Весь Роберт Маккаммон в одном томе. Компиляция (СИ) - МакКаммон Роберт Рик
Рикс много раз видел лицо сёстры на обложках журналов. Когда он летел в Уэльс, ее лицо украшало журнал авиакомпании, засунутый в карман кресла перед ним. Она улыбалась ему через Атлантику. Рикс вспомнил, как увидел ее на обложке «Спорт иллюстрейтед» в купальнике под зебру, когда стоял в очереди у кассы супермаркета. Это было примерно за час до того, как он обнаружил Сандру мертвой в ванне.
Кэт прилетела из аэропорта на вертолете. Пока семья усаживалась за ланч, слуги вносили ее белые чемоданы и сумки. Рикс заметил, что для Паддинг опять не накрыли. В комнате был распылен дезодорант, но Рикс постоянно ощущал запах отца. Кэт если и чувствовала что-то, то не подавала виду.
Рикс очень любил ее, но в последние несколько лет они виделись редко. Когда Рикс приезжал в Эшерленд с коротким визитом, Кэт обычно бывала за границей на показе мод. Богатая женщина, сейчас она работала только для своих друзей-модельеров и просто для того, чтобы показаться публике.
Кэт регулярно звонила Риксу, читала все его книги и призывала его приехать в Эшерленд. Рикс знал, что она считает себя президентом его фан-клуба, если таковой вообще существует.
Ее кажущаяся молодость была поразительной. Рикс знал, что Кэт играет в теннис, плавает, бегает, ездит верхом, фехтует, ходит на лыжах, поднимает тяжести и прыгает с парашютом. Он надеялся, что все проблемы с наркотиками остались позади. Судя по ее чистому взгляду, так оно и было.
— Хватит обо мне, — сказала она. У нее был низкий и тихий голос с мягким южным акцентом. — Я хочу узнать о тебе, Рикс. Как твоя поездка в Нью-Йорк?
— Полна сюрпризов. — Он взглянул на Буна, который сидел с каменным лицом. — Но, я полагаю, весьма продуктивна.
— Они покупают твою новую книгу? Как она называется? «Бедлам»?
— Верно. Ну… они еще думают.
— Что? — Маргарет положила вилку. — Ты хочешь сказать, что еще неясно, купят они твою книгу или нет?
— Они ее купят, — сказал Рикс, защищаясь. — Издатели просто выжидают.
— Лучше бы ты написал про шпионов, — сказал ему Бун. — Эти ужасы слишком нереалистичны.
— Но зато их забавно читать, — быстро сказала Кэт. — Особенно в самолетах. С книгами Рикса время летит быстрее.
То есть я хочу сказать… что это не единственная причина, по которой я их читаю, Рикс. Твой лучший роман — это «Ковен». Мне понравилась идея о сборище ведьм в южном городке. Ты написал так убедительно, что веришь, будто все происходит на самом деле.
— Точно. — Бун грубо расхохотался. — И в лесу Страшила рыщет.
Кэт посмотрела на него и подняла брови.
— Может быть. Кто знает.
— Рикси думает, что должен что-то доказать, — сказал Бун, быстро посмотрев на мать. — Он, вероятно, вообще не может написать настоящую книгу, ты не находишь, мама?
Повторяющееся использование его детского прозвища, особенно перед Кэт, окончательно вывело Рикса из себя. Он почувствовал, что краснеет, и сердито посмотрел на Буна.
— Почему ты никак не повзрослеешь, недоумок? Если ты что-то говоришь, будь мужчиной и не заставляй маму поддерживать тебя!
Бун ухмыльнулся, его глаза оставались коварными и холодными. Это была та самая ухмылка, которой Рикс так боялся в детстве, но сейчас она вызвала у него лишь желание дать брату по морде.
— Я буду говорить все, что захочу и когда захочу, Рикси. А ты всего лишь чертов неудачник и позор нашей семьи.
Это тебе ясно?
— Не будем говорить о неудачниках, Бун. О них нам может рассказать Паддинг.
Бун окаменел. Он медленно разинул рот и заморгал, как после пощечины.
— Мальчики, — мягко сказала Маргарет, — давайте не будем ссориться за обеденным сто…
— Что ты сказал? — Бун задохнулся от гнева и привстал со стула.
Рикс тоже привстал, кровь его кипела. «Один удар, — думал он. — Всего лишь один хороший удар».
Но тут он увидел, как кровь отлила от лица брата, и Бун открыл рот от изумления. Он глядел через плечо Рикса. Он обернулся.
— Всм првет, — сказала Паддинг Эшер, глотая гласные.
