"Фантастика 2024-12". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Шалашов Евгений Васильевич
Если это орки или индейцы собрались в набег, они будут пытаться прорваться внутрь периметра поселка и устроить конную охоту на всех, кто окажется на пути. То есть, надо просто не пустить их внутрь.
Стрелки с винтовками расположились на специально оборудованных площадках на крышах домов, вооруженные дробовиками встали на галерее частокола. Мои маршалы — это стратегический резерв. Пять двустволок и десять длинноствольных револьверов могут сильно испортить настроение нападающим. Сам же я вооружился «шестьдесят девятым» калибром, пара короткоствольных револьверов и так была при себе. Снова запищал амулет связи.
— Док, ответь Клинике! Прием.
— Клиника, Док на связи, доложите обстановку. Прием.
— Док, предположительный неприятель подошел к холму. Это орки, явно пошли в набег. Прием.
— Клиника, подтверди включение протокола безопасности. Прием.
— Док, протокол безопасности оранжевый активирован. Прием.
— Клиника, наблюдайте, обо всех изменениях сообщайте, ни во что не вмешивайтесь, если не нападут. Как понял? Прием.
— Док, наблюдаем, сообщаем обо всех изменениях, ни во что не вмешиваемся, если не нападут. В случае нападения действуем по протоколу безопасности оранжевый. Прием.
— Клиника, конец связи.
Нечего им в войну встревать, в клинике всего двое мужчин. А если враг полезет, есть чем его приложить на месте. Единственное место, где можно подобраться к клинике, это конюшня и лифт, но лифт поднят и отключен, подходы же перекрыты воздушным щитом такой мощности, что и выстрел противотанковой пушки запросто выдержит, это не считая активированных мин. Свет во всех помещениях на холме погашен по протоколу, снаружи это просто холм, большая неудобная для подъема скала.
Поселок погрузился в ночь, все уличные светильники погашены, все окна закрыты тяжелыми ставнями, единственным источником света была луна, просвечивающая сквозь облака.
— Напоминаю, кто выстрелит без приказа, тому яйца оторву и к ушам пришью! — крикнул я. Со всех сторон послышались нервные смешки. Пусть смеются, лишь бы приказы выполняли и не паниковали раньше времени. Навалилась тишина, только шум ветра, да ржание лошадей где-то на конюшне на противоположном конце поселка. Несколько минут ничего не происходило, затем послышался стук копыт со стороны клиники. Как назло, луна пока еще не успела подняться, и на дорогу падала плотная тень. Мне были отлично видны приближающиеся орки, но остальные их видеть не могли. Но ничего, еще несколько минут, и они выйдут из тени. Орки были осторожные, никуда не торопились, к нам приближался их передовой дозор, остальная толпа далеко позади.
— Арбалеты к бою! — скомандовал я. — Маршалы, приготовьте луки, не шуметь!
Затрещали вороты взводимых арбалетов, и снова наступила тишина. Орочьи разведчики остановились на границе тени, их уже можно было разглядеть, но, если не присматриваться, можно было и не заметить. Их было шестеро. Орки спешились, оставили одного с лошадьми и в пешем порядке направились к поселку. Осторожничают, гады.
Я не стал дожидаться, когда они подойдут к частоколу, и приказал стрелять где-то на полусотне шагов. Щелкнули тетивы луков и арбалетов, все шесть орков упали мешками на землю. Минут через пять показалась основная толпа, в смысле, я ее увидел. Орки задержались у трупа разведчика, что остался с лошадьми, затем перестроились и рванули в нашу сторону, разделившись на два отряда. А вот и шаман, по нам скользнуло сканирующее плетение. Шаман — это самый опасный из этой толпы, я пристроил винтовку шестьдесят девятого калибра на частокол, пару раз глубоко вздохнул, задержал дыхание и потянул спусковой крючок. Шаман творил какую-то волшбу, когда его в грудь ударила пуля. Незавершенное плетение полыхнуло яркой вспышкой.
— Винтовки, огонь! — заорал я, тут же грянул нестройный залп, дюжина орков попадала из седел, остальные издали леденящий душу вопль и рванули к стенам поселка.
