Весь Роберт Маккаммон в одном томе. Компиляция (СИ) - МакКаммон Роберт Рик
— Это больше не его газета. — Рэйвен сложила руки на столе перед собой. — Это моя газета. Я владею ею с первого августа, когда приняла дела от отца.
— А, понимаю. Тогда, я полагаю, Уилер тратит все время на работу над этой своей книгой? Над той, что о семье Эшер?
— Да, он работает над ней каждый день.
«Боже правый», — подумал Рикс, но заставил себя не проявлять эмоций.
— Моя семья не слишком этому рада. Они бы хотели знать, откуда он берет материал для работы.
— Из своих источников, — загадочно ответила девушка.
— Когда собирается ее закончить?
— Возможно, в следующем году. Отец хочет убедиться, что все факты верны.
— Надеюсь, что это так. Ради вашей же пользы. Моя семья не собирается подавать в суд на «Демократ», но из-за этой книги на вас обрушится ураган.
Рэйвен изучала его лицо.
— Сколько осталось жить Уолену? И к кому перейдет после его смерти поместье?
Рикс покрутил кубик льда в своем стакане. Не следовало соглашаться на встречу с ней! Но затем внутреннее беспокойство прошло, и он смог контролировать себя.
— Почему вы так уверены, что мой отец умирает?
— Об этом свидетельствует присутствие специалиста по болезням клеток. К тому же доктор Фрэнсис не желает с нами говорить. Но самый главный аргумент — ваше возвращение в Эшерленд. Я думаю, клан собрался для объявления наследника.
— И вы хотите опубликовать статью до того, как большие газеты и телевидение узнают об этом?
— Выход такой статьи был бы серьезным успехом для «Демократа». Мы бы выпустили специальный номер и распространили его по всему штату. Это, вероятно, утроило бы наш тираж и хорошо сказалось на респектабельности.
— У вас, должно быть, большие планы относительно будущего вашей газеты.
— Вы попали в точку.
Рикс кивнул и слабо улыбнулся. Он немного выждал, а затем сказал:
— Ладно. Предположим ради интереса, что я знаю, кто унаследует имение и семейное дело. Я понимаю, как много это значит для вас. — Он посмотрел на нее в упор. — Но мне тоже кое-что нужно.
— Что?
— Взглянуть на рукопись вашего отца. И я хочу знать, где он берет материал для работы.
Рэйвен нахмурилась. Она не ожидала, что они будут вынуждены обмениваться информацией, как пара секретных агентов. Рикс Эшер ждал ответа.
— Это книга отца, а не моя. Я не могу…
— Если вы не захотите пойти мне навстречу, — перебил он, — я не буду помогать вам.
— Может, я тупа, — сказала Рэйвен, — но почему вы мне должны помогать? Последнюю сотню лет наши семьи были не в лучших отношениях. С чего вдруг вы захотели все изменить?
— Я любопытен. И хочу видеть, что написал ваш отец.
— Чтобы вы смогли рассказать об этом своему?
— Никто не знает, что я здесь, — ответил Рикс. — Я сказал, что пошел покататься, и взял одну из машин. Что бы ваш отец мне ни показал, это не вернется обратно в Эшерленд.
Рэйвен была в нерешительности. По ее мнению, все Эшеры скользкие, как змеи. Но сейчас она говорила с человеком, который слыл в семье Эшер белой вороной и предлагал ей важную информацию. Зачем? Чего он сможет добиться, увидев рукопись отца?
— Не знаю, — в конце концов сказала она. — Не думаю, что могу согласиться на что-нибудь подобное.
— Почему?
— Потому что мой отец. очень строго охраняет свою работу.
Даже я ее не видела. — Она опять посмотрела ему в глаза, пытаясь понять, не очередной ли это трюк Уолена. — Придется поговорить с ним об этом. Можем ли мы снова встретиться?
— Когда и где?
— Давайте прямо здесь? Завтра в три часа?
— Мне нужно быть осторожным. Если кто-нибудь из Эшерленда увидит меня с вами, это может дойти до Уолена.
— И что он сделает? — Она подняла брови. — Отречется от вас за сотрудничество с врагом?
— Что-нибудь в этом роде. — Он подумал о документах в библиотеке.
При малейшем подозрении Уолен отошлет их обратно в Лоджию, и надежды рухнут.
— Ладно. Завтра в три.
Он встал, испытывая облегчение от того, что первая встреча с Рэйвен Дунстан закончилась.
Рэйвен не была удовлетворена. Все прошло слишком просто.
