Джо 6 (СИ) - Мамбурин Харитон Байконурович

— Только Оззу об этом лучше не говорить, снова на неделю запьет, — деловито пробурчал Астольфо, оживая на глазах, — Значит, идем в разведку? А сам-то, в смысле оригинал, чем займешься?

— А я отправляюсь в Школу Магии, такие вот дела… — простонал я, перекладывая лед, — В теле клона. У них там беда случилась, Дино Крэйвен пропал. Буду его замещать.

Удивительно, но факт, мне, как-то раз давшему слово, что ноги моей не будет в Школе Магии, придётся туда вернуться. Пусть и не лично, а посредством клона с ослабленной магией, но такова была цена за сохранение моей шкуры. Не знаю, чем купили там Эфирноэбаэля, но тот, услышав всю мою историю с драконами, пусть и ругался долго и упорно, пусть и жаловался, что ему теперь придётся искать пещеру Хадузабраза с накопленными богатствами (ибо ограбленные драконы психуют и норовят наложить на себя крылья), но что остается делать? Убивать меня? Нельзя. Мама расстроится, да и история тогда вылезет наружу. Кроме того, как не удивительно, я был чист перед законами людей и драконов — первого, Розвуальда, и пальцем не тронул, а Безобраз сам прилетел. Ну а что продавал зелья, так это дело недоказуемое и неподсудное. В общем, эльф ушел, но обещал вернуться, озадачив меня заданием насчет Школы Магии.

Мол, без декана там катастрофа, они не знают, что делать. Если бы они знали, что делать, то не напрягали бы легендарных эльфийских мудрецов, а так они не знают, что делать, поэтому напрягают всех. Не бывало никогда такого, чтобы деканы у них пропадали!

Эх, придётся тряхнуть стариной, вспомнить старые добрые деньки. Сколько лет, сколько зим прошло с тех пор, как я закончил Школу Магии! Аж два года. Обосраться и не жить. Но что делать? Подозреваю, конечно, что брат моего сына не просто так с треском вломился ко мне на хату, а уже зная, кто виноват и что делать, но подозрения к делу не пришьешь, как и утопление в кадушке. Чувствуется тут влияние высших сучностей, то ли Лючии, то ли Вермиллиона, а может даже и той лисы, которая велела мне отстать от драконов.

Ладно, займемся делами.

Отожравшись, отоспавшись и полечившись, я «освежил» доппеля, живущего в Дестаде с Шайном-младшим, а затем принялся доделывать старый проект — волшебную ванну. Её я придумал для случаев, когда надо будет надолго занимать тело клона или доппеля, оставляя оригинальное пылиться в башне. Вот чтобы оно не закисло, был придуман резервуар, заполненный густой прозрачной жидкостью. В ноздри, рот, зад и еще кое-куда вставляются трубки для ввода-вывода биологических жидкостей и твердых веществ, а затем, вдобавок, в ванну помещается Игорь, который своими щупальцами тело разминает.

Мне, правда, на тестовых испытаниях потребовался ассистент, им выступила некая юная эльфийка… так вот, после наблюдения за успешным вводом ванны в эксплуатацию, у Наталис Син Сауреаль возникло несколько идей, за реализацию которых её должны были бы выгнать из эльфов. Тем не менее, они были реализованы, частично — прямо в ванне, хорошо, что без Игоря.

…и трубок.

…и доппелей…

Так, памяточка: снабдить комнату, содержащую бессознательного Джо мощными противоэльфийскими колдунствами. Запретить Игорю слушать… кого-нибудь, пока меня нет. Еще бы гоблинов моих, но отпуск и море — дело святое.

Ладно, поживем-увидим.

Вернувшись домой, я принял ванну, выпил чашечку кофе, сделал себе увлажняющую маску на опухшую морду лица, встретил в этой маске пришедших в гости Наталис со Знайдой, выдержал истерический смех обеих, натравил Шайна на Кума, пожелав им долгой прогулки, а сам немного поправил здоровье с прекрасными дамами. Одной из них была вручена небольшая пипетка с высококачественным лечебным зельем для младенца, дочери Знайды от неизвестного героя, а вторая осталась, планируя нахаляву у меня поесть, чтобы самой не готовить.

— Ты мелочный и сварливый тип, Джо! — чавкала соленьями привольно чувствующая себя на моей кухне эльфийка, — И что только я в тебе нашла?

