"Фантастика 2024-92". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Головнин Вячеслав Владимирович
Словно говоривший одновременно радовался и грустил о смерти рода Кадавер. Или сожалел, что не успел сам?
Неужели это слова короля Мехелена?
– Но его маги перебили всех нападавших, а потом он благословил Адриана на месть. Я не думаю, что Вильгельм хотел этого. Так сложились обстоятельства, не более, – встал на защиту монарха маркиз.
– В этом году силы Адриана стали иссекать. Только мы и король знали, что его запасы кровавого эфира на исходе. Сколько личей было при нем перед смертью, Маркус?
– Двое.
– И среди них не было Жнеца, даже его он был вынужден отправить в спячку. И все равно для его убийства собрались сильнейшие алмазные и рубиновые. Десятки благородных и влиятельных чародеев! Ты думаешь, король не знал куда они направились? Не знал, что они прибыли на планету, где им находиться запрещено?
Герцогиня говорила спокойно, даже отрешенно, но от ее голоса мне стало не по себе. На секунду мне показалось, что ее костлявая рука схватила меня за горло и подняла вверх.
– Работа тайной службы оставляет желать лучшего, – только и смог сказать я.
– Вильгельм знал, что Камета убьют. Знал и хотел этого. Он просто закрыл глаза на самоуправство знати, чтобы потом взять их за глотку, – холодно сказал герцог Кадавер. – Убийцы потеряли сильнейших магов, выжившие вернулись домой и столкнулись с гневом короля. Старый выродок избавился от Адриана, ослабил противников и отобрал их земли в качестве виры за «преступление». История совершила круг.
– Вильгельм Третий сильнейших маг за всю историю. Один он превосходит всех Кадаверов на пике нашего могущество. Он великий полководец и мудрый государственный деятель. Мать, отец, вы думаете, что он стал бы утруждать себя мелкими интригами в несколько ходов? Сын Карла Молота предпочитает избавляться от противников в его стиле – врагов истребить площадными заклятиями, а выживших – в казематы королевского дворца. Если бы он хотел избавиться от Адри, то лично оторвал бы ему голову, – проникновенно сказал Октавий Кадавер.
– Сын мой, ты не видишь за деревьями леса. Король всегда заставляет врагов умирать за свои интересы.
– Зато я вижу ежа на елке, матушка, – рассмеялся Октавий. Похоже эту фразу он подхватил от дяди. Или наоборот. – Смерть Адриана – интрига аристократов. Вы же понимаете, что если бы король хотел избавиться от некромантов, он не дал бы увести нас на Иллирию, убил бы всех приближенных к нашему дорогому генералу.
«Сейчас они поймут, что сами загнали себя в ловушку, запугали тебя и согласятся со мной», – не скрывая насмешки, сказал мне он.
– Да, ты прав. Король не против нашего искусства, он просто хотел его ограничить. Разумное желание. Не думаю, что он будет против, если Маркус станет нашим учеником. Ему нечего опасаться, – нехотя сказала герцогиня.
– Правильно, матушка. Но я хотел заметить, что помня про искусство, вы снова забыли про наш род…
– Не сейчас, щенок, – с яростью прошипел герцог. – Заткнись!
Похоже, кто-то наступил на больную мозоль. Но маркиз эмоции отца проигнорировал.
– Маркус не хочет становиться некромантом. Он даже выдумал эту абсурдную сказку про безумие, – губы Октавия растянулись в жутком подобии усмешки. – Если нет желания, толкового ученика не получится. Нельзя дать знания через силу.
– Разумный страх. Он быстро пройдет…
Угу, вместе с остатками моей психики. Их смоет поток крови.
– Верно, матушка. А вместо него придут ненависть и ярость. Из них получится острейший клинок, которым нам отрубят головы. Артефакты рода Кадавер, высшая магия света, телесные заклинания против нежити – все это смертельно опасно для нас. В нашем роду была дюжина Измененных. Выжили только мы трое. Вы хотите вскормить нашего палача… снова?!
– Ты сам обвиняешь нас в теориях заговора, но веришь в свой горячечный бред! – воскликнула герцогиня и неожиданно резво вскочила со своего места. Двигалась она при это очень странно, как будто под ее платьем не осталось даже костей. – Это ложь! Твои глупые фантазии! Род Кадавер был един! Никто не мог предать семью!!!
