Охота на наследницу (ЛП) - Шуп Джоанна

– У меня много друзей-мужчин, но мы не кидаем друг на друга тайные взгляды, как вы с Мэдди, когда думаете, что никто не видит.

Мэдди кидает на него тайные взгляды? Интересно. Настроение Харрисона значительно улучшилось.

– Вы всегда так прямолинейны?

– Женщины, которые играют по правилам, мало что выигрывают в этой жизни.

– Вы придерживаетесь прогрессивных взглядов.

– Я не считаю это оскорблением, если вам интересно. Прогрессивная женщина просто хочет смягчить участь всех женщин.

– Я и не хотел вас оскорбить. Я предпочитаю смелых женщин, которые знают, чего хотят.

– Да, это совершенно очевидно.

– Прошу прощения?

Нелли ухмыльнулась.

– Харрисон, если вы действительно хотите, чтобы одна из этих женщин вышла за вас замуж, тогда вам нужно лучше скрывать... ну, вы поняли.

Его чувства к Мэдди.

– Я постараюсь. Спасибо, Нелли.

– Простите.

Харрисон обернулся на знакомый женский голос. Кровь по жилам побежала быстрее, пульс ускорился.

На террасу вышла Мэдди, тоже закутанная в тонкий халат. Её взгляд метался между Харрисоном и Нелли.

– Я не помешала? 

 Глава 6

Взгляд Харрисона привлекли голые стройные лодыжки Мэдди, выглядывающие из-под подола халата, и он потерял дар речи. Она была прекрасна от кончиков пальцев на ногах до кончиков волос.

Нелли первой нарушила молчание.

– Не говори глупостей, Мэдди. Мне в любом случае нужно переодеться. Я замёрзла. – Она направилась в дом. – Спасибо за сигару, Харрисон. Спокойной ночи вам обоим.

Наконец, они остались наедине. По-настоящему. Впервые с тех пор, как он вернулся из Парижа.

Мэдди подошла поближе, шёлковый халат заструился вокруг её ног. Харрисон старался не думать о том, как мало на них сейчас одежды. Лунный свет играл на её щеках и подчёркивал изящный нос и полные губы. За эти годы он изучил каждый дюйм её лица, запечатлел в памяти каждое выражение и подметил каждую улыбку. Мэдди завораживала Харрисона, как вспышка солнечного света в кромешной тьме, которая окутала его душу.

Она прислонилась бедром к балюстраде.

– Как мило. Вы курите вместе? И она назвала тебя Харрисон. Мы нашли миссис Харрисон Арчер?

Он прочистил горло и попытался тоже принять расслабленную позу.

– Она встречалась с мужчиной на пляже, чтобы поплавать в полночь. Можно с уверенностью сказать, что у мисс Янг уже есть ухажёр.

– Подозреваю, это не серьёзно. Более того, мне кажется, что вы подходите друг другу.

– Полагаю, с ней весело, но я поседею, не дожив и до тридцати, если женюсь на такой женщине. Она сведёт мужа в могилу.

– То есть ты исключил её из списка невест?

– Да, по взаимному согласию.

– Судя по всему, дело сдвинулась с мёртвой точки. – Повисла тишина. – Что на данный момент ты думаешь о других дамах?

"Что они бледнеют по сравнению с тобой".

Харрисон уклонился от правдивого ответа.

– Слишком рано говорить. Они все кажутся мне вполне милыми.

– Но ты считаешь, что с Нелли весело.

– Не так весело, как с тобой, конечно. Неспроста ты была самой популярной девочкой в Ньюпорте в детстве.

– Едва ли это так, но спасибо.

– Знаешь, мы все очень гордимся тобой.

– Кто "мы"? И почему?

– Я, Кит, Престон. Ты вложила сердце и душу в занятия теннисом. Кит присылал мне заметки из газет про тебя. – Несмотря на то, что Харрисон неоднократно просил Кита прекратить.

– Я понятия не имела.

– Он тебе не говорил?

– Нет, – ответила Мэдди. – Они вообще никогда о тебе не упоминали.

Харрисона это задело.

– Наверное, это и к лучшему. В конце концов, не я восходящая звезда тенниса.

– Не из-за недостатка мастерства. У тебя всегда был ужасный удар слева. – Она указала на его руку. – Можно попробовать твою сигару?

– Что?

– Сигару. Можно мне её покурить?

Мэдди не курила и не пила. Харрисон даже никогда не видел её в нетрезвом виде. Что она задумала?

– Зачем?

– Ради развлеченья. К тому же мне нравится запах. Можно?

