Граф Брюс (СИ) - Останин Виталий Сергеевич
Если кто-то думает, что получить воздушным кулаком не так больно, как каменным, то он крепко ошибается. Важна не столько материя, которая с тобой воздействует, сколько её плотность и скорость движения. У Янека и с первым, и со вторым был полный порядок. Ну и практики побольше, чем у меня. Двинул так, что у меня, кажется, рёбра треснули. И воздух покинул лёгкие — вот такая ирония.
А вслед за первым конструктом, он ещё и второй сразу же применил. Что-то вроде воздушного пресса. По крайней мере, эффект я почувствовал именно такой — будто на меня сверху обрушилось небо. Дышать я и до этого не мог, а тут и вовсе лишился возможности двигаться. Прижало, как жука сапогом!
Только после этого террорист решил, что можно и на товарища внимание обратить. Присел у трупа, что-то там на польском запричитал — я ни слова не мог разобрать сквозь барабанный стук крови в ушах. Только общий фон с трудом улавливал. Ну и имя убитого — Вацлав. Его Воин повторял чаще всего.
Затем давление немного ослабло и меня начали бить. После парочки применённых по мне заклинаний, я даже сопротивления оказать не мог. Да и не факт, что смог бы. Мужик в маске оказался опытным бойцом, превосходя меня не только в магии, но и в физической подготовке.
Сперва он пару раз ударил меня по лицу, отчего я поплыл окончательно. Затем вытащил из шкафа и выбил остатки воздуха из лёгких, всадив свой кулак мне в живот. И когда я упал на пол, рядом с убитым боевиком, стал без всякой жалости пинать меня ногами.
Сколько это продолжалось — не берусь сказать. В такие моменты весь пространственно-временной континуум скукоживается до крохотных очагов боли. Рёбра, по которым прилетало тяжёлым ботинком. Локти и предплечья, когда я пытался закрыть лицо. Копчик, бёдра. Разгневанный смертью товарища террорист совершенно не заботился о том, куда попадут его удары.
Как и тем, выживу я после подобного избиения или нет.
Противопоставить ему я ничего не мог. Сложно сосредоточиться на энергоконструктах, когда тебя пинают. Попытался хотя бы создать усиление вокруг предплечий, которыми закрывался от ударов, сделать их крепче благодаря магии, но ничего не вышло. В момент, когда вокруг рук только начал формироваться защитный барьер, получил очередной пинок в голень и не смог закончить заклинание.
Последнее, что мне удалось сделать — активировать «дымку». Даже не «пылевой щит». Сам, если честно, не понимая зачем. Защитить меня или хоть как-то навредить боевику она не могла. Но разум всё же выдал именно этот конструкт. Прежде чем я отключился от удара в голову.
В себя пришёл здесь же, на полу в классе рисования. Подсознательно ожидая боли от множества нанесённых повреждений. Но не почувствовал её. Более того, осознал, что чувствую себя прекрасно. Бодрым, здоровым и полным энергии. Словно бы только проснулся после восьмичасового сна в собственной постели.
Подумал, что это мозг так шалит. Что увечья, которые я получил, гораздо серьёзнее, чем думал раньше. Вот он и блокировал нервные окончания. Или приказал организму выбросить какой-нибудь «боевой коктейль» из гормонов, которые спасут от болевого шока.
Но пошевелив рукой, ногой, а потом открыв глаза, я понял, что это не так. Боли действительно не было. И ран тоже. Я без каких-либо усилий поднялся и сел. Огляделся. И обнаружил, что нахожусь в компании уже двух трупов, а не одного.
Первого — Вацлава — я помнил. Сам всадил ему «ядро» в глаз, превратив содержимое черепной коробки в фарш. Так что не удивился, когда увидел его тело слева от себя. А вот Янека, который меня избивал, найти с другой стороны не ожидал. И тем более, его внешнего вида.
Тело, скорчившееся в позе эмбриона, ничем не напоминало здоровенного боевика. Одежда, маска на лице, короткоствол на ремне под мышкой — всё это указывало на то, что смотрю я именно на него. Но вот сам он словно бы иссох. Превратился в мумию. Худой и сухой остов человека, которым был недавно.
«Я тут что, лет сто провалялся?» — была первая моя мысль.
