Каролина Кароль (СИ) - Волкова Дарья

Что, вот, например, сегодня они завтракают вдвоем с Каро за отдельным столом. Иногда Лу завтракает с Гвоздем и Толиком, а Каро — со своими девчонками. Которые, кстати, совсем перестали глупо хихикать наедине с ним. А Софа вообще умничка такая оказалась. Каро, конечно, капитан и Пушка. Но мозг команды, сердце атаки и обороны — это Софа.

Хорошо, что он перестал быть между девчонками камнем преткновения… Или яблоком раздора… Нет, камнем лучше!

Леонид обернулся и посмотрел туда, куда смотрит Каро. А она уже вставала.

— Извини, я отойду. Мне надо поговорить с Нелли.

Ну и кто такая эта Нелли?

— Привет, я Каролина…

— Кузьменко, я знаю, — улыбнулась Нелли. — Отличная игра, Пушка.

— А ты тут…

— Приехала болеть за мужа, — не дослушала вопрос Нелли.

— А ребенок? — выпалила Каро. О том, что легендарная центровая «Сибирячки» три месяца родила ребенка, знали все. О том, вернется ли она в спорт, и если да, то когда — не знал никто. Кроме молодой женщины, которая сидела сейчас напротив Каро и безмятежно пила чай.

— В номере с бабушкой, — пожала плечами Нелли. — У меня мировая свекровь, с ней можно и второго родить.

— А ты собираешься?! — снова выпалила Каролина. Она не очень понимала, почему так бестактно лезет к Нелли Ананьиной с вопросами. До сегодняшнего дня они не пересекались вот так, лично. Только на площадке, по разные стороны сетки. И все общение — рукопожатие после матча. Нелли на этот внезапный интерес к своей жизни никак не отреагировала — по крайней мере, негативно. Рассмеялась.

— Пожалуй, подожду. Хочу еще поиграть, пока получается.

— Отлично получается!

— И у тебя тоже.

В разговоре повисла пауза. Так-то надо прощаться, вставать и уходить. Но Каро так не делала. Вместо этого оставалась сидеть и почти в открытую разглядывала Нелли Ананьину. Кажется, она совсем не набрала веса во время беременности. Впрочем, центральная блокирующая «Сибирячки» на пару сантиметров выше и более крепкого телосложения, чем Каро, так что точно сказать трудно. А вот… Вот грудь да, явно стала очень пышной. С такой не поиграешь.

— Это все еда сына, — Нелли спокойно и даже, будто чуть весело, отреагировала на то, что ее разглядывают. — Хочешь, расскажу тебе про нюансы грудного вскармливания?

Вот теперь точно пора прощаться!

— Спасибо, не надо, — Каро встала, почему-то неловко, едва не уронив стул. — Рада, что у тебя все хорошо, Нелли. И что ты планируешь вернуться. Надеюсь, еще встретимся.

— И я надеюсь. Хорошего сезона, Каролина.

Каро шла к своему столику и хмурила лоб. На тему того, что она думала про Нелли еще пару месяцев назад. Оказывается, все не так однозначно. Оказывается, есть нюансы. Оказывается…

Лу встретил ее любопытствующим взглядом. Каро тряхнула головой. Так, сначала игра, потом домой, потом все остальные… нюансы. В смысле, мысли.

— Ну что, поздравляю тебя.

— Да было бы с чем…

— Что за похоронное настроение? — рассмеялся отец. — Вроде бы выправилась игра. Выездные окончили на высокой ноте.

Каролина тоже все-таки рассмеялась. Отец прав — игра выправилась. Но голова зато…

— Слушай, дитя мое, до меня доходят смутные слухи.

— Инсайдерская информация?

— Вроде того.

— Ну, делись, — у Каро с родителями спорт хоть и разный, а общего все равно очень много.

— Нет, это ты делись.

— Чем?

— Не чем, а кем.

И тут же прилетело фото. На нем — Каро с Лу после матча, он ее обнимает, а сама Каролина прячет лицо. Снято, похоже, с трибуны, качество среднее, но все, что надо, на нем видно.

Однако… А чему удивляться, собственно? Разве что…

— Долго терпел?

— Окончания выездных ждал, — хмыкнул отец. — Итак?

— Это… это наш врач. Новый. Временный.

— И он таким образом оказывает тебе неотложную помощь?

