KnigaRead.com/

Мэри Маргарет Кей - Дворец ветров

На нашем сайте KnigaRead.com Вы можете абсолютно бесплатно читать книгу онлайн "Мэри Маргарет Кей - Дворец ветров". Жанр: Исторические любовные романы издательство Эксмо, Домино, год 2009.
Перейти на страницу:

Выступление процессии задерживалось уже на час с лишним к тому времени, когда Ашу передали приглашение от Кака-джи, и в течение еще целого часа все собравшиеся томились ожиданием. Слуги раздавали терпеливо ожидающей толпе пан и итр, а позже маленькие печенья с серебряных подносов, и гости вяло жевали, зевали и проводили время за досужей болтовней о разных пустяках, пока наконец на ступенях дворца не появились ближайшие друзья жениха. Затем события начали развиваться быстро: оркестр заиграл, возвещая о выступлении в путь, слоны грузно опустились на колени, и передовой отряд ярко одетых всадников тронулся с места и с топотом скрылся в темноте. Рана, блистающий драгоценными украшениями, в сопровождении вереницы придворных и слуг в парадной форме, вышел из ворот, а чуть позади него следовала небольшая группа женщин – новоиспеченные рани Бхитхора со своими придворными дамами.

Сегодня Шушила была в сари из красно-желтого газа, украшенном блестками и расшитом золотом; драгоценности под ним, казалось, горели огнем, грозя прожечь тонкую ткань. Поддерживаемая под руки двумя дамами, она шла неловкой поступью, почти шатаясь под тяжестью драгоценных камней, украшавших каждый доступный дюйм ее хрупкого тела, и при каждом шаге ракхри[61] у нее на лбу вздрагивала и центральный камень в ней – огромный шпинельный рубин – вспыхивал под газом кроваво-красным пламенем.

В двух шагах позади нее шла Анджули, высокая и стройная, в зеленом сари, расшитом по краю серебром и мелким жемчугом, но она снова оставалась в тени своей пышно наряженной сестры. На лбу у нее поблескивал изумруд, еле видный сквозь шелк, достаточно тонкий, чтобы различить под ним медный оттенок темных волос и тонкую красную линию, проведенную по пробору, – полоску кункум, отличающую замужних женщин. Волосы у Анджули были заплетены в толстую, перевитую нитями жемчуга косу, спускавшуюся почти до колен, и, когда она проходила мимо Аша, он уловил тонкий аромат сухих розовых лепестков, который у него всегда будет ассоциироваться с ней.

Анджули наверняка знала, что он находится среди зрителей, но она держала голову низко опущенной и не смотрела ни влево, ни вправо. Рана взобрался по серебряной лестнице, приставленной к боку головного слона и придерживаемой двумя слугами в алых тюрбанах, и разместился в паланкине. Следом поднялась Шу-шу с помощью придворных дам, подсаживавших и подталкивавших свою госпожу, и села рядом с ним. И потом по ступенькам взошла Анджули, тонкая, стройная и величественная: серебристо-зеленое мерцание сари, болтающийся кончик темной косы, узкие ступни цвета слоновой кости и мимолетное видение тонких щиколоток, обхваченных браслетами.

Махаут выкрикнул команду, и слон, качнувшись вбок, медленно поднялся на ноги, и, когда он двинулся вперед, Анджули посмотрела вниз со своего места в позолоченном паланкине. Ее обведенные сурьмой глаза над краем прикрывавшего лицо паллу казались огромными, и она ни секунды не искала взглядом в толпе, но посмотрела сразу на Аша, словно магнетическая сила его собственного пристального взгляда подсказала ей, где именно он стоит.

