Станция "Глизе" (СИ) - Лунёва Мария

Станция "Глизе"

Мария Лунева

Пролог

Промышленный звездолет D-класса «Зея-13»

Планетарная система Глизе 581

20,5 световых лет от Солнечной системы

Созвездие Весов

— Дэм, — голос, выкрикивающий имя в устройство связи, дрожал от страха. — Дэм, будь ты проклят, гад, слышишь меня?

В ответ раздалось шипение, треск, еле уловимый гул… и более ничего. Тишина на мостике промышленного звездолета «Зея-13» была почти осязаемой. Настолько густой, что даже нервное жужжание проводов под решетчатым полом казалось навязчивым криком.

Мужчины, ерзающие на креслах, испуганно переглянулись. В их глазах светилось дикое желание убраться отсюда подальше, и они бросили бы своего товарища, не драли глотки, взывая к нему, если бы не одно но…

Шлюз заклинило, и теперь открыть его можно было только с пульта диспетчерской, находящейся ярусом выше от посадочных платформ.

Да, они были в западне.

— Дэм… Мы не видим твой личный маяк, — лысый пилот, обливаясь потом, вытер лоб простым белым платком. — Подай хоть какой-нибудь знак.

Он взглянул на монитор перед собой. Там на мгновение все же вспыхнул датчик движения, но тут же погас.

Инженер-моторист тоже заметил его, соскочил, чтобы засечь координаты, но не успел. Тусклый красный огонек исчез.

— У дока же! — оживился он. — Правильно? У диспетчерской? Он дошел?

Никто ему не ответил, потому как сигнал был нечеткий.

Может, ученый шел по коридору действительно к диспетчерской, чтобы, наконец, выпустить их из этого космического ада, а может, и нет… Совсем нет…

В помещении становилось невыносимо жарко. Из сопел воздуховодов, соединенных с внешней станцией, валил пар, обжигая кожу.

— Да ударь ты хоть по чему-нибудь, чтоб мы услышали! — сорвался на крик молодой инженер-космодорожник, сидящий рядом с пилотом. — Будь ты проклят, Дэн, ударь по трубе, не издевайся. Ну кому туда было еще идти? Ученый здесь ты, вот и разбирайся, что это за дрянь. Хватит нас изводить.

Он проорался и замер, чуть не сболтнув, что они улетят отсюда, не дожидаясь его возвращения. Так уж сговорились: свои шкуры дороже жизни этого мозговика.

Возможно, он это и сам понял, вот и терзал их страхом, чтобы прониклись и дождались.

Но… ответа не было. Ни звука.

Лишь мучительная тишина из динамиков. Давящая, липкая. Что-то тихо загудело. Включились воздухоочистители. Заскрипели натужно так. Мужчины дружно вздрогнули и уставились в одно и то же место. Сработали фильтры, закрутив лопастями.

Пилот перевел взгляд на рабочий пульт навигатора. Датчики удаленного управления вспыхнули красным. Сглотнув, он сел ровнее. Все шло в какую-то бездну.

— Выберусь — неделю гужбанить буду, а потом женюсь на сисястой стриптизерше, — выдохнул он, пытаясь успокоиться.

Ему никто не ответил. Не до того было.

У ног мужчин клубилась легкая желтоватая дымка. В воздуховоде нечто шипяще выдохнуло и затихло.

— Дэм! — взвыл пилот. — Сын ты космической шлюхи! Подай хоть какой-то знак! Да дождемся мы тебя, упырь ты. Дождемся. Хватит нас пугать. Думаешь, я не пойму, что это ты?

Он поднял руку, чтобы снова вытереть пот платком, и размазал по лбу густую черную полосу.

Поднеся ткань к лицу, замер. В следующее мгновение он провел ладонью по лысине, испачкав пальцы в маслянистой, тягучей жиже, капающей сверху.

Запрокинув голову, в ужасе уставился на решетку воздуховода, из которой медленно, словно рождаясь в муках, извергалось нечто, истекая грязной нефтяной массой и обретая зловещие, отдаленно человеческие очертания. Это было искаженное лицо Дэна.

Монстр разверз черную, беззубую пасть в беззвучном крике…

Глава 1

Два года спустя.

Межзвездный корабль С класса «Феникс».

Первый день после гиперпрыжка.

