Измена. Подари мне мечту (СИ) - Тэя Татьяна

У меня холодок по спине от таких мыслей и нервный смех, застревающий в горле.

Жизнь не сериал, – убеждаю себя.

Ага, она хуже и страшнее, – кивает внутренний голос.

Каблуки стучат по гладкой красной плитке, которой выложено пространство перед входом во двор. Иду и роюсь в сумочке в поисках ключей, когда меня окликает знакомый голос. Разворачиваюсь и натыкаюсь на Матвея.

На нём горчичного цвета пальто нараспашку, под которым деловой костюм. Матвей идеальный. Будто сошёл со страниц журнала о бизнесе, наподобие «Форбс». Конечно, он привлекает взгляды прохожих и пленяет женские сердца.

А я морщу нос, мигом ставший холодным и красным на освежающем весеннем ветру, и переминаюсь с ноги на ногу, не чувствуя никакого удовлетворения, что Матвей как бы «бегает» за мной.

Лучше б не «бегал». Ей богу, это всё усложняет!

Однако вопреки всем разумным мыслям по телу проходит приятная дрожь. Тело то помнит. И сердце помнит. Тоскливо так сжимается.

– Всё-таки решил приехать, поговорить, – даже не спрашиваю, утверждаю.

– Конечно, – Матвей выглядит очень серьёзным, без своей привычной улыбочки. – Мне не понятно твоё решение.

– Кажется, я всё предельно ясно объяснила.

– Давай я притащу её вот сюда.

Указывает он двумя, сложенными в прямую линию пальцами, на порог моего дома. Этот жест напоминает мне дуло пистолета, да и сам Матвей выглядит так, будто готов без лишних раздумий пристрелить неугодных ему людей.

Ему не надо уточнять, кого это – её. Итак всё понятно.

– Удивительно, что ещё не притащил, – бормочу с усмешкой.

Но Матвею не смешно.

– Она скажет, что всё придумала. Тогда ты мне поверишь?

– Ну эта отвалится, появится другая.

– Да не появится, ты ещё не поняла?

– Это ты сейчас так говоришь.

– Рузанна… – тянет он с какой-то безнадёжностью, потом замолкает, будто прикидывает варианты. Наконец, продолжает: – Возможно, тебе нужно время остыть, прийти в себя, понять, что ты ошибаешься.

– Мне не нужно время. Я не ошибаюсь…

Хочу ещё что-то добавить, но Матвей кладёт мне ладонь на затылок и тянет на себя, коротко и крепко прижимаясь губами к моим. Шокированная внезапным поцелуем, я застываю. Мгновенный отклик прошибает до самых пяток, в которых приятными иголочками, подгибающими колени, покалывают нервные окончания.

– Вот видишь? Ошибаешься, – довольно заявляет Матвей, а затем уходит.

Поселяя ещё больше сумятицы в моей душе.

Какая-то травмированная часть меня хочет опуститься на ещё более глубокое дно. Посмотреть, есть ли предел у этой чёртовой Марианской впадины. Буду ли я нужна Матвею, если продолжу отвергать его? Или Матвей сдастся и махнёт рукой, предпочитая не связываться с девушкой, у которой семь пятниц на неделе?

Но главное тут не это. Главное – цинизм, с которым он ответил на сообщение. Будто бы новая жизнь ничего для него не стоит. Мне этого не понять, не тогда, когда я сама не могу дать эту новую жизнь. Люди так часто пренебрегают возможностями, данными им от бога, не понимая, что возможность могут забрать так же легко, как и дали. Забрать безвозвратно. Невосполнимо.

И нет ничего ценнее человеческой жизни, пусть ещё даже не родившейся.

Мужчинам не понять, – шепчет внутренний голос. – Ты многого от них хочешь.

Возможно, – киваю согласно. – Возможно.

Других ответов у меня нет.

***

Когда Ярослав привозит меня на деловое мероприятие, меня осеняет, что это, вероятно, то же самое, куда меня звал с собой Матвей. Под ложечкой начинает тоскливо посасывать, потому что шансы столкнуться здесь с Матвеем очень и очень высоки.

– Нервничаешь? Напрасно, – усмехается Ярослав, когда выходим из машины.

– С чего взял? – поправляя подол узкого чёрного платья, отвечаю в тон.

– Ладошки трёшь друг о друга.

– Может, это жест предвкушения?

– А… вот оно что.

