Дом под землей (СИ) - Давыдова Ирма

— У меня есть коренья в сиропе, — предложила Вита, ставя на маленькую плитку чайник. — Будешь?

— Если можно.

Надо же… Годы идут, а Эми всё такая же стеснительная, как и во время первой их встречи. Вот разве что за штанину брата больше не прячется.

Вита была разлита по кружкам, а коренья высыпаны на тарелочку вместе с остатками печенья, которые сердобольный повар передал через Эмилию врачемагу в обмен на мазь от ожогов. Женщина и девочка принялись за напитки, но каждая казалась погружена в собственные мысли.

С момента появления в «Доме» Кевина и Эми прошло уже целых девять лет, пять из которых они проживали в основном, так называемом «взрослом» крыле. И госпожа Вазайски не покривила бы душой если призналась, что стала относиться к девочке почти как к родной. Возможно даже и считала дочерью, которой никогда у неё не было, да и вряд ли появится. Опять же, девочка что раньше, что сейчас слишком мала в сравнении с остальными жителями «Дома», и потому понятно, отчего стремится проводить в медицинском блоке столько времени.

К счастью, терапия дала свои плоды и братский комплекс постепенно отступил. Мир для этих двоих расширил свои границы, и постепенно туда начали проникать другие люди. Пока что только изредка и ненадолго, но если сравнивать с тем, что было раньше, то для Виты Вазайски это уже победа. Как и для брата с сестрой.

— Вам не нужна будет помощь в ночную смену? — интересуется девочка, положив на своё блюдечко ещё одно печенье.

— А что, Кевин опять тренируется в ночь?

Эмилия слегка краснеет под насмешливым взглядом женщины, и та с трудом сдерживает себя, чтобы не потрепать двенадцатилетнюю девчушку по макушке. Вот как была ребёнком, так и осталось. А ведь год-другой, и станет девушкой. Или?.. Да нет, не могла бы Эми от неё такое утаить.

— Я не боюсь ночевать одна, — меж тем, оправдывается Эмилия. — Просто подумала, вдруг будет поток пациентов, и…

Договорить малышка не успевает, потому что в кабинет, проигнорировав стук, врывается господин Кент.

— Это просто уму непостижимо! — выдаёт он вместо приветствия. — У Смита что, совсем крыша с катушек слетела?

Вазайски громко и демонстративно прокашливается. Разумеется, своим педагогическим составом они уже давно привыкли к присутствию Эмилии. Но нарушать так откровенно субординацию не стоит ни при ком.

— А, ты тоже здесь, — мужчина наконец-то замечает помощницу врачемага. — Зайди ближе к вечеру ко мне, есть несколько новых плат — посмотришь.

— Господин Кент, вам требуется какой-то мой совет? — вкрадчиво интересуется Вита. А ведь старик-техник совсем сдал в последнее время… — Возможно мы сможем назначить…

— Какие ещё советы, Вита? Но помяни моё слово, директор опять притащил какого-то трудного подростка, и нам это ещё ой как аукнется. Помните, что было с Айзеком?

Айзека помнила даже Эми. Шестнадцатилетний парень был настолько же бедовым, насколько и талантливым. Примерно месяц он ходил в негласных лидерах «Дома», зубами и когтями выдирая славу у Кевина, с которым они были в тот момент ровесниками. И, кстати, вырвал, гордо отправившись на очередное задание. С которого так и не вернулся.

После него таких вот уникумов больше не появлялось, но даже чувствительный господин Кент не стал бы суетиться на пустом месте.

— Так что, у нас новый постоялец? — уточнила госпожа Вазайски, наливая кружку виты для гостя, и заодно незаметно для него добавив туда пару капель успокоительного. — И кто это?

— Очередной мальчишка-зазнайка, — фыркнул Кент и таки уселся за столик, подхватив в руки напиток. — Кстати, Эми, ты имей ввиду — он по вашу душу.

Девочка ничего не спросила, но распахнула глаза так широко, что всё понятно и без слов.

Что значит, по их душу?

Глава 15

— Ну-ка поясни, — вместо неё интересуется врачемаг. — И с толком, пожалуйста. С расстановкой.

— А что тут пояснять? — хмыкает мужчина, делая первый глоток. — Смит притащил свой новый «самородок», и решил подселить его в блок к Кевину. Мол, чтобы тот на него повлиял. Вит, а что за вкус у напитка такой странный?

