компании.

Матвей Елисенко — его двадцатипятилетний отпрыск, испортивший жизнь моей девочке.

Он не просто сбил её.

Он ни капли не раскаивался в содеянном.

Этот сукин сын был не просто невнимательным, он был пьяным.

Этот сукин сын даже не потрудился остановиться и посмотреть, чья жизнь могла оборваться из-за него.

И судя по тому, что свидетельские показания отсутствовали, а запечатлевшая всю аварию запись с видеорегистратора другой машины даже не была использована как улика, его папаша хорошо подсуетился, чтобы откупить своего самого уёбищного сперматозоида.

Ей сломали жизнь и сделали вид, что ничего не произошло. Дело закрыли и уничтожили, словно его действительно никогда и не было.

Но никто не останется безнаказанным. Я позабочусь об этом.

Переодевшийся в боксёрские шорты и майку, Леон вышел из раздевалки и направился ко мне.

— Надеюсь, я был тебе полезен?

— Иначе я бы не платил тебе.

— И что ты собираешься делать с отпрыском Елисенко? — Леон развалился на скамье возле меня, поставив между нами стеклянную пепельницу. Он затянулся, сверля меня взглядом. В его глазах всегда наблюдалось что-то дикое. Я не рассказывал о своих планах первому встречному, но Леон был одной из основных деталей в механизме.

— Всё, что ты мне предложишь, чтобы отправить его за решётку.

— Я думал, ты хотел наказать его самостоятельно, — ухмыльнулся он. — После ДТП папаша месяц держал его заграницей, он даже не присутствовал на суде. Но я пробил по своим каналам, сейчас он в городе.

Я отставил бумаги с информацией о человеке, от которого меня тянуло рыгать. Затянулся и выпустил облако дыма.

Если быть честным с самим собой, я бы не рискнул встречаться с ним наедине.

У меня чесались руки, когда я просто читал его имя. Скорее всего, если бы сейчас Леон назвал мне его точное местоположение, не раздумывая, я бы рванул в другую часть страны.

— Я не могу.

Не сейчас.

— Почему же?

— Я убью его, — вслух признался я.

Да.

Это будет смерть.

Быстрая, потому что я не смогу сдерживаться в присутствии этой гниды. Не пройдёт и минуты, как я перекрою поступление кислорода в его мозг — и задушу его. И он заслуживает подохнуть, но это не наказание. Это освобождение. Слишком гуманно. Слишком легко. Слишком быстро. Даже если я буду сдерживаться. Даже если меня хватит на то, чтобы мучить его часами.

Ася потеряла бабушку.

Жила в детском доме, каждый день находясь в страхе.

Стала инвалидом.

Всё из-за него.

Нескольких часов незаслуженно мало для преступления, которое он совершил.

Я отправлю его в тюрьму, как он того и заслуживает. Его будут избивать до состояния овоща. Будут ломать его кости, поджигать его тело и пользоваться им, пуская по кругу — затем лечить. И так по кругу, пока он не сойдёт с ума от непрекращающихся мучений.