На нём тёмно-серый строгий костюм и синий галстук в белую звёздочку. По мне, так не особо вписывающийся в общий образ. Волосы уложены на косой пробор, что придаёт ему схожесть с юношей, выпустившимся из какого-то английского пансиона.

– Мадам? – он оттопыривает локоть, приглашая ухватиться за него.

– Ну почему же мадам? Я снова мадмуазель.

Это ирония, конечно. Обратно в добрачный возраст и состояние мне не вернуться, а очень бы хотелось.

Мы заходим в высокие двери Экспо-форума, любезные администраторы отмечают приглашённых, я осматриваюсь. Народу довольно много. В основном мужчины разных возрастов. Есть и деловые женщины. А есть скучающие эскортницы, у этих всё на лице написано. Стоят в сторонке, потягивают что-то прозрачное из бокалов. Говорят, любое деловое мероприятие в Петербурге – это супер-профит для подобного бизнеса.

– Тебе стоило заказать профессиональное сопровождение, – киваю в сторону девушек.

– А? Что? – отвлекается от телефона Ярослав, скользя взглядом по длинноногим красоткам. – А… эти. Нет. Не интересно.

– А что интересно?

– Ты, – с усмешкой выворачивает.

– Иди ты, – шлёпаю его по руке, – сказочник.

– Почему не воспринимаешь меня серьёзно?

– Не знаю, – пожимаю плечами. – Не получается. Может, потому что ты брат Ани.

– Кстати, об Ани, – мрачнеет на секунду Ярик. – Она тут будет. Прости, что не предупредил.

Как будто бы случайно… ну и ну.

– Вместе с Ромой, наверняка?

– Вместе с Ромой, – подтверждает.

– Подстава, – упрекаю, насупившись, но на самом деле, мне уже всё равно.

Мы с Яриком путешествуем от стенда к стенду, потом зависаем в большом зале, где читают доклады, в суть которых я не особо вникаю. Что-то там про развитие региона. Мыслями я далеко от этого места.

А глазами… глазами то и дело высматриваю Матвея. Он настойчивый. Каждый день тарабанит мне доброе утро и добрый вечер в мессенджер. Но не получает ответа, хотя и регулярно напоминает о себе. Ужасно то, что я уже настолько привыкла, к его пожеланиям, что, когда сегодня утром оно пришло с часовым опозданием, даже напряглась.

А ещё голова наполнена картинками прошедшего отпуска, а сердце – ощущением счастья, которое я там испытала. Оно даже потихоньку начинает вытеснять недовольством и горечь.

Говорят, помнится лишь хорошее. Вот этот закон и срабатывает. Хотя мне, конечно, всё ещё очень и очень горько.

Оставив Ярослава в компании каких-то крутых мужчин, поднимаюсь по лестнице на второй этаж. У меня дымка перед глазами. Деловые разговоры я не воспринимаю, а зевать в ладошку, пока остальные рассуждают о важных вещах, так себе этикет.

Пытаюсь сверху обозреть бесконечное пространство. Но люди здесь похожи на жирные точки, лиц не видно. Кажется, их становится всё больше и больше. Если где-то внизу и есть Матвей, то мне его не заметить. И не встретить…

Что, конечно, хорошо.

Надеюсь, тоже останусь для него невидимкой. Потому что моя дурацкая неуместная тоска по нему становится всё сильнее.

– Рузик, – раздаётся за плечом елейный голосок Ани. – Давно не виделись, милая.

Выследила-таки. Подкралась.

– Какая я тебе милая? – даже не оборачиваюсь, так и продолжаю смотреть вниз.

– А мы с Ромой вчера поженились.

Голос у неё довольный, будто она кошка, облопавшаяся сметаны.

– Интересно, – приподнимаю брови, хоть она и не видит моего лица. – Вчера поженились, сегодня сюда пришли. А как же свадебное путешествие? А праздновать не будете? Или ты знала, что я сюда приеду, и тебе захотелось тыкнуть в меня своей сомнительной победой? Чем же ты так Ромку довела, что он неделю назад ко мне приходил, под дверьми пьяный молил впустить? Видимо, так не хотел в ЗАГС с тобой идти.

– Меня твои подколы не задевают.

Голос у Ани строгий, как бы ровный, но, чувствую, я её задела.

Наконец, оборачиваюсь. Она стоит в свободном сером платье, под складками которого явно виден подросший живот. На ногах туфли с каблуками под десять сантиметров.

– Смотри не навернись на таких ходулях, – киваю.