Больно. Голова трещала так, словно мозг торопился её покинуть. Я лежала на узкой стандартной койке каюты и пыталась сообразить — вышла ли я из анабиотического сна или всё ещё нахожусь в нём.

Загадка.

Попыталась пошевелить пальцами. Получилось. Соединила указательный с большим и надавила ногтем на подушечку. Чувствую.

Видимо, всё же проснулась. Взгляд сместился на дверь каюты, над которой висели небольшие часы.

01:12

Ночь. Скорее всего, планировалось, что анабиотический сон мягко перетечет в обычный, и экипаж корабля «Феникс» очнется утром, услышав сигнал подъема.

А у меня всё через жопу! А почему? Наверное, потому что она у меня шикарная!

Я продолжала лежать и пялиться в потолок. В мед. отсек идти смысла не было. Не факт, что врач уже очнулся. А сама я права брать медикаменты без его ведома ну никак не имею.

Поморщилась. Закрыла глаза, но уснуть не получалось.

Это был мой первый гиперпрыжок, так что есть вероятность, что моё тело просто не может осознать, что его за 34 часа перенесли на 20 световых лет в пространстве.

Усмехнувшись, неожиданно даже для себя зевнула. Челюсть хрустнула.

Закрыв рот, причмокнула. Захотелось есть.

Встала. Ватные ноги не слушались. Сделав два шага, упала на колено, больно ударившись.

На четвереньках доползла до двери и с трудом по стене поднялась. Выдохнула. Упершись лбом в панель, медленно досчитала до десяти, потом до двадцати… Не помогала мне эта занимательная математика. Всё перед глазами расплывалось. Кишки сводило от голода.

Чувствовала я себя просто паршиво.

Приоткрыв дверь, моргнула от неожиданности. По коридору шел молодой мужчина. И не просто шел, а в одном полотенце. То есть только кусок короткой ткани, каким-то чудом соединённым на торсе, при этом часть его гладкой ягодицы всё же сверкнула перед моими глазами. И это было странно, потому как вдоль его позвоночника и на пояснице имелась густая растительность.

Ошарашенно моргнув, я снова соединила указательный и большой пальцы, надавив до боли ногтем на подушечку. Больно. Значит, не сон.

Полотенчико приподнялось, и высунулся длинный, гибкий, покрытый густой шерстью хвост. Открыв рот, я, наконец, соизволила оторвать взгляд от мужского зада и скользнуть выше.

Шатен. Высокий. Гибкий, мускулистый, но не широкий, как шкаф.

С командой я была знакома только по документам. Нас вводили в анабиотический сон в мед. отсеке по очереди, учитывая параметры организма, а потом развозили по каютам. Так что помнила я точно одно — передо мной в медкабинет заходил мерзкого вида блондин, а врач, что делал мне инъекцию — пожилой брюнет с трясущимися руками.

Хм… А это тогда что за индивидуум?

Хвост скользнул по бедру незнакомца и повис. А его хозяин свернул за угол.

Мой живот снова заурчал. Вот только идти куда-либо расхотелось. Мало ли кто там еще в чем мать родила расхаживает.

Прикрыв дверь, с трудом добралась до койки и мешком упала на неё. Перевернулась на спину.

Замерла. Глаза слезились от напряжения. В области желудка противно ныло. Подумав немного, вспомнила, что закидывала в свой рюкзак с вещами синтетические сухари со вкусом натурального хлеба.

Снова скатившись с кровати, поползла к своему багажу…

… Еще через минуту помещение наполнил довольный хруст.

Жизнь, казалось, налаживалась.

Я сидела на полу, откинув голову на матрас. На потолке, словно зловещая роза, расползалась паутина розовой плесени. Какой агрессивный вид! Растет с бешеной скоростью.

Поморщилась.

В два часа ночи по корабельному времени плесень владела всеми моими мыслями, словно гипнотизируя.

Я, конечно, понимала, что «Феникс» — судно ненадежное. Когда подписывала контракт на этот единственный полет, видела все огрехи этого межзвездного корыта С класса.

Но… эта чертова плесень!

Перед отлетом я произвела дезинфекцию воздуховодов и вентиляционных шахт. Специального средства не экономила. И что же? Плесень не только не исчезла, но и продолжала цвести, источая над моей головой приторный запах карамели. И вот вопрос: то ли я — криворукая бездарь, то ли наш инженер-логист умудрился закупить откровенную дрянь вместо обеззараживателя?