Она пыталась что-то доказать?

– Мэдди...

– Харрисон... – ответила она тем же тоном. – Что случилось с мальчиком, который подбил меня залезть на крышу, чтобы посмотреть, как далеко простирается океан? Не говоря уже о том, что ты дал сигару Нелли. Чем я хуже?

Он протянул ей сигару.

– Держи. Втягивай дым в рот, а не в лёгкие.

– То есть втянуть дым, но не вдыхать его?

– Именно.

Обхватив губами сигару, она набрала в рот дым, слегка втянув щёки.

Господи, боже мой.

Его накрыло волной вожделения. Это было невероятно эротичное зрелище. Завораживающее. Настоящая пытка. Харрисон невольно представил, как она посасывает его член вместо сигары. Видение, очевидно, пришлось по нраву его телу, поскольку вся кровь прилила к паху.

На мгновение прикрыв глаза, он глубоко втянул носом воздух и попытался взять себя в руки.

Когда Мэдди выдохнула, дым раздразнил его ноздри.

– Хм. Мне нравится.

Харрисон забрал у Мэдди сигару и сразу поднёс ко рту, прижавшись губами точно к тому месту, которого только что касались её губы. Затянувшись, он почувствовал вкус дыма и постарался не думать о том, что ещё ему хотелось бы попробовать в этот момент.

– Не торопись.

Она выхватила сигару из его пальцев и сделала ещё одну затяжку, выдыхая дым.

– Почему?

Он сглотнул, уставившись на её рот и постарался обуздать реакции своего тела.

– Курение может вызвать тошноту в первый раз, если будешь спешить.

– Нет, я имела в виду, почему ты уехал, не сказав мне? – Она вернула ему сигару.

Конечно, она хотела знать, почему он исчез. Правда заключалась в том, что у него не было другого выхода. Брошенный на произвол судьбы, одинокий, с разбитым сердцем, лишённый наследства... Какой у него оставался выбор, кроме как сбежать?

Однако Харрисон не мог рассказать Мэдди об истинных причинах. Не мог признаться, что подслушал её разговор с подругами тем вечером или что, вернувшись домой, застал отца, насиловавшего горничную. Уинтроп Арчер утверждал, что девушка сама согласилась, но это была вопиющая ложь. Он попросту считал себя вправе воспользоваться женщиной, которая на него работает. Харрисон вызвал полицию, но отец просто подкупил офицеров, а горничная не захотела выдвигать обвинения. И кто стал бы её винить, ведь на кону стояли её средства к существованию?

Уинтроп тут же выгнал Харрисона.

"Тебе здесь больше не рады. Ты умер для меня и для всей семьи".

После такого у Харрисона осталось только одно желание: сбежать от своей семьи, Мэдди и от самого себя.

Но он не мог рассказать лишь часть правды, не выдав сути. Те два события были связаны, как костяшки домино, которые выпали на его долю и изменили ход жизни. Хотя Мэдди, возможно, и приревновала его, он не мог рисковать... пока не узнает, что она к нему чувствует.

Он решил увильнуть от прямого ответа.

Харрисон забрал у неё сигару.

– Ты же знаешь, я не склонен к сантиментам.

На её лице промелькнули удивление и обида, брови угрожающе опустились.

– Это и есть твой ответ? Ты шутишь?

– Я не знал, что сказать. В то время ты была занята своими первыми балами и приёмами, я решил, что ты выйдешь замуж и... – Он пожал плечами. – Мне показалось, что лучше просто уехать.

– Как насчёт таких слов на прощанье: "Дорогая Мэдди, я уезжаю в Париж. Я буду чересчур занят развлечениями и не смогу писать. Наслаждайся жизнью"?

– Я толком не соображал тогда.

– Все три года?

– Я прошу прощения, Мэдс. Это было эгоистично с моей стороны.

– Вот именно, и... – Внезапно она покачнулась. – Ой.

Он встревожено потянулся к ней, чтобы поддержать.

– С тобой всё в порядке?

Харрисон машинально обхватил ладонью лицо Мэдди и заглянул ей в глаза. Прикосновение было неожиданно интимным, они столи чересчур близко друг к другу, и когда их взгляды встретились, они оба замерли. На ощупь её кожа была мягкой, как лепестки цветка, и от неё пахло океаном и лавандой. Он тонул в ярко-изумрудных глазах Мэдди, таких знакомых и в то же время загадочных. Харрисон хотел узнать каждый секрет, который она хранила в глубине сердца, исполнить любое желание.