"Зарубежная фантастика 2024-8". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Блэйлок Джеймс
— Откуда мне знать, черт побери?! Она взяла и исчезла прямо у меня на глазах! Это же у тебя должна быть с ней какая-то сверхъестественная связь, правда?
Ни один мускул на лице Джерома не дрогнул, но его ответ стал для нас с Романом ударом ниже пояса:
— Я ее больше не чувствую. Она словно исчезла для меня.
Может, у меня и не было физической формы, но тем не менее я ощутила холодок. Архидемон всегда сохраняет связь со своими подчиненными. Он всегда знает, где они находятся, и чувствует, если им больно. Когда Джерома призвали, эта связь нарушилась и мы лишились своих «адских» способностей. А теперь ситуация сложилась обратная. Меня, так сказать, призвали и оторвали от Джерома. Я вспомнила, что говорили онейриды: «Он не найдет тебя. Он не может найти тебя. Для него ты больше не существуешь».
— Это невозможно, — прорычал Роман. — Или кто-то скрыл ее ауру?
Какая ирония судьбы: кто-то воспользовался его собственным планом в отношении меня.
Джером покачал головой, жестом подозвал официанта и заказал еще выпить.
— В таком случае я не мог бы найти ее, но все равно чувствовал бы связь.
«Для него ты больше не существуешь».
— Ты думаешь, она… умерла?
Ярость Романа немного поутихла. Вопрос не показался таким уж неуместным: в каком-то смысле мне и правда казалось, будто я умерла.
— Нет. Ее душа оказалась бы в аду.
Джером сделал глоток из нового бокала, пристально посмотрел на Романа и продолжил:
— Но задавать вопросы не входит в твои обязанности. Расскажи, что известно тебе. Ты сказал, она исчезла у тебя на глазах. В буквальном смысле исчезла?
Роман жутко побледнел. Он посмотрел на Джерома, а потом на мрачного Картера, который пока не произнес ни слова.
— Да. Взяла и исчезла. У нее опять началось… не знаю, как объяснить. Она и сама с трудом могла объяснить, что это.
— Я помню, она рассказывала. Музыка. Цвета.
В голосе Джерома слышалось насмешливое недоверие, он считал мои рассказы полной чушью.
— Как будто какая-то странная сила звала ее, околдовывала, хотела во что бы то ни стало заполучить ее.
Роман повторял всем известную информацию, возможно, для того, чтобы Джером отнесся к ней более серьезно.
— Она называла ее песней сирен, она ходила во сне, пытаясь прийти к ней. И вчера вечером ей это наконец удалось.
— Ты видел эту силу? — спросил Картер.
Странно, но я не помню, чтобы раньше ангел выглядел таким серьезным… и таким растерянным. Ну, может быть, серьезным — пару раз в жизни. А вот растерянным — никогда.
— Я видел, как она исчезла. Просто растворилась в воздухе. Не то чтобы я увидел эту силу, скорее почувствовал. Я всегда чувствовал, когда она появлялась.
— На что она похожа? — спросил Джером.
Роман пожал плечами:
— Не знаю. Просто сила, какой-то вид энергии. Не похоже на конкретную сущность. По крайней мере ни на одну, известную мне. Точно не высшие бессмертные.
— Это ничего не дает, — заявил Джером.
Роман снова начал злиться.
— Но это все, что я знаю! Если бы ты прислушался к ней тогда, этого бы вообще не произошло. Это ты виноват. Ты не отнесся к ней серьезно, и теперь она пропала!
Кричать на Джерома — плохая идея.
— Поосторожней, а то я заберу свое приглашение обратно, — прошипел демон, буравя глазами сына. — Я выслушал ее. Я поручил тебе защищать ее. Так что это ты «виноват»!
Роман побагровел.
— Когда эта сила вновь появилась, я был в другой комнате. Я сделал все, что мог, но было поздно. Джорджина сдалась, и если честно… я вряд ли остановил бы ее.
Для Романа такое признание — серьезный шаг. Нефилимы могли унаследовать любое количество силы от бессмертных отцов. У Романа было почти столько же силы, сколько у Джерома, ну, чуть-чуть меньше. К тому же у высших и низших бессмертных разные виды способностей. Роман был своего рода гибридом, возможно, он и правда не смог бы справиться с тем, что под силу Джерому.
Джером не стал развивать эту мысль дальше и резюмировал:
— То есть, по сути, нам ничего не известно.
