Мария Барышева - Коллекция

— Ну, чего — закончилась работа ума? — со смешком поинтересовался Юрий, поглядывая на нее в зеркало обзора. — Поставила все на место? Вот и славно. Что кривишься — больно? А мне каково было — ты подумала своими мозгами?! — его голос вдруг стал визгливым, капризным и требующим сочувствия. — Захожу я, весь в радужных перспективах с ног до головы и тут — бац! Как утюгом по башке! Секунду думал — совпадение, похоже… гляжу, фамилия моя на экране — справочки уже наводит, сука!.. Столько лет назад, сгладилось уже… и н-на тебе! Вот, думаю, попал ты, Юрик!.. А мне сейчас попадать никак нельзя, поняла, деваха?! Не то у меня положение! Сука, Лидка, через столько лет дотянулась — ты смотри!..

— Куда ты меня везешь? — спросила Кира, с отчаяньем оглядываясь.

— Подальше, — Стадниченко хмыкнул. — На романтическую прогулку. Знаю одно место — тебе понравится. О-очень, — он глумливо подмигнул ей в зеркало. — Пленка где?

— Какая еще пленка?

— Ой, вот только не надо!.. — Юрий зло саданул ладонью по рулю, и Кира поняла, что он на пределе. — То, что ты сделала — там все, до мельчайших деталей, все как было — я ведь это на всю жизнь запомнил! По рассказу так не сделаешь — даже по фоткам так не сделаешь. Только если самой увидеть… Так и знал я, что видюха там у этой старой суки стояла — ишь, и где она ее взяла в то время-то?.. Что — нашла бабкин схрончик и решила бабок срубить по-легкому?.. Не на того нарвалась, ласточка! Я если и плачу, то только один раз! Суке этой я когда-то заплатил… она хоть и не показала мне, зато рассказала очень подробно… сука! — его ладонь снова стукнула по рулю. — Надо было все-таки ее прибить… но тогда это никак… Заплатил, но предупредил — еще раз сунется — убью. Умная баба оказалась — не трогала меня больше. А как узнал, что сдохла она — думал, все! Надо было все-таки наведаться в хату… надо было… вот что бывает, когда дело запускаешь!

„Надо было, — мысленно мрачно поддержала его Кира. — Вот был бы тебе сюрприз тогда! И я б тут не сидела!“

— Видишь, как оно? — Юрий снова закурил. — Глядишь, и с тобой, дурой, ничего не стало бы. Анатольича жалко, хороший мужик, расстроится он… и так сколько всего на него свалилось. Мы с ним так славно побеседовали…

Он снова принялся переключать станции, что-то бормоча себе под нос. Мимо пролетела встречная ма