— Все огонь по готовности, — выкрикнул я новый приказ, на этот раз залп был куда более громким, картечь из дробовиков снесла еще несколько десятков орков. Зажглись магические фонари, осветившие поле боя. Это внесло небольшое смятение в ряды нападающих и дало несколько секунд жителям на перезарядку.
Пока обороняющиеся перезаряжались, орки успели подойти к частоколу и начали через него перебираться. Теперь часть жителей поселка отмахивалась от нападающих копьями и топорами, другая же часть перезаряжала ружья и стреляла в орков почти в упор. Маршалы кинулись к самым проблемным точкам, оттуда послышались дуплеты из коротких дробовиков, и револьверная стрельба. Я оказался у ворот, где сначала разрядил все свое оружие в орков, затем начал бить их «кровяным кулаком».
Вскоре сражение закончилось. Внутрь периметра смогла пробиться только тройка краснорожих, которых быстро пристрелили с крыш, остальные остались лежать по другую сторону частокола. С нашей же стороны было два десятка пострадавших с ранениями разной степени тяжести. Вызвав Кара с фургоном, я начал оказывать первую помощь. Тяжелых было всего двое, одному орочья стрела попала в живот, другой же оступился при выстреле, упал с галереи частокола и сломал обе голени. Завтра первым делом добьюсь от Тило приказа о регулярных тренировках по стрельбе для всех жителей. А то ружье купили, умение стрелять купить забыли. В результате стойка была черти какая, вот отдачей человека с галереи и скинуло.
Хану о нападении я сообщил, лейтенант принял это к сведению. У него пока все обошлось без боестолкновений.
Вот в клинике прибавился целый десяток пациентов, мест в палатах на всех не хватило, пришлось часть размещать в общем зале. Фигня, перетопчутся, половину завтра же выпишем.
Пациентки же все были в крайне возбужденном состоянии. Как же, почти лично участвовали в отражении нападения злобных орков! Видели ведь, как в полумиле от клиники что-то сверкало и грохотало? Видели. Теперь пересказывают друг другу виденное, дополняя новыми подробностями. Орков в этих рассказах уже не сто двенадцать, как на самом деле, а полторы тысячи. Так рождаются легенды, да. А еще четверо пациенток решили стать добровольными санитарками и начали вовсю жужжать вокруг раненых.
Из всей толпы, что собралась на холме, только Рют с Каром не выказывали ни малейшего сожаления, что не приняли участия в битве. Насмотрелись в свое время на орков через прицел арбалета. Остальным же пришлось давать успокоительный отвар, чтобы они, наконец, заснули, я даже подумывал орочьи сонные амулеты применить, но обошлось.
Среди кучи трупов мертвых орков обнаружили двух живых. Маршал Уларт доложил об этом рано по утру. Один упал с убитой лошади и получил сотрясение мозга от столкновения головы с грунтом, другому пуля ударила вскользь по черепу, обеспечив сотрясение не хуже, чем от камней под ногами. Сейчас они сидели в подвале «федерального здания».
Мы до вечера провозились с ранеными, даже не знаю, что бы я делал без Рюта и Кара. Всех раненых либо вылечили, либо привели в порядок настолько, чтобы можно было их отправить по домам. В клинике остался только тот, с переломанными ногами. Вокруг него жужжал практически весь женский контингент нашего заведения. Ну как же, герой обороны Хара. Вся же мужская часть, в виде Рюта, Кара, трех маршалов (двое на дежурстве в поселке), меня и зашедшего на огонек Тило, предавалась дегустации алкоголя в нашем новом доме. Как говорится, не пьянства окаянного ради, а исключительно расслабления нервов для. Не даром великий Суворов говорил: «после боя умри, но выпей!». Прав был Александр Васильевич, ох прав.
— Что с пленными делать собираешься? — Тило озвучил давно назревавший вопрос.
— Ничего не собираюсь. Проведем суд, рассмотрим дело всесторонне, да повесим. Что тут кота за хвост тянуть? — ответил я.
— Ну, если суд, тогда все в порядке, я спокоен, — нагло ухмыльнулся наш бургомистр.
— Правильно, нечего тут беспокоиться, тем более, что ты будешь в числе присяжных, — «обрадовал» его я. Ну да, если ты сидишь с такой довольной рожей, не удивляйся, если тебе скормят незрелый лимон.