Двор Теней (ЛП) - Кроуфорд К. Н.

Я ожидала увидеть кого-то чудовищного — великана-фейри, может быть, существо с одним глазом и огромной деревянной дубиной. Я сражалась с такими типами раньше. Я никогда не сражалась с существом, которое выглядело так, будто уже стоит одной ногой в могиле. Мне было почти жаль его.

Но Балерос хорошо обучил меня, и я знала, что лучше не недооценивать своих противников, даже если они выглядят как ходячий труп. В конце концов, все, с кем я сражалась на арене, оказывались лицом к лицу с миниатюрной девушкой с волосами цвета лаванды. Большинство недооценивали меня. И все они проиграли.

Мысленно я пересмотрела уроки Балероса.

«Оцени обстановку. Узнай слабые места».

Силуэт подошёл ближе, и чувство голода в моём желудке усилилось. Я схватилась за живот, внезапно почувствовав зверский голод, и у меня потекли слюнки. В моей голове заплясали образы пирогов, сэндвичей и даже странного американского сырного спрея, который использовала Киара. (По сути, это несладкий плавленый сыр, но в баллоне как из-под взбитых сливок, — прим) В животе у меня заурчало. Какого чёрта я сейчас думала о еде? Я должна была оценивать своего соперника, а я мечтала о проклятом сырном спрее.

Я нахмурилась, когда он подошёл на шаг ближе, и почувствовала, как у меня между рёбер разверзается зияющая пустота. Я никогда раньше не была такой голодной. Даже когда Балерос лишал меня еды на неделю, и я была уверена, что голод сведёт меня с ума, он не был таким сильным. Может быть, трава насытит меня…

Ещё один шаг вперёд. Я схватилась за живот, не в силах думать ни о чём, кроме пронзительного желания набить желудок травой.

Но… травой? Это что такое, во имя семи кругов ада?

Вот тогда-то я и поняла его силу. Я видела пятна на зубах черепов. Подобно Всаднику Голода, который когда-то ходил по этой земле, этот фейри вызывал у людей чувство чрезвычайного голода. А затем непреодолимое желание есть траву во рву. Именно так умерли другие новобранцы, жадно пережёвывая пищу, пока их тела не сдались, лишённые жизни.

Я понюхала воздух, уловив слабый запах мха, исходящий от него. Он был фейри, как и я. Это означало, что он особенно уязвим для железа. Хорошо, что у меня с собой железный нож. Я вытащила его из ножен на ноге. Руадану действительно следовало быть более внимательным.

Я стиснула зубы, прогоняя голод из головы, и бросилась на существо. Он метнулся прочь с моего пути. Только завиток пара и шипение воздуха, и он увернулся от моего клинка, появившись с другой стороны.

Голод скрутил мои внутренности.

Я развернулась и снова сделала выпад, на этот раз быстрее. Но он снова ускользнул, издав лишь свист воздуха.

Значит, он был быстрым, и чувство голода становилось только хуже. Теперь я почти ни о чём не могла думать, кроме как о том, чтобы набить желудок травой.

«Сосредоточься, Арианна. Убивай». Очевидно, что я не могла победить его в скорости. Я должна заставить его ослабить бдительность. Я должна подманить его к себе.

Некоторые фейри — худшие из них — питались чужой болью. Если этот питался голодом, я позволю ему полакомиться мной.

Я замерла, заставляя себя не двигаться, хотя чувствовала отчаянную потребность набить желудок. Когда острая, пронзительная боль в моём животе усилилась, я поняла, что он приближается.

О боги, мне нужно было броситься в ров, набить рот травой и жевать, жевать, жевать, пока голод не перестанет мучить меня. Мне так отчаянно нужно было набить желудок… Трава звала меня. Трава насытит меня. У меня потекли слюнки.

Но я знала, что этот путь ведёт к безумию. Если я прыгну в ров, то никогда не выберусь.

«Оцени слабые места…»

С каждым острым уколом боли в животе я притягивала его всё ближе. Этот тип питался голодом других людей, но им также руководили его собственные желания.

«Используй слабости».

