"Сосуд" их силы. Избранная с Земли (СИ) - Айс Ллина
Глаза парня неожиданно потемнели. В них больше не было серых оттенков. Лишь тьма и пугающая россыпь мерцающей пыли. Они напоминали безграничный космос, но всю его ужасающую красоту. Пугающую до дрожи в теле.
Сделав шаг, Арас оказался слишком близко. Настолько, что я вжалась ягодицами в край стола ректора, судорожно цепляясь за столешницу пальцами и не в силах, отвести взгляд от ужасающих глаз. А Арас будто нарочно приблизил своё лицо, вызывая мурашки по всему телу и пугая до одури.
– Ты сама сделала свой выбор, Валерия, – произнёс он. – Харс Ти Лан, мы проведём передачу энергии прямо здесь. Не будем тянуть, – заявил Арас, а я дар речи потеряла.
Да он хоть понимает, что он несёт? Совсем ополоумел?
Но было видно. Арас не шутит. Похоже, он и в самом деле еле держится, ходит по самой грани, норовя оступиться. Это немного отрезвило меня. Заставило вспомнить о том, с кем именно я имею дело.
Умирать не хотелось. Не хотелось и уступать, но, вероятно, придётся. Если в словах ильданцев я ещё могла сомневаться, то в их виде - нет. Арас, возможно, и хотел меня напугать, поначалу, чуть опустив контроль. Но сейчас стоял передо мной в непосредственной близости, стиснув с силой челюсти и пытаясь совладать с вырывающейся наружу силой. На его висках от напряжения даже выступили капельки пота, вызывая откровенную панику.
– Арас, – еле слышно прошептала я. – Насколько всё плохо? У нас есть хотя бы эти пары тирхов? – уточнила я, откровенно говоря, уже сомневаясь в этом.
– Вряд ли… – процедил он, а у меня сердце ухнуло в пятки. Но поддаваться панике было некогда.
– Харс Ти Лан! – воскликнула я, обращаясь к крайне напряжённому ректору. – Почему вы ничего не делаете? Поторопите уже ваших помощников. Вы что не видите, у нас нет времени! – накинулась я на него. И, вероятно, слишком неожиданно, ведь мужчина тут же подскочил на ноги и кинулся прочь из кабинета, вероятно, намереваясь лично проконтролировать подготовку инъекций.
А я снова посмотрела на парня, судорожно сглатывая и наблюдая за тем, как чернота в его глазах сменяется снова на белоснежный цвет, но тут же вновь берёт верх над Арасом.
– Ар, – приблизившись, позвал брата Эрдан. – Может, попробуем дойти хотя бы до лаборатории? – предложил он, видимо, таким образом, намереваясь сэкономить время. Но что-то подсказывало, что это мало поможет.
– Лучше скажите, чем я рискую, если мы сделаем это без инъекции? – спросила я, тут же получая два внимательных взгляда от парней. Точнее, один был не совсем понятен из-за происходящего, но Эрдан точно не ожидал этого вопроса.
– Сгоришь, – кратко ответил он. – Твой организм не готов к приёму энергии. Вряд ли сможешь справиться с её разрушительными свойствами.
– Это точная информация? – на всякий случай переспросила я.
– Точная, – последовал категоричный ответ, а я недовольно цыкнула.
– Ни единого шанса? – не унималась я.
– Возможно, одна десятитысячная процента. Но это из области фантастики, – позволив себе усмешку, ответил Эрдан.
– Ладно, поняла, – смирилась со статистикой. – Тогда что делать? Он недотянет.
– Ничего. Ты ничего не можешь сейчас сделать, Валерия. Сейчас ты бесполезна. Мы можем лишь ждать и надеяться, что инъекции принесут как можно скорее, – серьёзным тоном ответил ильданец, а я вопреки всякому здравому смыслу протянула руку, проводя кончиками пальцев по напряжённому лицу Араса.
Его настолько захватила внутренняя борьба, что он не мог сдвинуться с места и выпустить меня. Я была заперта его телом, вынуждено оставаясь прямо перед ним и наблюдая за его мучениями.
Вот же дура. И зачем я вредничала? Неужели не могла отвечать как-то мягче. Нет, меня, конечно, можно понять, всё слишком навалилось. Но я же не думала, что всё настолько плохо и времени совершенно нет. Я считала, что спешка была вызвана лишь нахальством ильданцев, а не обстоятельствами.