Она стояла в дверях, одетая в белое вечернее платье до пола, усыпанное перламутром. Вокруг шеи она повязала ярко-красную ленту. С наглым видом шлюхи она облокотилась о косяк. Бедра выпирали из платья, груди едва не вываливались из декольте. Лицо покрывал толстый слой косметики, а в волосах сверкали золотые блестки. Было совершенно ясно, что под платьем у нее ничего нет, оно облегало ее так, что казалось, будто тело покрашено белой краской. На ногах Паддинг красовались ярко-красные ковбойские сапожки, украшенные искусственными бриллиантами.
Бун встал, едва не опрокинув стул. Рот Маргарет, сидящей во главе стола, превратился от изумления в огромную букву О.
— Что ты здесь делаешь? — рявкнул Бун.
— А что? Буни, дорогой, я тоже живу в этом доме. Мне надоело есть у себя в комнате, захотелось прийти и поговорить с Кэт. — Паддинг натянуто улыбнулась. — Привет, Кэт.
— Привет.
Она вплыла в комнату, качая бедрами, словно на сцене в Атлантик-Сити. Тогда был ее звездный час. Она повторяла свой выход перед публикой, на этот раз состоящей всего из нескольких человек.
— Гляди-ка, — сказала Паддинг. — Для меня нету места?
Когда заговорила Маргарет Эшер, в комнате повеяло глубоким холодом.
— Молодая леди, — сказала она, задыхаясь, — вы проспали ланч на двадцать минут. В этом доме он подается в двенадцать тридцать и ни секундой позже. Вы можете есть в своей комнате или оставаться голодной, но вы не будете сидеть за этим столом.
Паддинг наклонилась поближе к Маргарет. Пожилая женщина побледнела и поднесла к лицу кружевную салфетку.
Паддинг шепотом, максимально подчеркивая свой южный акцент, стала произносить грязные ругательства.
— Бун! — завизжала Маргарет, пытаясь отвернуться, чтобы не чувствовать запах Паддинг. — Сделай что-нибудь с этой женщиной!
Он кинулся, как на стометровке, и схватил ее сзади за руку.
— Ты пьяна. Возвращайся в свою комнату.
Она вырвалась.
— Нет. Я останусь здесь.
— Слышала, что я сказал? Иди в свою комнату, не то я тебя хорошенько выпорю!
— От нее пахнет! — простонала Маргарет. — Ради бога, убери ее отсюда!
— Ну!
Бун выкрутил запястье жены, пытаясь вытащить ее за дверь. Паддинг яростно сопротивлялась, свободная рука тянулась к его лицу. Он увернулся от ногтей, но женщина наклонилась к столу, опрокинув стакан чая со льдом. Бун, кипя от гнева, схватил ее за волосы и платье, в то время как Маргарет поднялась и стала звать на помощь.
— Оставь ее в покое! — закричал Рикс и обошел вокруг стола. — Бун, отойди от нее!
— О боже! — проговорила Кэт с отвращением и положила вилку рядом с тарелкой.
Бун и Паддинг отчаянно боролись. Он бросил жену на стол с такой силой, что воздух с шумом вышел из ее легких. Затем схватил за шею и стал тащить. Она уцепилась за скатерть, и тарелки, стаканы и прочая утварь с лязгом и звоном посыпались на пол. В дверях появилась горничная, но что делать, она не знала.
— Эдвин! — кричала Маргарет во всю силу легких.
Рикс схватил брата за плечо.
— Брось, Бун! Черт возьми! Брось…
Бун по-звериному фыркнул и ударил Рикса тыльной стороной кисти по лицу. Тот не успел увернуться и был отброшен на несколько шагов. Удар ошеломил его, в глазах появились слёзы.
— Мерзавец! — заверещала Паддинг. — Импотент и любитель уродцев!
Волна ярости захлестнула Рикса. Он нащупал что-то правой рукой и крепко сжал в кулаке, а затем вскинул руку. Даже поняв, что это обычный кухонный нож, он вознамерился с маху воткнуть сталь в спину Буна.
— Рикс! — услышал он сквозь шум голос Кэт. — Не надо!
Что-то в крике Кэт заставило Буна резко обернуться. Нож ткнулся в пиджак, но оказался слишком тупым, чтобы причинить сильный вред. Бун, не выпуская извивающуюся и чертыхающуюся Паддинг, заметил нож и выражение глаз брата. Он повернул Паддинг в сторону Рикса и, прикрываясь ею, попятился.
— Мама, он пытался меня убить! — закричал Бун дрожащим голосом. — Уберите его от меня!