P.S. Я все еще твой (ЛП) - Гринвуд Элия

— Отвали.

— Ты же знаешь, как я ненавижу мочить волосы. По крайней мере, ты можешь поблагодарить меня.

Подождите… Кейн попросил Скара прыгнуть в бассейн?

Кейн фыркает.

— Переживешь.

Не реагируй слишком остро. Не реагируй слишком остро. Успокойся.

— Что за черт?

Кейн и Скар сразу же замечают меня, и я проклинаю вселенную за то, что лицо Кейна создано для игры в покер. Он даже не вздрагивает, когда видит меня. Не выглядит шокированным или смущенным тем, что я застала их за сомнительной сделкой.

Скар, с другой стороны…

На его лице чувство вины.

— Ты, блядь, заплатил ему за то, чтобы он нас с Кэлом обрызгал? — Я запинаюсь.

Инцидент с кашлем немного отрезвил меня, но не полностью. Я все еще выпила слишком много, и это дает свои плоды.

Скар выглядит таким виноватым, что уже выдал себя.

— Хэдли, привет. Мы просто...

— Свали, — говорит Кейн своему барабанщику с выражением неразрешимой загадки на лице.

Скар не спорит и выходит на задний двор.

— Я задала тебе вопрос, — настаиваю я, как только мы остаемся одни.

В ответ Кейн засовывает руку в карман джинсов и что-то достает.

Зажигалку.

Я упиваюсь его видом. Теперь на нем черная футболка, которая идеально подчеркивает его мускулистое тело.

— Что, черт возьми, с тобой происходит? Зачем тебе просить своего друга сделать что-то подобное? Зачем тебе... — Мой голос затихает, когда он направляется к входной двери.

— Эй, членоголовый, я с тобой разговариваю!

Однако ему все равно, потому что следующее, что вижу — как он распахивает дверь и выходит на крыльцо. Я стою там несколько секунд, пытаясь безуспешно осмыслить то, что только что произошло.

В конце концов прихожу в себя, следуя за ним. Я нахожу его, прислонившимся к одной из колонн дома, курящим косяк, словно ему на все плевать.

Это безразличие раздражает. Ветерок пробегает по моему влажному телу, и я вздрагиваю. На улице становится прохладно, а на мне только топ от бикини и шорты.

Я останавливаюсь перед ним.

— Ты заплатил Скару, чтобы он это сделал, да или нет?

Я уже знаю ответ, но хочу, чтобы он это ответил.

Кейн вынимает косяк изо рта, выдыхает густое облако дыма и откидывает голову на колонну, прежде чем сказать.

— Черт возьми, я ему заплатил.

От его прямоты у меня перехватывает дыхание.

— Что? Но почему?

Все так же невозмутимо, как только может, он пожимает плечами.

— Потому что Кэл не тот парень, который тебе нужен.

Я скрежещу зубами от его ответа.

— Извини? У тебя хватает наглости вмешиваться в мою жизнь, когда ты...

— Когда я, что? Зацеловал тебя до смерти за день до того, как уехал из города?

У меня отвисает челюсть.

Меня бесит, что он ведет себя так, будто не сделал ничего плохого. Мне хочется треснуть его по голове банкой, которую держу в руках. Опускаю взгляд на нераспечатанную бутылку минералки в своей руке и понимаю… Может, дело не в том, что я слишком пьяна.

Может, дело в том, что я недостаточно пьяна.

Под пристальным взглядом Кейна я открываю банку и подношу ее к губам. Сначала медленно, но, не успев опомниться, уже выпиваю все. Я вижу, что Кейн против, судя по тому, как он хмурится, но мне насрать, что тот думает.

Я почти допиваю напиток, когда он издает стон.

— Хватит.

— Ты не отвечаешь на вопрос, — говорю я, переставая пить. В его глазах все еще читается неодобрение, но теперь он смотрит на мою грудь. Я опускаю взгляд и понимаю, что несколько капель выпивки скатились с моих губ и стекают по груди.

Он снова смотрит мне в глаза.

— Грей бы хотел, чтобы я присмотрел за тобой.

— Ты же не всерьез разыгрываешь карту Грея прямо сейчас. Ты игнорировал его в течение многих лет, Кейн. Годы. Ему пришлось получить пулю в гребаную башку, чтобы ты вспомнил о его существовании!