Возможно, у меня имелось некоторое преимущество перед другими новичками, которые сражались с ним. Я привыкла к этому чувству. Когда Балерос сердился на меня — за то, что я не зарабатывала ему столько денег, сколько должна была, или за то, что я огрызалась — он запирал меня в металлическом ящике. Целую неделю я обходилась одной водой. И единственная причина, почему я не сошла с ума, заключалась в том, что я погружалась в свой фантастический мир, что снился мне по ночам: спальня во дворце, одна стена которой открыта воздуху. Ревущая река протекала по зелёной долине под окном, где вокруг меня цвела жимолость. И витающий в воздухе цветочный аромат, сладкий аромат яблок…

Я понятия не имела, откуда взялся этот образ, но мои фантазии часто казались мне более яркими, чем реальный мир. Прямо сейчас я почти ощущала вкус хлеба…

Острый приступ голода разорвал меня пополам. Я понюхала воздух. Он был достаточно близко, и я открыла глаза.

«Нанеси смертельный удар».

На этот раз мой клинок вонзился ему в грудь прежде, чем он успел увернуться.

Тело существа начало трескаться и высыхать у меня на глазах, его кожа расслаивалась. Он рассыпался в прах у меня на глазах, пока от него не остался только плащ.

Чувство голода отступило, и я убрала нож обратно в ножны.

Когда я перешла на другую сторону моста, Руадан и Энгус ждали меня, притаившись в тени перед деревянной дверью.

— Ты выжила, — сказал Энгус.

Руадан бросился на меня — так быстро, что я не успела среагировать — и в следующее мгновение прижал меня к каменной стене. Его предплечье упёрлось мне в грудь, и он обнажил клыки в свирепом рычании. Паника сдавила мои лёгкие.

Капюшон упал, и впервые можно было разглядеть черты его лица. Светло-русые волосы рассыпались по плечам. Даже в лунном свете его кожа казалась золотистой, а тени подчёркивали выразительные черты его лица. Если бы не злоба, сквозившая в его чертах, он действительно был бы изысканно красив.

Он зарычал, и этот звук эхом отозвался у меня в животе. Паника вонзила когти мне в грудь.

По теням, промелькнувшим в его глазах, я поняла, что он наполовину демон.

— Что? — выплюнула я, с ужасом осознав, что у меня дрожат ноги. — Я сделала то, что должна была.

От него пахло сосновым лесом. И чем-то ещё. Запах раскалённого воздуха после удара молнии — запах могущественной тёмной магии.

В ответ Руадан запустил руку мне под юбку. Он сорвал кожаные ножны с моего бедра, и сила этого рывка обожгла мне кожу.

Отпустив меня, он забрал у меня моё единственное оружие.

Он сверлил меня сердитым взглядом, прижимая к каменной стене. Ветер играл с его светлыми волосами.

Я медленно, прерывисто вздохнула.

— Обычно я приберегаю задирание юбки для третьего свидания, но раз уж ты такая яркая личность…

Он просто накинул капюшон на голову и толкнул древнюю деревянную дверь. Удаляясь от нас, он исчез в тени территории Института.

Какие тут приятные, дружелюбные люди.

Я подавила дрожь. В своё время я сражалась со многими монстрами, но Руадан был другим. Он вызывал первобытное чувство страха, пробуждая инстинкты, гораздо более древние, чем речь. Если я планировала обворовать его, у меня будет два варианта. Найти способ убить его или провести остаток жизни, прячась от него.

В моих кошмарах будет не только Балерос. Призрак тоже будет маячить там.

Глава 7

Когда мы прошли через врата, то остались под открытым небом. Под звёздным пологом я шла по мощёной земле рядом с Энгусом. У меня было общее представление о том, что две концентрические U-образные стены образуют внешние укрепления на территории Института, и что мы идём между ними. Но я пока не знала всей планировки.

Пока мы шли, по обе стороны тропинки возвышались древние каменные стены. Свет моего фонаря отражался от тёмных узких окон в каменных башнях вокруг нас. Вокруг росли мох и виноградные лозы.

Я глубоко вздохнула, обдумывая свою ситуацию. Руадан забрал мой нож, но это не конец света. Балерос научил меня превращать окружающий мир в оружие. Мебель, мётлы, стеклянные бутылки — всё это можно использовать, чтобы покалечить или убить. Я никогда по-настоящему не оставалась без оружия.