"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Шалашов Евгений Васильевич
Прихлебывая горячий глинтвейн из глиняной кружки, я разглядывал веселящихся сограждан и прикидывал планы на ближайшее будущее. Выходит так, что первая волна коммерческих пациентов практически прошла, дамочки со средствами потратились на новую внешность, затмили своих подруг, отчего преисполнились счастьем. Через некоторое время либо дамочки сами найдут в себе недостатки, которые требуется немедленно исправить, либо подруги тоже омолодятся, и начнется вторая волна посещений клиники, где-то в начале весны. Пока же можно отдыхать и заниматься другими делами. Вот кукурузу, например, удалось вырастить, когда владеешь магией жизни и имеешь источник энергии под рукой, получить урожай из посаженного зернышка можно дней за пять. Немного банального отбора самых крупных початков, и после десятого урожая получится пригодный для выращивания сорт. Кукуруза же — это ценнейшая сельскохозяйственная культура, тут и зерна, и ботва на корм скоту. Главное, растет она быстро, плодоносит хорошо. К чему это все я? Да к тому, что пара спокойных месяцев у меня есть, надо их чем-то занять.
А не дернуть ли мне в гости к Хану? Притащу ему образцы всех наших медицинских артефактов, пусть взводный медик ими пользуется, да отчеты об этом напишет. Уж очень хочется получить армейский заказ, но без лоббирования, сиречь подкупа принимающих решения. Решено, возьму фургон, да смотаюсь к нему на два-три дня.
Поначалу была мысль рвануть одному, но мысль эта тут же была жесточайше подавлена, в результате со мной отправились два маршала, Манкор и Албен. Отправляться в путь в одиночку по не совсем дружественной стране — это достаточно затейливый способ самоубийства. Сломается колесо, например, менять его в одиночку, постоянно оглядываясь, удовольствие ниже среднего. А если заночевать в поле придется, что делать, спать в полглаза? И на следующий день будешь ты не боец, а недоразумение сонное. Втроем — оптимально по нашим условиям. Воевать мы ни с кем не собираемся, фургон достаточно скоростной, чтобы оторваться от любой погони, да и ружья при нас, враг не пройдет.
Повертев карту с разных сторон, мы решили ехать напрямик, не связываясь с порталами. Горы здесь низкие, дорога относительно прямая, всего в паре мест есть нечто, отдаленно напоминающее серпантин, построенное в седой древности. По словам Хана, карты практически не врут. Вообще с картами здесь непонятка: есть хорошо прорисованные топографические карты всех материков, причем даже тех мест, куда картографы в принципе не могли залезть. Как будто спутниковые фотографии перерисовали. Проблема в том, что эти карты далеко не везде отвечают действительности. Вот, например, на карте холм обозначен, а его нет, вместо него река, что на карте в нескольких милях в стороне. Говорят, что карты — это наследие Древних. Очень даже может быть, за тысячи лет, что прошли с тех пор, рельеф просто обязан был измениться. Но горы остались почти теми же, здесь карта была достаточно точна.
Собственно, через горы нам ехать всего ничего, жалкие три-четыре лиги. Километров двадцать от силы. Последние несколько дней погода была теплая, снега на перевалах быть уже не должно, проедем. Пока же фургон грузился всем необходимым в дороге и даже сверх того. Поедем и будем смотреть на проходимость дороги. Если кто нехороший объявится, я его замечу минимум за милю, тут сразу разворачиваемся и едем обратно. А на равнине будет проще, у нас огромная фора в скорости, уйдем от любого столкновения. Выезжаем с первыми лучами солнца, если в горах не застрянем, домчим до пограничников аккурат к обеду.