— По крайней мере, мы точно знаем, это не кто-то из наших, — наконец заговорил тихим голосом Картер.
— Ну да, поэтому остается всего лишь около миллиона других вариантов, — отрезал Джером. — Хотя…
Он посмотрел на пустой стул, стоявший за их столиком. Через секунду там материализовалась Симона. Картер не особо удивился, в отличие от Романа и меня. Но больше всех удивилась сама Симона: она взвизгнула от страха и казалась совершенно сбитой с толку. Когда тебя внезапно телепортирует высший бессмертный, ощущения не самые приятные.
Сегодня она была в обличье блондинки, в однотонной блузке и джинсах. Она, видимо, не на шутку испугалась — даже не попыталась увеличить вырез декольте, увидев Картера.
— Что с-с-случилось? — заикаясь, спросила она.
— Что ты сделала с Джорджиной? — осведомился Джером.
Она посмотрела на него большими глазами. Джером, конечно, оставался в обличье Джона Кьюсака, но смотрел на Симону таким взглядом, что сразу было понятно: перед тобой настоящий адский демон.
— Ничего! Я не знаю, о чем ты говоришь! — заплакала Симона, съежившись на стуле.
Джером так молниеносно вскочил со стула, будто применил телепортацию. Он схватил Симону за горло и прижал к стене. Когда-то я была в такой ситуации, и мне стало искренне жаль бедняжку. Посетители бара не обращали на происходящее ни малейшего внимания: Джером либо напустил на них морок, либо просто сделал себя и Симону невидимыми.
— Не смей врать мне! — заорал он. — Что ты с ней сделала? На кого работаешь?
Я понимала, почему он так решил. Роман почувствовал, что эта сила не принадлежала ни демону, ни ангелу, но, вполне возможно, кто-то вступил в сговор с неизвестной сущностью. Такое случалось. Роман тоже понял, о чем думает Джером, вскочил, встал рядом с отцом и прорычал:
— Клянусь, если ты тронула хотя бы волос на ее голове, я тебя разорву!
Симону так озадачило неожиданное выступление Романа, что на секунду она даже перестала бояться. Поскольку его аура была скрыта, она могла решить, будто он обычный смертный, который лезет не в свое дело да еще и кидается необоснованными угрозами. Как же она ошибалась!
Симона повернулась к Джерому, снова сжавшись от страха, и пролепетала:
— Ничего. Я ничего с ней не делала, клянусь!
Разобрать слова было сложно, потому что Джером продолжал держать ее за горло мертвой хваткой.
— Ты пыталась затащить Сета в постель, — заявил Роман.
— И все! С ней я ничего не делала! Ничего!
Симона умоляюще посмотрела на Джерома:
— Ты же должен знать, почему я приехала сюда. Совсем не затем, чтобы причинить ей вред.
Лицо Джерома пылало от бушующей ярости, но в глазах промелькнуло понимание. Он молчал, и голос Картера нарушил звенящую тишину.
— Она говорит правду.
Джером не отпускал Симону:
— Тебе известно что-нибудь о ее исчезновении? Хоть что-нибудь?
— Нет! Нет!
Джером взглянул на Картера, тот кивнул, подтверждая ее слова. Разочарованно вздохнув, Джером отпустил ее.
Роман сомневался в правдивости ее слов, но раз уж Картер поручился за нее, то это наверняка. Джером сел на место и залпом допил все, что оставалось в стакане. Спустя минуту к нему присоединился Роман, а Симона осталась стоять у стены, неуверенно глядя на них и потирая горло.
— Не знаю, что у вас тут происходит, но если я могу…
— Ты свободна, — отрезал Джером, махнув рукой, и Симона испарилась так же внезапно, как и появилась.
— Как ты с ней неласково, — заметил Картер, лениво помешивая бурбон.
— Я отправил ее обратно в отель, — сердито ответил Джером. — А не на какой-нибудь там необитаемый остров.
Роман поостыл и пребывал в глубокой задумчивости. Он вдруг показался мне поразительно похожим на отца.
— Почему она сказала, что ты должен знать, зачем она здесь? Зачем ты приставил меня следить за ней?
— Я не могу никому сообщить об этом, — ответил Джером, обращаясь к Картеру и полностью игнорируя вопрос Романа. — Пока не могу. Только в самом крайнем случае. Нельзя допустить, чтобы об этом узнало руководство.