— Нормальный вкус, тебе показалось, — отмахивается Вазайски. — Так что там с мальчиком?

Кент делает ещё один глоток, и обе женщины: взрослая и маленькая, отмечают, что лекарство начинает действовать. Во всяком случае, говорит теперь мужчина на порядок спокойнее.

— Ему семнадцать, — отвечает технарь. — Ричард. Ну или «Дик», как он сам себя называет. Смит подобрал его едва ли не с улицы, когда тот попытался незаметно обчистить его карманы. Притом не в катакомбах воровал, а в Среднем уровне — представь!

Вазайски на это только хмыкнула, решив не комментировать. Даже просто попасть в более высокий слой — уже задачка не из лёгких. Решиться промышлять там разбоем и вовсе кажется чем-то выходящим из ряда вон. Понятно, почему Смит так заинтересован в этом «Дике».

— Мордаха, к слову, смазливая, но и кулаки наверняка крепкие, — между тем, продолжает Кент. — А характер взрывной: за три часа в «Доме» устроил уже четыре драки.

— Больше, чем одну за час, — тянет Эмилия и тут же прикрывает рот ладошкой. Обычно в разговоры взрослых она не вмешивалась, и очень может быть как раз поэтому её никогда не погнали прочь.

— Вот именно, — теперь короткий взгляд на девочку. — Короче, директор решил поселить его к вам в блок, чтобы Кевин повлиял на него положительно.

Блоками во основном крыле «Дома» называли объединённые части комнат. Если малышня ютилась в общих казармах, спя и принимая пищу в общем помещении, то более взрослые воспитанники могли рассчитывать на относительный приват. В блоке была общая комнатка на манер гостевой зоны, где стояли пара диванчиков и столик. Из гостевой можно было пройти в две комнаты, расположенные по разные стороны — спальни, в которых жили по одному или по двое. Чаще всего в каждом блоке селилось четыре человека, но Кевин с Эмили делили пространство только на двоих. В своё время на этом настояла и госпожа Вазайски, что в рамках терапии здорово помогло брату и сестре. Чуть позже надобность в привате отпала, но высокий статус Кевина и то, что Эми было лишь двенадцать, сыграло свою роль. К ним никого не подселяли. До сегодняшнего дня.

Вынырнув из своих мыслей, девочка только сейчас поняла, что пропустила часть диалога взрослых и те уже какое-то время обсуждают предстоящую жеребьёвку среди жителей «детского» крыла. Тема была совсем не той, которая интересовала Эми. К тому же ей покоя не давало то, что скоро в их блоке, а значит и уютном тесном мирке, может появиться кто-то посторонний.

— Простите, мне, пожалуй, уже пора, — проговорила Эмилия, поднимаясь со стула. — Большое спасибо за виту. Моя помощь не больше понадобится?

— Нет, детка, — отмахивается Вазайски. — Можешь идти.

И Эмили пошла. Передвигала ноги на автомате, а мыслями была уже там, далеко.

Мальчик. Нет, уже вполне себе взрослый юноша окажется на их территории, и девочку это волновало. Он младше Кевина, но признает ли его авторитет? Чем старше, тем яснее становилось для окружающих, что её старший брат на особом положении. И те задания, за которые берётся, далеки от обычных. Но они так привыкли к тому, что в своём блоке могут просто расслабиться и быть самими собой, что новость о чужаке буквально выбивала почву из-под ног. Заставляла пульс учащаться, а шаг становился шире и быстрее.

Сама не заметив, как ноги привели её к дверям блока, Эмилия почти уже взялась за ручку, но тут же себя одёрнула. Всё хорошо. Она даже отсюда, из коридора, чувствовала присутствие постороннего, но успокаивала себя — это не может быть плохой человек. Директор просто не привёл бы кого-то опасного, и тем более не стал селить с ними по соседству. Поэтому нужно просто сделать глубокий вдох и улыбнуться. Поздороваться, быть вежливой. Возможно даже приготовить виту — кажется, у них ещё оставался солидный запас. А Кевин обязательно сделает всё возможное, чтобы они не конфликтовали. Вполне возможно, они уже сидят, сами заварив напиток, и брат вводит новенького в курс дела, рассказывая о заведённых в «Доме» порядках.