— Наверное, тебе понравилось, когда я щупал тебя за задницу перед глазами целой толпы эльфов? — сделал я невинное предположение, — Или…

Ну вот, получил по лбу соленым огурцом.

— Ты меня тогда на всю жизнь опозорил! — победно предъявило мне жующее лицо эльфийской национальности, угрожающе размахивая еще одним овощем.

— Да так уж и на всю, — сомневался я, планируя маневры уклонения, — Все уже и забыли…

— А я — нет!

— Можем повторить!

— Ах ты!!

С Наталис оказалось… неожиданно легко. Лючия, при всем совершенстве этой богини, была воплощенной крайностью. То эта женщина всё утро плакала от счастья, как ей прикольно просто дышать, то устраивала в постели такое, что у меня, двадцатидвухлетнего типа, седели волосы, причем везде. Саломея Батьковна, еще одна блондинка, грешила другим — у неё было шило в заднице и ветер в волосах. Не в постели, а по жизни. Засидевшаяся в храме, эта шикарная женщина желала приключений, ощущений, изнеможений и впечатлений, но… не могла их получить, потому что у её богини был декрет. То есть могла, но с риском ушибов, увечий, разрыва задницы и простым банальным изнасилованием, поэтому, всё-таки, не могла. И из-за этого клевала мозг всем. Про Лилит и говорить не стоит, эту демоницу волновало только её состояние и способы, как бы из него выбраться.

Эльфийка на их фоне была совершенно другой. Девушка просто жила, просто ловя от этого кайф. Она любила деньги, но при этом любила и магию, и даже работать. По своей специальности, конечно. Ей нравился её лес, ей нравился я, ей нравился говорящий бык, приходящий к ней в гости, её не одолевали фантазии и желания, лежащие за границами плоскости подобного существования. При этом её нельзя было назвать простушкой, книги из Мифкреста, поставляемые через Умиллу Корнблюк, появлялись на полках в её доме во всё большем и большем количестве, а визиты к дяде в Школу Магии девушка совершала вполне регулярно, перехватывая там знаний о магии у своего старшего родственника.

То есть, проще говоря, эта целящаяся в меня соленым огурцом дивчина была во многом со мной же созвучна.

После веселой возни, совмещенной с погонями и посулами разных кар, мы оказались у меня в кабинете, слегка раздетыми и сильно встрёпанными, где я и начал рассказывать остроухой дщери лесов о вставших передо мной задачах. На слова о Эфирноэбаэле Наталис повела носом, сообщив, что это сто процентов подстава и розыгрыш, ибо древний мудрец уже всё знал, когда выламывал мои ворота, а на Школу Магии нехорошо возбудилась.

— Я отправлюсь с тобой! — объявила она, сверкая нездоровым энтузиазмом в глазах, — Мне будет тут скучно!

— Если твой дядя узнает о том, что между нами, он кастрирует меня своей волшебной палочкой, — выразил опасение я, — Причем без помощи магии. Просто… выковыряет.

— Я хочу это видеть!

— А если я успею показать ему это? — хитро ухмыльнувшись, я жестом фокусника достал манадрим.

— Что это такое? — насторожилась эльфийка.

— Мои воспоминания о нашем первом разе! — победно ухмыльнулся я, вспоминая, как решительно и бескомпромиссно был затрахан едва ли не насмерть перенервничавшей девушкой.

И тут же был атакован бросившейся плашмя в атаку ученицей мудреца. Сначала я думал, что она хочет забрать манадрим, но всё оказалось куда прозаичнее — меня начали убивать путем удушения! Еле вырвался, да и то с помощью хитрости, коварства и подлого хода, после которого пришлось закрываться в туалете, лихорадочно превращая его в магически закрытую крепость, пока снаружи неистовствовала эльфийская ненависть.

— Я убью тебя, человек! — глухо орали снаружи, — Убью и съем как дракона!!

Женщины — страшные. Хорошо хоть с этой работают не только стандартные способы примирения, но еще и торговля. Треть Хадузабраза пришлось отдать! Слышал бы это Эфирноэбаэль, его бы кондрат хватил прямо на месте, и никакая мама бы не откачала.

На следующий день, чистенькие и умытые, Наталис и мой клон, приберегаемый именно для подобных случаев, уже стояли в волшебном мире, у моей альма матер. Светило солнышко, насыщенная магией атмосфера волновала наши потроха, пели птички, шуршал кустарник… бухтела стоящая перед нами моя копия, выполненная в масштабе тринадцати лет.