— Мистер Эшер, — сказала она до того, как он успел уйти, — почему вам так важно увидеть книгу моего отца?
— Я же сказал, любопытство. Я сам писатель.
«Осторожнее», — сказал он себе.
— Вот как? И какого рода книги вы пишете?
— Романы ужасов, — ответил он правдиво, считая, что это не принесет вреда. — Хотя не под настоящим именем. Мой псевдоним Джонатан Стрэйндж.
Рэйвен никогда раньше не слышала такого имени и не была знакома с его книгами, но не подала виду.
— Интересный выбор профессии, — заметила она.
Снова прозвенел колокольчик, и Рэйвен взглянула на дверь.
Вошла Майра Тарп с сыном. Она принесла большую плетеную корзину и поставила ее на стойку возле кассы. Официантка заглянула на кухню и позвала мистера Бертона.
Рэйвен встала. Вышел менеджер кафе «Широкий лист», плотно сложенный фокстонец с вьющимися темными волосами и бычьей физиономией, чтобы взглянуть на пироги, принесенные миссис Тарп.
— Ну, — сказал Рикс, — я встречусь с вами…
Но Рэйвен уже прошла мимо него, и он увидел, как девушка приближается к бедно одетой женщине и мальчику. Рикс заметил, что Рэйвен хромает, и подумал: «Интересно, из-за чего?»
— Здравствуйте, миссис Тарп, — сказала Рэйвен. Майра посмотрела на нее и заморгала, в ее глазах появился холодок подозрения. Рэйвен как следует рассмотрела красивого паренька, стоявшего рядом с ней. На его щеке и лбу были куски лейкопластыря, и Рэйвен почувствовала острый запах жеваного табака. — Ты, должно быть, Ньюлан. Меня зовут Рэйвен Дунстан.
— Да, мэм. Я видел вас сегодня утром из окна.
— Я приезжала поговорить с тобой, но твоя мать мне не позволила. Я хотела задать несколько вопросов о…
— Слушайте, вы! — огрызнулась Майра. — Оставьте нас в покое, понятно?
Мистер Бертон нахмурился.
— Миссис Тарп, вы разговариваете с владелицей…
— Спасибо, я знаю, с кем разговариваю! — Майра гневно сверкнула глазами на Рэйвен и бросила взгляд на подошедшего Рикса. — Мой сын не хочет, чтобы его беспокоили. Вам ясно сказано? Мистер Бертон, я возьму за пироги как обычно.
Рэйвен смотрела на мальчика. Она еще никогда не видела таких зеленых глаз.
— Ты достаточно большой, чтобы самому отвечать за себя, — сказала она. — Я бы хотела узнать, что случилось с тобой и твоим братом позапрошлой ночью.
— Нью, иди в грузовик! — резко приказала Майра.
Она протянула руку Бертону, который достал из кассы несколько купюр.
— Нью! — Голос Рэйвен остановил мальчика. — Взгляни на стенд, вон там, на стене. — Она указала кивком.
Нью и Рикс посмотрели одновременно. Рядом с дверью кухни висел жёлтый стенд с фотографиями трех мальчиков и одной девочки в возрасте девяти или десяти лет. Сверху было написано по трафарету: ВИДЕЛИ ЛИ ВЫ ЭТИХ ДЕТЕЙ? ЗА ИНФОРМАЦИЮ — НАГРАДА. КОНФИДЕНЦИАЛЬНОСТЬ ГАРАНТИРУЕТСЯ.
Внизу было добавлено: ЗВОНИТЬ В «ФОКСТОНСКИЙ ДЕМОКРАТ». И номер телефона. Рикс не имел ни малейшего понятия, что это означает, но изучал каждую фотографию с растущим чувством беспокойства.
— Двое из этих детей, — сказала Рэйвен, — пропали более года назад. Девочка исчезла первого числа нынешнего месяца. Третий мальчик вышел на охоту с отцом две недели назад, и с тех пор они не возвращались. У шерифа Кемпа в офисе целая кипа дел, Нью. Каждое из них — на ребёнка в возрасте от шести до четырнадцати лет, который пропал вдруг средь бела дня. Точно так же, как твой брат. Я пытаюсь понять, как и почему это случилось.
Нью пристально смотрел на стенд. Его глаза сузились, но он ничего не говорил.
Майра взяла деньги и схватила сына за плечо, чтобы вывести из кафе, но он словно врос ногами в пол. Она бросила гневный взгляд на Рэйвен, а затем, казалось, впервые заметила стоявшего за ней Рикса.
— Вы, — желчно прошептала она. — Вы ведь Эшер?
«О боже», — подумал Рикс.