А всё ректор! Уверена, он частично виноват в происходящем. Не могли ильданцы сами довести ситуацию до такого. Слишком ответственно всегда подходили к выбору сосуда. Не доводили до подобной грани.
Водя пальцами по влажной коже парня, я с волнением ожидала возвращения ректора. Но в кабинете и за его пределами было тихо. Будто вся Академия разом вымерла, решив сбежать от опасности.
Но до странного мне было жалко вовсе не ничего не подозревающих сейчас студентов, а Араса, который в одиночку пытался бороться с превосходящим его по силам противником. Самим собой.
Не знаю почему, но я чувствовала вину за это. Возможно, этим я могла лишь объяснить то, на что решилась в следующую секунду. Ведь, будто сойдя с ума, я сделала глубокий вдох, собираясь с духом, и прижалась своими губами к губам Араса, ощущая, как тело вмиг пронзают словно острые стрелы, вызывая дикую боль. Такую, которая перехватывает горло, сжимает его с силой, не позволяя сделать вдох. Она заставляет отстраниться, сбежать. Но вместо этого я лишь сильнее прижимаюсь к губам парня, зарываясь пальцами в его короткие волосы, будто это как-то может спасти меня, удержать от соблазна отказаться от этой безумной затеи.
И, возможно, стоило бы. Но поздно. Я оказываюсь в плену рук ильданца. Мой поцелуй будто отрезвляет его, придаёт сил, желания и его тело приходит в действие, пленя меня и с силой вжимая в стол ректора.
– Арас, ты её сожжёшь, – слышится где-то на задворках испуганный голос Эрдана. – Мы потеряем сосуд! – пытается он достучаться до брата. Но тщетно. Ни он, ни я не в силах остановить происходящее, которое я и начала. И которое сейчас и в самом деле выжигало из меня душу. Будто раскалённый металл, оно медленно убивало, причиняя безудержную боль, длившуюся бесконечно. Так казалось, но…
Поцелуй прервался резко. Арас будто от меня отлетел, отскочил, отпрыгнул. Его словно отнесло, а я, не в силах удержаться на ногах после столь ужасающей пытки, медленно осела на пол, рвано хватая ртом воздух.
Эрдан оказался около меня в мгновение. Подхватил, беря на руки и впервые за всё время смотря обеспокоенным взглядом. Да, он волновался за сохранность сосуда. Но какая разница, им же была я. Так что мотивы были не столь и важны.
– Как она? – услышала я сквозь какую-то пелену хриплый голос Араса, а после почувствовала, как прохладная ладонь Эрдана касается моего лба, но вряд ли в состоянии что-либо определить.
– Не знаю. Я отнесу её Гирсу. Ты сам как?
– Лучше. Пожалуй, смогу дождаться завтра…
– Уверен?
– Да. Как ни странно, но… она справилась. И, надеюсь, не сильно пострадала.
Это оказалось последним, что я услышала, прежде чем который раз за день лишится чувств. Но на этот раз по уважительной причине. Чуть не убившей меня…
Очнулась я уже не в кабинете ректора, а в своей комнате. Рядом со мной стоял Гирс, задумчиво водя руками надо мной и снова слепя своими яркими глазами. По его выражению лица было понятно, что со мной что-то не так. Что, конечно, заставило меня тут же взволноваться. Но поинтересоваться о проблеме я не успела.
– Как она? – раздался голос Эрдана со стороны. А я еле удержала себя от того, чтобы повернуть голову. И вовсе сделала вид, что ещё без сознания.
– Всё нормально. Она цела, – ответил целист, опуская руки и поворачиваясь лицом к ильданцу.
– Тогда почему, мне кажется, что что-то не так? – озвучил и мои мысли парень, обращаясь к Гирсу, который вёл себя донельзя странно.
– Потому что так не должно быть. У неё должны быть повреждения. Хотя бы минимальные, – ответил тот. – А она очнулась спустя десять минут после значительно сильной нагрузки на весь организм, – добавил целист, а до меня лишь спустя пару мгновений дошло, что он в курсе того, что я в сознании.
– Значит, мне повезло, – не стала я больше разлёживаться, распахивая глаза и садясь. – Да и поцелуй длился лишь пару секунд. За такое короткое время невозможно ничего сделать, – отмахнулась я, но два скептических взгляда дали понять, что я ошибаюсь. – Ну а у вас есть другое объяснение?
