KnigaRead.com/

Сергей Лукьяненко - Спектр

На нашем сайте KnigaRead.com Вы можете абсолютно бесплатно читать книгу онлайн Сергей Лукьяненко, "Спектр" бесплатно, без регистрации.
Перейти на страницу:

Так что сформулировать смысл собственного существования Мартин не смог, а, напротив, почувствовал жгучую зависть к аранкам, вообще не испытывающим подобных терзаний. Хорошо устроились! Может быть, потому и считаются самой высокоразвитой расой после ключников?

В конце концов, отбросив бесплодные философствования, Мартин выбрался из ванны, промокнул полотенцем кожу и нагишом, чтобы тело отдохнуло и обсохло, уселся за стол. Листок бумаги, ручка – что ещё нужно человеку, чтобы вдумчиво оценить ситуацию?

Первым делом Мартин нарисовал два кружочка и подписал их «Ирина-1» и «Ирина-2». Потом перечеркнул кружки. Рядом нарисовал третий кружок, «Ирина-3», и поставил жирный вопросительный знак.

На этом этапе Мартин глубоко задумался.

Библиотека. Прерия. Аранк.

Три планеты. Две первые хранили в себе те или иные древние артефакты, которые Ирина Полушкина собиралась исследовать. Но мир аранков был древним сам по себе, и уж конечно, аранки изучили загадки своей планеты. Зачем же Ирине туда отправляться?

Главный вопрос – каким же образом «Ирина Полушкина, одна штука» превратилась в трёх взбалмошных девиц, Мартин решил пока не трогать. Версию с сёстрами-близнецами, изложенную шерифу, он, конечно, всерьёз не воспринимал. Скорее это было делом рук ключников… с них станется копировать девчонку. Вот только зачем?

И очень, очень сильно напрягали Мартина две случившиеся смерти. Пока их можно было отнести к досадным совпадениям, но начинала уже угадываться в происходящем какая-то система – неприятная, мрачная и, возможно, вовсе не подвластная человеческому разуму.

Вздохнув, Мартин пририсовал на схему квадратик, которым по какой-то прихоти восприятия решил обозначить себя, любимого. Выбора у квадратика особого не было. Либо отправиться на Землю – Мартин провёл жирную черту внизу листа – и отчитаться перед Эрнесто Полушкиным. Либо посетить планету аранков, отыскать там гипотетическую третью Ирину и постараться оградить от всех возможных опасностей… уговорить вернуться домой… заставить подписать бумагу с твёрдым отказом от возвращения.

Подумав о бумаге, Мартин сразу же вспомнил про письмо Ирины, написанное в баре за десять минут до смерти. Шериф изучал письмо очень пристально, но потом согласился отдать его Мартину – для родителей Ирины. Сейчас Мартин достал письмо и перечитал, морщась и борясь с ощущением, что над ним откровенно издеваются.

Дорогие мама и папа! – писала Ирина. – У меня всё хорошо, чего и вам желаю. Милый молодой человек, – ну не наглость ли со стороны семнадцатилетней девчонки! – передал от вас приветы и спросил, не собираюсь ли я вернуться. Нет, не собираюсь. Всё идёт слишком хорошо, чтобы отвлекаться. Как там Гомер, не скучает ли? Поцелуйте его от меня, скоро он получит вкусную косточку. На этом письмо заканчиваю, ваша любимая Иринка.

Мартин не считал себя экспертом по семейным отношениям, но просьба поцеловать собаку в сочетании с насмешливым тоном письма и подписью «ваша любимая Иринка» его смутила. Похоже, девчонка родителей ни в грош не ставила, считала, что ей всё сойдёт с рук, и вообще была душевно чёрствой особой.

Вот только не слишком вязался этот образ с криком «Не стреляйте!» и отчаянным броском под пули в попытке остановить перестрелку. Может быть, это письмо – отголосок семейных ссор? Выдрал Эрнесто любимую дочку или ещё как-то проявил власть, ну а в семнадцать лет это вполне серьёзный повод для обиды…

Мартин с кряхтеньем запечатал письмо в конверт, спрятал в рюкзак – вместе с жетоном Ирины. Нательный крестик он в этот раз брать не стал, Ирину обещали похоронить по-христиански.

– Нет, мало тебя в детстве пороли, – сказал Мартин задумчиво. И поймал себя на том, что разговаривает с Ириной не как с умершей, а в полном и глубочайшем убеждении – им предстоит встретиться снова.

Что ж, тогда и медлить не стоило.

Мартин оделся, грязные носки и бельё выбросил – не таскать же их с собой в ожидании прачечной. Подумал, не подремать ли пару часов, компенсируя ночной недосып, но, видимо, адреналина в крови было достаточно – спать не хотелось.

Он пошёл к Вратам.

Часть третья

Жёлтый

Пролог

Желает того человек или нет, но должны у него быть какие-то маленькие пунктики, слабости, отдушины от житейской суеты. Суровый политик, погрязший в интригах и предательстве, разводит рыбок и плачет, когда те болеют плавниковой гнилью, прожжённый ловелас бережно хранит фотографию одноклассницы, которая в его сторону и смотреть не желала, угрюмый мизантроп сюсюкает и тетёшкает над коляской с новорождённым младенцем, скучный и незаметный служилый человечек обнаруживает внезапно глубочайшие познания в области уйгурской культуры или индонезийских народных ремёсел.

Своё увлечение вкусной едой Мартин пунктиком считал лишь отчасти. Вкусно поесть все любят. Даже если взять какого-нибудь святого человека, всю жизнь отшельничавшего и смирявшего плоть питанием на хлебе и воде, – глядь, перед смертью зальётся слезами и покается: грешен был в чревоугодии, предпочитал хлеб ржаной – пшеничному, а воду из родника – воде из реки…

Ну а Мартин святым себя не считал, смирением плоти отродясь не занимался и любимому хобби предавался с удовольствием. Из путешествий он выносил не только впечатления и рулончики фотоплёнки (электронные камеры – это всё-таки профанация искусства, запечатлеть мгновение достойно лишь серебро), а ещё и обилие кулинарных рецептов.

Не слишком ценил Мартин кухню азиатскую, в том числе и прославленную китайскую, безоговорочно капитулируя лишь перед уткой по-пекински и курицей с апельсиновым соусом. Глубочайшие сомнения вызывала у него заокеанская гастрономия – хвалёные индейки под шоколадным соусом, ставшие притчей во языцех блинчики с кленовым сиропом и коктейль из фенилаланина и ортофосфорной кислоты, для маскировки называемый колой. К мексиканской кухне Мартин был более дружелюбен и порой готовил мясо с миндалём или гвакамоле.

Но вершиной кулинарии Мартин считал кухню европейскую, милостиво включая в Европу всю Россию с Сибирью и Дальним Востоком. Что может сравниться, к примеру, с настоящим венгерским гуляшем – нет, не с той жалкой мешаниной из картошки и мяса, какую подадут в российском ресторане, а густым острым супом, напоенным духом паприки и сладкого перца, обжигающим рот и согревающим тело?

Вот почему, выйдя из Станции-6 на Аранке, Мартин приостановился, принюхался, заозирался. И вовсе не запах чужого мира поразил его обоняние – на Аранке он уже бывал. В воздухе явственно пахло паприкой!

Перейти на страницу:
Прокомментировать
Подтвердите что вы не робот:*