Бесстрастное выражение лица Кейна на секунду исчезает, и под ним?

Это боль.

Может быть, даже чувство вины.

Он снова напускает на себя бесстрастный вид.

— Это к делу не относится.

Это бесполезно. Мы просто ходим по кругу.

— Хочешь знать, что я думаю? — Подхожу ближе. — Я думаю, ты сделал это, потому что знал, что когда-то я была влюблена в тебя, и твое хрупкое эго не смогло смириться с тем фактом, что больше нет.

Он притворно вздыхает.

— Подожди, ты была влюблена в меня?

Блядь.

— Ты такой самовлюбленный, знаешь об этом? — Тычу указательным пальцем ему в грудь.

Он приподнимает бровь.

— Самовлюбленный, да? Это то, что позволяет тебе спать по ночам? — Моя уверенность сдувается. — Так и есть, не так ли? Ты цепляешься за эту дерьмовую историю, потому что легче сказать себе, что я ушел, потому что мне ни до кого нет дела, чем признать, что мне просто было наплевать на тебя.

Ладно, это больно.

— Пошел ты, — выплевываю я, поворачиваясь, чтобы уйти, и чуть не спотыкаюсь. Мне удается удержаться на ногах, но как раз в тот момент, когда я собираюсь открыть дверь, Кейн хватает меня за запястье и тянет к себе.

Он разворачивает меня и властным и требовательным голосом произносит:

— Мы едем домой.

— Ты с ума сошел? Я никуда с тобой не пойду. — Я пытаюсь освободить руку, но он не разжимает пальцы.

Выхватывает у меня из рук стакан с содовой.

— Это я тоже забираю.

— Эй! — Я протестую, но он уже сжимает в руке почти пустую банку и швыряет ее на газон.

— Ты пьяна, — говорит он.

— Нет!

Он стискивает зубы.

— Начинай идти. Сейчас.

— У тебя даже машины нет, — возражаю я.

— Я возьму машину Винса.

Не успеваю я опомниться, как он открывает входную дверь и берет ключи от машины Винса с вешалки для ключей, висящей на стене.

— Я хочу остаться.

— Дерьмово. — Он нажимает кнопку на брелоке Винса, и машина издает звуковой сигнал.

Я скрещиваю руки на груди, как маленький ребенок.

— Я сказала, что не уйду.

Кажется, я замечаю, что его взгляд снова опускается на мою грудь, но он не задерживается надолго, придвигаясь ко мне так близко, что чувствую его дыхание у себя на губах.

— Тащи свою задницу в машину, пока я не заставил тебя.

Не собираюсь сдаваться.

— Отсоси у меня, Уайлдер.

— Хорошо.

Тошнота подкатывает к моему животу, когда мои ноги отрываются от земли. Он, блядь, просто перекидывает меня через плечо.

— Отпусти меня. Я не ребенок. — Эта перевернутая ситуация не помогает справиться с тошнотой.

— Мне не пришлось бы обращаться с тобой как с ребенком, если бы ты не вела себя как ребенок.

Мы на полпути к машине, когда мой желудок подает мне предупреждение, игнорировать которое было бы глупо.

— Кейн, подожди, я не… Я что-то нехорошо себя чувствую.

Что-то в моем голосе, должно быть, говорит о том, насколько я напугана, потому что он немедленно ставит меня на землю.

Не знаю, может, из-за выпивки изменилось что-то в моем лице, но, клянусь, в его глазах мелькает беспокойство. Как только мои ноги касаются земли, Кейн обеими руками обхватывает меня за талию, не давая мне упасть.

А потом меня тошнит прямо на его ботинки.

Кейн

За всю мою жизнь многие девушки бросались мне в ноги. Несколько девушек даже целовали мои ботинки, как будто гигиены не существовало, благословляя землю, по которой я ходил. Несмотря на все это, никто ни разу не блевал у моих ног.

Хотя это совсем не значит, что я не сталкивался с рвотой.

Однажды беременную фанатку стошнило на себя, при виде меня. Я все равно обнял ее, потому что мне было жаль, что она провела семь часов под проливным дождем, ожидая возле моего отеля.

А еще был случай, когда фанатка принесла мне шляпу на подпись, и ее вырвало в нее, как раз когда она была следующей в очереди.