Ирина Комарова - Скрипач не нужен?
Ее глубокий вздох был подозрительно похож на всхлип.
– Так, срочно меняем тему. Иначе и мой хваленый самоконтроль не поможет. Я прилюдно разревусь и всем будет неловко. О чем будем разговаривать?
– А о чем? – переспросил Олег. Да что это с ним в конце концов? Или он всерьез решил принять участие в конкурсе на самого тупого поклонника сезона?
– Да все равно! – умение Светланы держать себя в руках, оказалось близким к невероятному. На губах ее уже играла доброжелательная улыбка и голос звучал безмятежно, вот только говорила она чуть быстрее и громче, чем требовалось: – О реформе высшей школы, о электрификации сельского хозяйства, о шансах нашей хоккейной сборной стать в этом году чемпионами мира?
– И что, вы во всем этом разбираетесь? – Олег был искренне потрясен.
– Нет, конечно! Но если вам есть, что сказать, то слушать, поддакивать и восхищаться вашей эрудицией, я вполне в состоянии. А может, поговорим о музыке?
– Не надо, – быстро отказался Олег.
– Верно, не стоит. Болтовня дилетантов, воображающих, что понимают, о чем говорят, невыносима! И наверняка, надоела вам до смерти. Тогда давайте о кино. Вы ужастики любите? Всякие «Чужие», «Хэллоуин» и прочее?
– Ни в коем случае! – в притворном ужасе он взмахнул руками. – Вообще их не смотрю. И ради бога, не пугайте меня, не говорите, что вам эти фильмы нравятся!
– Ни в коем случае! – Светлана очень точно скопировала его интонацию и руками взмахнула точно так же. – И дело даже не в том, что я боюсь. Я не боюсь, мне просто неприятно… а что случилось?
Олег поймал ее ладошку и теперь разглядывал. Причем то, что он видел, ему явно не нравилось. Светлана тоже посмотрела – рука, как рука. Гладкая кожа, тонкие пальцы. Украшениями не перегружены, только ободок обручального кольца. Ногти можно было бы обработать получше, но делать маникюр в парикмахерской Светлана не любила, а самой ей всегда не хватало терпения. Впрочем, какое ему дело до ее ногтей? Вообще, с его стороны, так демонстративно обращать внимание на этот мелкий недостаток, просто неприлично! Но оказалось, что Олег смотрел не на ногти.
– Вы замужем? – голос его прозвучал обиженно.
– А что в этом странного? В моем возрасте многие успевают выйти замуж, развестись и выйти замуж еще раз, – Светлана снова улыбнулась, но Олег не отреагировал на шутку.
– Это неправильно, – сердито сказал он. – Вы не похожи на замужнюю женщину.
– Я? – настала ее очередь обидеться. Светлана выдернула пальцы из его ладони. – Я не похожа? Да меня можно использовать в качестве эталона! Женщины, более похожей на замужнюю, чем я, просто не существует в природе!
– Извините, – ну что еще можно сказать в такой ситуации? Не первый раз в жизни приходилось чувствовать себя болваном, но чтобы таким! – Мне показалось… вы были одна на концерте, и здесь тоже…
– Здесь я не одна, а как вам прекрасно известно, с братом. И вообще, если мой муж в командировке, это не значит, что он не существует!
– Извините, – повторил он.
– Ладно, – она неожиданно улыбнулась. – Что это я, действительно, раскипятилась? Была бы причина…
– О чем беседуем? – они не заметили, как подошел очень довольный Кирилл. – А я все вопросы раскидал, завтра только с утреца надо будет в пару кабинетов заскочить, взять бумажки с печатями и страху кое на кого нагнать. Ну что, может покинем эту веселенькую вечеринку?
Светлана подумала, что доза Олега Тернова, полученная сегодня, для нее более чем достаточна. Похоже, он слишком умен, слишком симпатичен, слишком хорошо ее понимает и вообще, слишком ей понравился, чтобы позволять себе продолжить это знакомство. Кирюшке он нужен, Кирюшка его уговорил ехать в Хвалынск? Вот, пусть братец сам с ним и общается. Хорошо, что они отправились на этот глупый прием на ее машине. Раз Светлана сама за рулем, значит ей и диктовать условия. Решительно не заметив деликатных намеков обоих мужчин, насчет того, чтобы продолжить мероприятие у нее и еще более решительно отказавшись подняться в номер к Олегу выпить кофейку, Светлана высадила их у крыльца гостиницы и укатила домой.
Кирилл с Олегом переглянулись и вздохнули.
– Дела у нее! – трагическим голосом сказал Кирилл. – Шизофрения это, в чистом виде, а никакие не дела. Норму свою сегодня еще не написала. Трудовая дисциплина у нее, видите ли. Нет бы посидеть с хорошими людьми…
– А зачем ей эта норма? – поинтересовался Олег, когда они уже поднимались в лифте. – Ну сегодня поменьше написала, завтра побольше… какая разница?
– Боится, что у нее так не получится. Что выйдет по другому – сегодня поменьше, завтра еще поменьше, а послезавтра совсем ничего. А это все-таки, кусок хлеба.
– Ну, если кусок хлеба, тогда деваться некуда.
– Вообще-то, Светка вполне прилично пишет, – Кирилл поторопился заступиться за сестру. – Жанр, конечно, малопочтенный, но знаете, я читал и честно скажу, без отвращения. Она как-то обходится без таких сцен, которые у нормальных людей тошноту вызывают.
– Это в смысле, без постельных, – понимающе кивнул Олег, вспомнив слова Риточки.
– Без постельных тоже, – Кирилл посмотрел на него слегка озадаченно, словно и не подозревал, что некоторые безответственные авторы вставляют подобное в свои романы. – Но я имел в виду другое. Когда что-то вроде: «он заглянул в ее бездонные глаза и в душе его шевельнулось светлое чувство». «Волна нежности захлестнула и подхватила…» и всякое такое.
– А еще бывают «озорные глаза с хитринкой», – ухмыльнулся Олег отпирая дверь и пропуская Кирилла вперед. – Тоже сильно действует.
– Не хуже рвотного, – согласился тот, проходя в номер и оглядываясь. – Ничего себе апартаменты. Три комнаты?
– Две, гостиная и спальня. А там кухня.
– Здорово!
– Положение обязывает, – пожал плечами Олег. – А с другой стороны, хорош я буду в общем номере, со скрипкой. Мне заниматься надо.
– Может соседи счастливы были бы? Такой концерт на халяву – сам Тернов играет, и билеты брать не надо. Слушай – не хочу!
– Вот именно, слушай – не хочу, – Олег снял футляр со скрипкой, положил его на тумбочку, потер плечо. – Они и не хотят, как правило.
– Тоже верно. Если люди получают что-то бесплатно, они не склонны это ценить, – Кирилл прошел к окну, окинул взглядом открывающийся вид, кивнул одобрительно, – Волга. Хорошо смотрится отсюда.
– Да, – Олег встал рядом. – Красиво.
Кирилл повернул голову, взгляд его упал на ноты, установленные на складном пюпитре у окна.
– Бернстайн? – удивился он.
– Да, – Олег тоже оглянулся на ноты, словно проверяя свои слова. – Хочу в будущем году сделать что-то вроде цикла «Классика двадцатого века». Барток, Шнитке, Бриттен … ну и Бернстайн. Вот, «Вестсайдскую историю» разбираю, но это пока не работа даже, а только подготовка к работе.