Волна ярости и злости ударила по мне. В голове будто взорвалась граната. Я чуть не рухнул. В последний момент меня подхватил маркиз.
– Возможно, – легко согласился он, помогая мне вернуться в нормальное положение. – Но Маркус затаит обиду. Или захочет стать единственным некромантом. Юноша окончательно убьет нас и шанс на возрождение рода Кадавер.
– Род мертв. Мы все это знаем. Но искусство вечно, – глухо произнес Флавиус.
– Искусство вечно, – эхом ответила его жена.
– Искусство вечно, – произнес маркиз, не скрывая презрения.
– Если Маркус наберет достаточно сил, чтобы убить трех высших личей с алмазными перстнями на нашем поле… Не вижу в этом ничего плохого. Ученик превзойдет учителей, сохранит и передаст наше искусство, – холодно сказала герцогиня.
«М-да, тут логика и здравый смысл даже не ночевали», – заметил Янус, фонтанируя шоком.
«О, сегодня еще хороший день. Он мыслят здраво… относительно», – ехидно заметил Октавий. Но от него пришла волна боли, грусти и сожаления.
На мгновение мне самому стало жалко потерявших все отца и мать, разум которых угасает из-за запретной магии, а они вынуждены коротать вечность в подземелье, куда их заточил единственный верный человек.
Если бы они еще не хотели, чтобы я стал массовым убийцей и некромантом…
– Но есть и другой вариант. Род Кадавер мертв, но еще есть шансы на его возрождение, –веско сказал Октавий. – Мы не можем покинуть подземелье, в отличие от Маркуса. Миров много. Где-то может найтись осколок нашего семейства. Ребенок с нашей кровью. Пусть он найдет ее и приведет к нам. А потом поможет вернуть наши земли, артефакты, знания и богатство. Пусть он сменит Адриана на посту защитника нашей семьи.
– Без некромантии? – подозрительно спросил герцог.
– Думаю, она ему только навредит. Он прекрасный менталист, и у него есть союзники. Уверен, этого хватит, чтобы найти ребенка в одном из трех миров, а потом отобрать у заговорщиков наши богатства.
«Да, плевое дело. Никаких сложностей. Стань алмазным, найди одну девчонку, ограбь несколько родов, один из которых королевский. Что может пойти не так?!» – мысленно завопил я.
«Или так, или обучение некромантии, а с ней кровь и безумие. Выбирай, мальчик, я ни на чем не настаиваю», – холодно ответил маркиз.
– Это приемлемый вариант, если Маркус уложится в десять лет, – после пары минут раздумий, сказала герцогиня. – Что скажете, юноша? Нас устроит любой ученик.
– Думаю, дядя Адриан хотел, чтобы ваш род не угас, – медленно сказал я. – Но это будет очень сложно, особенно за такой короткий срок…
– Десять лет. Это не обсуждается. Но если вы захотите стать некромантом, вы сможете отказаться от поисков. Думаю, это будет справедливо.
«Прекрасно. Это все часть вашего плана? Вы запугали меня, а потом предложили «приемлемый» вариант?» – со злостью подумал я. Маркиз ответил мгновенно:
«Это часть моего плана. Родителей сейчас интересует только искусство, интересы рода их больше не волнуют. Некромантия и безумие или увлекательное приключение с возможностью стать фактическим главой благородного рода и управляющим его богатств. Что вы выберете, Маркус?»
Как будто у меня есть выбор.
Кровь и безумие? Или «увлекательная авантюра»?
Стань Каметом без его гения, поддержки могущественного рода и запретной магии. Элементарная задачка.
– Я помогу вам возродить род Кадавер.
К шрамам мне не привыкать, но когда тебя режут обсидиановым ножом – это неприятно. Особенно, неприятно, что из свежей раны не течет кровь, а поднимается вверх, складывается в символы забытого языка древних.
– Маркус Кайлас клянешься ли ты найти ребенка рода Кадавер, обучать, защищать и поддерживать ее? – высокопарно спросил маркиз. Его отец в это время резал мне руку, а мать колдовала.