Несколько бесконечно долгих мгновений они смотрели друг на друга, напряженно и неотрывно. Смотрели с любовью и тоской, но без скорби, пытаясь глазами сказать друг другу все то, что говорить не было необходимости, ведь они и так это знали: «Я люблю тебя… Я буду любить тебя всегда… Не забывай меня». А в широко раскрытых глазах Джули читались слова, которые она произнесла однажды лунной ночью в далеком прошлом, вот так же глядя на него сверху вниз: «Кхуда хафиз» – «Да пребудет с тобой Бог». Потом сопровождающие и факельщики выстроились тесными рядами с обеих сторон, заиграл еще один оркестр, и паланкин плавно заколебался, когда слон медленно, враскачку зашагал вперед, увозя Джули, Шу-шу и рану по тенистой аллее к воротам парка и дороге длиной в милю, ведущей к городу и Рунг-Махалу.

Дальнейшие события Аш запомнил плохо. В памяти сохранилось неясное видение вереницы слонов, которые величественно проходят мимо тяжкой поступью, увозя высокопоставленных участников барата, и смутное воспоминание, как он помогает Кака-джи, Джхоти и Малдео Райю забраться в позолоченный паланкин и видит, как Мулрадж и еще несколько представителей Каридкота садятся в другой паланкин и тоже уезжают. Происходившее впоследствии запечатлелось в сознании в виде хаоса образов и звуков: барабанный бой, пронзительные голоса флейт, гарцующие всадники и несметное множество ярко одетых людей, которые уходят в темноту в сопровождении факельщиков, шагающих цепочкой по обеим сторонам колонны. Первые в длинной процессии, вероятно, достигли Рунг-Махала еще прежде, чем последние прошли под убранной цветами аркой, ведущей из парка, и Аш, по всей видимости, оставался среди толпившихся у Жемчужного дворца зрителей и поддерживал вежливые разговоры с соседями до самого конца, ибо он вернулся в свои комнаты в душном гостевом доме уже далеко за полночь.

Сидевший на веранде у спальни слуга, в чью обязанность входило дергать за веревку, приводя в движение тяжелую панкху и тем самым создавая искусственный сквозняк, крепко спал на своем посту. Как и чоукидар, который лежал, закутанный в простыню, точно в саван, на кровати, поставленной под навесом веранды. Аш не стал их будить. Повернувшись, он неслышными шагами направился к ведущей наверх каменной лестнице, поднялся по ней на плоскую крышу и, опершись на парапет, устремил взгляд на озеро и город.

В последние недели он изо всех сил старался не думать о Джули, и, хотя у него не всегда получалось, он отчаянно боролся с собой и сознательным усилием воли гнал прочь любую мысль о ней, проникавшую сквозь возведенные преграды и заслоны. Но эта борьба не прекращалась ни на миг, и Аш знал, что она будет продолжаться до тех пор, покуда время и старость не придут к нему на помощь, потому что он не может все дни напролет только и делать, что прислушиваться к эху былого и жить воспоминаниями. Он должен жить дальше, и жить в разлуке с Джули. Ему придется смириться с этим – им обоим придется. Но сегодня он вправе позволить себе посвятить ей несколько часов, и – как знать? – возможно, его мысли достигнут Джули, преодолев разделяющее их расстояние в какую-то милю, и тогда она поймет, что он думает о ней, и найдет утешение в этом сознании.

Парк постепенно погружался в тишину. Рассвет на этих широтах занимается рано, и люди, не присоединившиеся к процессии, укладывались в постели, чтобы успеть хоть немного поспать до пробуждения ранних птиц и наступления нового пышущего жаром дня. Но по ведущей в город дороге все еще ползла цепочка факельных огней, а в самом Бхитхоре ярко сияла иллюминация, играли оркестры и с треском взрывались патаркары. Высоко над тесным скоплением домов вырисовывались на фоне ночного неба сложенные из песчаника крыши и купола Рунг-Махала, блестящие подобием полированной меди в свете многих тысяч чирагов, и Аш словно воочию видел, как слоны один за другим проходят под аркой огромных ворот и вступают в наружный двор дворца. Джули, должно быть, уже находится в занане и впервые видит комнаты, в которых она проведет остаток своих дней. Служанки снимают с нее драгоценности и убирают праздничный наряд, и очень скоро…

Перейти на страницу:
Прокомментировать
Подтвердите что вы не робот:*