Джо 6 (СИ) - Мамбурин Харитон Байконурович

…а может, и волшебник. Пока что всё сходится.

Куда теперь идти я знал, но… не хотел. Соваться не пойми к кому своей собственной персоной, либо посылать доппеля, было чревато потерями и горестями, поэтому, немного подумав, я решил забрать своего засланного котёнка, узнать у него новости, а затем, сев за чашку чая, крепко подумать о том, кого, как, каким местом и с какой скоростью отправить в Багайзен.

Паскудный котёнок, извлеченный из гнезда порока, пах прокисшим пивом, краденой рыбой и паршивыми новостями, которых у него получилось узнать куда больше, чем у меня. Криминалитет Дестады был в сильной встревоженности от нового центра сил, образовавшегося в Багайзене, так что уже сумел выяснить немало деталей, озадачивших меня почти полностью.

Наемник выглядит довольно дорого только в ракурсе прямой выплаты деньгами. Если его обеспечить выпивкой, дракой и доступными женщинами, занять кое-какой деятельностью, то мы получим существо, мало чем отличающееся от обычного солдата, только менее запуганное. Также поступил и Горбыль, сначала собрав под своими знаменами всех наемников морского города, а затем выстроив свои вертикали подчинения и общей деятельности, причем, как оказалось, с помощью тесной поддержки официалов Дестады. Финансовой в том числе.

Переводя на понятный язык — Горбыль не только собрал и обеспечил целую армию, но и пристроил её к делу, прижав всё к востоку от Дестады к ногтю так, что недавно обновленный (кстати, по моей вине) государственный аппарат огромного города начал спокойно приводить в действие какие-то реформы нового мэра на этой площади. Частично Горбылю помогали продовольствием, частично деньгами, а этот странный парень, тратя, кстати, весьма серьезные средства, не требовал ничего большего. Ему хватало лишь того, что подчиненные заняты, а влияние в городской среде постепенно растёт. Местные тоже не особо вякали, будучи тихо, но тяжело запрессованными грубой силой. Никакого террора, всё сплошь почти законно и с кляпом до желудка.

Преступный мир Дестады был в шоке. Здесь умели считать деньги, но не понимали, чего пытается добиться Горбыль. Создать банду или захватить власть при таких раскладах и с такой вовлеченностью легальных властей у лидера наемников бы не вышло уже никак, сохранять статус-кво, продолжая тратить деньги, тоже. Некоторые предполагали, что, сбив в одну кучу людей и постепенно отчистив нанятых от наиболее одиозных и недисциплинированных, Горбыль тренирует оставшихся, а затем отправится со своей армией на другой континент, воевать и зарабатывать золото… но теория была слишком фантастичная. Ничего особенного в наемниках Дестады не было, чтобы их прямо надо было везти за море.

— Такие дела, Джо, — проурчал котёнок, вновь спрятавшийся мне за пазуху, — Мэр, считай, у этого Горбыля в кармане, пока тот держит пригород за яйца. А тот держит, обычные стражники помогают ему избавляться от смутьянов. Что еще интересно, так это то, что наемники к себе не берут молодых парней из тех же деревень, чхать они на них хотели. Только новых делают. Там уже половина крестьянок на сносях.

— Забавно… — промычал я в задумчивости, устроившись в доме, который приспособил мой доппель для своего проживания в городе, — … на создание частной военной лавочки это не похоже. Криминал отпадает, слишком велико внимание властей. Для чего еще нужна такая груда вооруженных рыл?

— Никто не понимает, — фыркнул Шайн-младший, — Они бы нехилое графство могли бы завоевать, если бы собрались. Но нет. Опытные наймиты, сидят, бухают, немного работают. В основном все довольны, так как опасности никакой. На дисциплину бухтят, но в меру. Это, всё-таки, Орзенвальд. Нормальные наемники бы такого не потерпели, но в этом тухлом мирке все чересчур миролюбивы.

— У меня напрашивается только одна теория, довольно-таки диковатая… — задумчиво промычал я, сбрасывая с себя вонючие тряпки и планируя как следует отмыться.