Бредовая, согласен — Вацлав-то выглядел вполне свежим покойником, даже кровь не успела застыть. Но что ещё могло стать причиной такого изменения крепкого мужчины? И кто его прикончил? В классе никого, кроме меня и этих двоих.
Я? Но, как? Магией? В арсенале Брюсов нет таких техник, мне, по крайней мере, он них не рассказывали. И память реципиента об этом никаких сведений не содержала. Да и почерк не похожий! Вот если бы у него из головы торчала каменная сосулька, тогда да. Пусть мне пока такой конструкт не по зубам, но можно было предположить, что я выдал его на пределе возможностей. В условиях, когда на кону стояла сама жизнь.
Да и я тогда почему целый и невредимый? Он же меня до состояния отбивной отделал. Пинал так, что я, даже при условии выживания, ещё месяц должен был провести на больничной койке. Писая кровью и дыша осторожно, чтобы не потревожить сломанные рёбра.
Так, а ну-ка, стоп! Попытаемся мыслить логически. Здесь только я и они. Значит, никто не пришёл ко мне на помощь, чтобы прикончить террориста, а потом таинственно раствориться в тенях. Если убрать весь смысловой мусор, то по факту у нас тут следующий расклад. Он — иссушенный, как рыба к пиву, а я — здоровый и полный сил. Каким бы невероятным ни казалось объяснение, оно могло быть только одним. Я забрал себе всю его жизненную энергию.
Из уроков лисы я уже знал, что это возможно. Как и то, что от теории до практики меня отделяли десятилетия. Может обучение и быстрее бы получилось завершить, если взять во внимание «домашние» способности, то есть уже фактически выстроенные нейронные связи. К тому же на организм другого человека я уже мог воздействовать — вспомним укрощение Догуляя. Правда, там я действовал в плотном физическом контакте, и энергию не перекачивал, а воздействовал на его внутренние органы своей.
А вот для того, чтобы совершить подобное, мне нужно было отрастить, как выражалась Ринко, меридианы вне собственного тела. Совместить их с собственной энергетической системой, и с такой же, но у противника. Чего я делать не умел. И за последние совместные тренировки с телохранительницей успеха не добился.
А сейчас, получается, смог? Под прессом смертельной опасности совершил прорыв? Нашёл, какие ментальные мышцы нужно задействовать? Так чего гадать — надо попробовать повторить! Захваченный этой идеей, я чуть было не уселся между двумя трупами, но потом решительно отогнал эту мысль.
Мертвецы-то, может, и не помешают, а вот те, кто послал их проверить классы, вскоре заинтересуются пропажей сладкой парочки. Как бы ни было интересно проверить свою догадку, из кабинета надо было уходить как можно скорее. Ждать здесь лису опасно.
И вообще, что это за дурной энтузиазм, а? Поглотил больше ки, чем требовалось для мгновенного выздоровления?
Подойдя к выходу из кабинета, аккуратно приоткрыв дверь, и посмотрел в узкую щель вдоль коридора. Пусто. И тихо. Никто не шатается, не выискивает спрятавшихся школьников. Хорошо. Значит можно выйти. Вот только — куда идти?
Здравый смысл подсказывал, что нужно подниматься наверх. Простая логика — боевики заложников именно сверху вниз сгоняли. Значит, верхние этажи уже один раз проверили — возможно даже эта парочка.
Но подниматься придётся по лестнице. А её я отсюда не просматриваю. И там могут быть террористы. Которых я увижу, лишь столкнувшись с ними нос к носу. Как быть с этим?
Пустить «дымку», вот как! При достаточно высокой плотности микрочастиц этот конструкт является маскировочным, но если его поле растянуть не на метр-два, а на двадцать и больше, и понизить плотность элементов, то оно превращается в сканирующее. Послушные моей воле и невидимые глазу пылинки действуют по принципу эхолокации. Видеть с их помощью я не стану, но обнаружить боевика до того, как он заметит меня, вполне смогу.
А ведь именно это заклинание я и выпустил, отрубаясь от ударов поляка…
Эта мысль меня огрела не хуже биты для лапты. И в один момент всё стало понятно. Кроме одного: как подсознание выяснило, что именно этот конструкт сможет выступить заменой внешних меридианов?