— Папа…

— Моя дочь обнимается на виду у целой спортивной арены с каким-то парнем. Моя дочь — очень умная девочка. Она понимает все последствия такого поступка. Понимает же, да?

— Пап, ты в чем-то меня упрекаешь?

— Боже сохрани. С моей точки зрения ситуация выглядит так, будто у вас все серьезно. И я хочу просто услышать подтверждение этому факту.

— А если услышишь?

— Буду готовить маму.

— Да к чему?!

— К тому, что у нашей дочери появился некто, с которым она обнимается на виду у всех. И дело только этим, похоже, не ограничится. Где я не прав?

Каро вздохнула.

— Тренер всегда и тотально во всем прав.

Отец снова рассмеялся.

— Возвращайся. И заскочи к родителям на предмет пожамканья.

— Да, тренер.

— Мои бы охламоны меня так слушались.

Сегодня последняя ночь. Завтра с утра самолет. Лу мирно сопит рядом, а Каро не спится. Ей не дает покоя один эпизод. Пустяковый, но он дал толчок чему-то внутри, и теперь Каролина не может заснуть.

Сегодня после игры Толик вручил ей файл с документами и сказал: «Передай Леониду, пожалуйста». Такой обыденный эпизод, ничего особенного. Просто передать документы.

Вот именно. Обыденный. Как это вдруг произошло, так быстро и незаметно, что их с Лу стали воспринимать как нечто единое целое? Нет, как-то не то. Как неразрывно связанных людей. Нет, тоже не то.

Как пару, вот. Родителей другие люди тоже именно так и воспринимают.

Надо же. За каких-то три недели так много всего случилось. Теперь можно подвести итоги.

У Алексея Павловича все хорошо, восстановление идет полным ходом, он уже дома. Но к работе сможет вернуться не раньше, чем через месяц.

А Лу… Лу влился в команду, как будто так и был тут. Гвоздь все больше и чаще советуется с ним, и, кажется, не только по чисто медицинским вопросам. Толик, имевший некое свойство к раздолбайству, построен по струнке и демонстрирует чудеса дисциплинированности. Девчонки разом охладели к Лу, как к мужчине, зато не перестают обсуждать его, как врача. Он почти вправил Софе голеностоп, Наде уже назначил каких-то анализов и обследований, потому что ему что-то не нравится, но данных для выводов мало.

И, как будто, оформилось какое-то статус-кво. Лу член команды, все их воспринимаю как пару, и даже папа чего-то там понял.

Но на самом деле это все… Это все существует здесь и сейчас. И что будет, когда они вернутся? Когда окончательно поправится Алексей Палыч?

Каро вздохнула. Она сегодня вечером, в холле гостиницы снова встретила Нелли Ананьину, с мужем и сыном. Смешной он. В смысле, ребенок, а не папа этого ребенка. Муж Нелли выглядел на удивление уверенно с ребенком на руках. Мимоходом поправлял малышу шапку, не переставая о чем-то увлеченно говорить с женой. Он у нее тоже баскетболист, кажется. Форвард, вроде бы. Хотя — что это за «тоже»? Кайгородский — это прошлое. А в настоящем у нее совсем не баскетболист. А в будущем…

Господи, Каро же никогда раньше не связывала свои планы на будущее с тем, какой у нее мужчина — баскетболист в каком угодно амплуа или врач! Все ее планы на жизнь были связаны с контрактами. С графиками игр и чемпионатов. С собственным здоровьем, в конце концов.

Все было раньше по-другому. Каро попыталась представить Лу в том же самом положении, что и мужа Нелли, — с ребенком на руках. Получилось на удивление легко. Странно. Неожиданно. Но Каро отчетливо увидела Лу с малышом на руках — и в ее фантазии он был такой же уверенный, как муж Нелли Ананьиной.

Вот до чего человека бессонница доводит! Каро вздохнула и плотнее прижалась к Лу.

— Не вертись, — сквозь сон пробормотал он, обнимая, поворачивая и притягивая к себе. Привычно положил руку ей на живот. Кажется, это привычка у него относительно новая, но Каро нравилась. До мурашек.

Кажется, она не сможет заснуть без этого его ворчливого «Не вертись». Как быстро она привыкла засыпать с ним, обнимая, чувствуя, его тепло, заряжаясь от него. А если так будет не всегда?!

Каро вдруг вспомнилось, как он сегодня после игры сам массировал ее. Не давал сбиться на флирт, пока не сделал все, что запланировал. Сколько он вообще…