— Это какая? — скептицизм на кошачьей мордочке выразился не столь явно, как у оригинала, ибо сколько там этой морды есть-то…

— Большие массы вооруженных людей нужны либо для охраны, либо для нападения, — выдал я великую мудрость, почесывая себя там, где сегодня с утра хозяйничали эльфийские руки (правда, в другом теле), — А если Горбыль не планирует на что-то нападать? Если он хочет защитить?

— Ему нечего защищать!

— Это пока что… — задумчиво промычал я, но развить мысль не получилось.

Во входную дверь бешено и мелко застучали.

Открыв её, я увидел прикрытого иллюзией лепрекона, тут же проскользнувшего внутрь дома.

— Джо! У нас беда! — запалено выдохнул волшебный карлик, согнувшись и держась за грудь, — Стражники арестовывают все наши склады! И твои, и Пазантраза! На розыскных листах твоё лицо, кладовщики под следствием, купцов допрашивают!

Выдав всё это, лепрекон продолжил восстанавливать дыхание, а я, совсем ни о чем не думая, еще раз почесался.

— Опа, — в тишине, прерываемой хрипами, раздался невозмутимый голос котёнка, — Кажется, началось…

///

Наталис Син Сауреаль всегда считала себя эльфийкой образованной, тактичной и понимающей. Ей, доставленной одним коварным проходимцем прямо в жаждущие помощи и труда объятия Мойры Эпплблум, не составило труда понять, что её, нежную деву лесов, в очередной раз жутко подставили, но природное любопытство и желание узнать нечто новое заставили девушку задержаться в алхимической лавке. Перед праведной местью одному скользкому говнюку, разумеется. И то, что она тут же стала обсуждать свой наряд компаньонки вместе с взбудораженной волшебницей, вовсе ни о чем не говорит!

Однако, суета и радости длились недолго, ровно до момента, пока в лавку не постучали трое молодых, но сурово выглядящих волшебников, потребовавших именем Гильдии Магов, чтобы Мойра Эпплблум срочно прошла с ними в Мифкрест. По велению самого Совета. Растерянно хлопающую глазами блондинку, едва успевшую оправить робу, начали конвоировать в направлении башни, а Наталис увязалась вместе с ней, целиком и полностью веря подруге, громко утверждающей, что та совершенно ни при чем. А как не верить? Если что-то происходит, значит, виноват в этом Джо! А на бал надо. Какой бал без Мойры? Правильно, никакой.

Волшебникам присутствие эльфийки не понравилось категорически, но, будучи на службе, кроме как бурчать, ворчать и требовать не мешать им исполнять долг, они ничего сделать не могли. Закаленная многими бедами эльфийка реагировала на их просьбы и пожелания приблизительно также, как Кум реагирует на мух, так что магам пришлось сосредоточиться на том, чтобы не слушать очень громко возмущавшуюся блондинку, у которой каждая минута была на счету, который она собиралась предъявить тем, кто посмел её отвлечь. И за отнятую волшебную палочку — тоже!

В общем, всем трем сторонам практиков волшебства было конкретно начхать на слова друг друга, и вот в таком составе они и двигались по улице города к башне волшебника, откуда и должны были перенестись в Мифкрест. Вполне обычное действо с точки зрения эльфийки, пережившей уже немало кочерги в своей жизни по вине одного волшебника, но совсем лишнее, неудобное и ничем не оправданное с точки зрения волшебницы, уже считающей себя одной из знатных особ огромного города.

Оказалось, что и у троицы волшебников есть иное мнение на статус что Мойры, что Наталис, потому что один из них, шедший замыкающим, надумал, резко остановившись, коварно бросить заклинание парализации в ничего не подозревающую эльфийку, с удовольствием хлопающую ресницами и ушами по сторонам. С точки зрения самой же эльфийки (уже уставшей хлопать), это было до боли в деснах предсказуемое действие, которое она прочухала почти сразу.

БДЫЩ!

Красиво влипший в стену волшебник медленно стекает вниз, роняя сломанную в процессе полёта палочку, а у тех, кто вел Мойру, тут же появляются в руках их магические инструменты.

— Эльфийка! — гаркнул один из них, — Немедленно…