Восходящее солнце осветило западные склоны холмов, когда мы простились с остающимися, сели в фургон и не спеша поехали вверх по дороге. Отсыпанный гравием участок быстро кончился, пришлось активно работать рулем, объезжая опасные каменюки. Скорость была черепашья, раза в полтора быстрее пешехода. Вот остался позади наш участок с накапливающими Силу кустами. Кстати, я придумал, как их приспособить к медицинским артефактам, теперь анестезирующий амулет мог непрерывно работать неделю вместо прежних пары суток. Как по мне, отличный результат. Дорога повернула между холмами на восток, поднимающееся солнце сразу ударило в глаза. Мы сразу нацепили темные очки, я опустил солнцезащитный козырек. Пусть оно и не очень комфортно, зато мы будто из ночи попали в день. Крупные камни стали попадаться реже, фургон прибавил скорости, на отдельных участках разгоняясь километров до тридцати в час. Но вот ущелье снова свернуло направо и погрузилось в тень, солнце освещало только верхнюю половину холмов справа от нас. Или это уже не холмы, а горы? Местность изобиловала жизнью, магическое зрение показывало метки массы крупных живых существ, вон бежит стадо баранов, вон дюжина коз флегматично бредет по почти вертикальной стене, а вон пума притаилась у ручья, ждет, когда добыча сама придет на водопой. Ни малейшего намека на присутствие разумных живых существ не было, и это не могло не радовать.
На перевал мы выехали, когда солнце достаточно поднялось, чтобы в ущельях почти не осталось тени. Снег здесь был, пусть только на северных склонах. Фургон остановился, мы вышли размять затекшие ноги и осмотреться. Вид открывался восхитительный. Позади остались постепенно переходящие в горы холмы, впереди же лежала бескрайняя равнина, простиравшаяся до горизонта. Далеко слева блестела вода, то ли озеро, то ли широкая река, на древней карте ничего такого не было, справа виднелись пятна леса, дальше же все терялось в дымке. Дорогу солнце освещало отлично, никаких существенных препятствий видно не было, спуск был достаточно пологий, дорога изображала некое подобие серпантина по склону горы. Раз лошади Хана здесь прошли без проблем, то и фургон проедет.
Перевал находился на высоте чуть меньше полумили над равниной, спуск растянулся не меньше, чем на пару лиг. Приходилось постоянно притормаживать, чтобы фургон не разгонялся сверх меры. Судя по обилию живности и ее наглости, разумные в этих краях постоянно не живут. То козы перебегали дорогу прямо перед носом, то стадо баранов флегматично шло по ней, что не объедешь. Трижды пришлось воспользоваться «криком баньши», который у нас был вместо клаксона, чтобы согнать в конец оборзевшую живность с дороги. Интересно, почему никакое племя здесь не поселится на постоянной основе, при этом-то обилии еды? Похоже, чего-то я не понимаю в местных реалиях.
По эту сторону гор почва в прерии была другой, там она каменистая, здесь же она похожа на чернозем. Если оно действительно так, в сезон дождей все здесь запросто может превратиться в непроходимое болото. Хорошо, что есть древняя дорога, пусть и сильно потрепанная временем. Впрочем, по ней было особо не разогнаться, поэтому я решительно свернул в бок и поехал параллельно, оставляя за собой шлейф пыли. Фургон разогнался километров до шестидесяти в час, можно было и быстрее, но тогда тряска становилась труднопереносимой. Впрочем, я разогнался до сотни, чтобы проверить, как фургон будет себя вести на большой скорости. Фургону все было нипочем, мы же боялись рот открыть, чтобы не прикусить себе язык. Главное выяснили: оторваться от врагов мы сможем запросто.
Путь лежал мимо поросших лесом низких холмов справа, слева же вскоре появилась та самая река, блеск которой был виден с перевала. Похоже, это сменила русло та речка, что была обозначена на древних картах в полудюжине миль дальше на восток. Останавливаться, чтобы разглядеть красоты природы не стали, всем хотелось побыстрее доехать до места.
Со временем я немного ошибся. Не успели мы к обеду, стена временного лагеря Пограничной Стражи показалась уже когда обед должен был закончиться. Я связался с Ханом по амулету, опознался, и мы проехали между гостеприимно разведенных в сторону рогаток. Интересная конструкция, кстати: деревянный брус, к нему прибиты опоры-перекладины, чтобы брус располагался где-то на уровне пояса, посередине же натянута и намотана колючая проволока. Вроде, достаточно хлипкое сооружение, да только с налета его не возьмешь, запутаешься, а там тебя в лапшу накрошат. До сих пор в этом мире мне колючая проволока на глаза не попадалась, впрочем, я тут много еще чего не видел.