Избранные детективы серии "Высшая лига детектива". Компиляция. Книги 1-14 (СИ) - Уайт Лорет Энн
— Увидимся завтра, — спокойно сказал он, не глядя на Донована. Сейчас ему не хотелось ни с кем разговаривать. Сейчас ему нужно было другое: прийти в свою хижину, снять форму, найти телевизор и пиво. Он выругался про себя.
Они заперли Стайгера в тюрьме, но Стайгер запер и его тоже. Теперь этот ублюдок разгуливает на свободе. В то время как Гейб все еще был заперт за своей чертовой решеткой.
В универсальном магазине Сильвер купила патроны для винтовок, новый охотничий нож и забрала почту, которую Эдит Джози, хозяйка магазина, получала для Старого Ворона. Через день-два она отвезет ее в его вигвам.
Старый Ворон был старейшиной племени Черной Стрелы и наставником Сильвер. Она понятия не имела, сколько ему лет. Он старше времени, старше реки, как сказала ей Эдит. Да и сама Эдит не была юным цыпленком.
Каков бы ни был его возраст, Сильвер казалось, что Старый Ворон будет жить вечно. Некая часть ее сознания чувствовала, что он всегда будет рядом с ней и она никогда не перестанет учиться у него. Это образование началось после смерти ее матери, когда самой Сильвер было девять лет. Она перестала ходить в маленькую школу Блэк-Эрроу-Фоллз, а ее отец был слишком убит горем, чтобы заставить ее посещать уроки.
В конце концов, отец устал скорбеть и сошелся с медсестрой-чечако, которая взялась обучать Сильвер на дому. А летом, под незакатным солнцем, Сильвер вместе с отцом отправлялась на разведку в лесные дебри.
Время от времени она и Финн, как все называли ее отца, натыкались на Старого Ворона, расставлявшего капканы, и проводили ночь в его вигваме, слушая его рассказы, и их костры стреляли оранжевыми искрами в бледное небо.
Старый Ворон умел рисовать в воздухе своими скрюченными руками. Ловким взмахом он мог изобразить погоду или повадки маленького лесного зверька. По единственному отпечатку лапы в грязи он мог поведать целые главы из жизни рыси, более того, даже рассказать, как найти эту рысь, — лишь по подсказкам этого единственного следа. Для юной Сильвер он был обаятельным следопытом, живущим среди дикой природы. Она, как заблудившийся медвежонок, начала ходить за ним повсюду, жадно впитывая каждое, даже случайно оброненное им слово.
И, в конце концов, Старый Ворон официально взял Сильвер под свое крыло. Он научил ее читать книгу природы так, как обычный ребенок читает обычную книгу. При этом он никогда ничего не сообщал ей напрямую. Он указывал ей путь загадкой, заставляя использовать врожденное любопытство, помогавшее ей разгадывать тайны собственными усилиями и умениями.
Сделанные ею открытия вызывали у нее восторг. Таким образом, Сильвер научилась говорить на другом языке, языке, который вписывается прямо в ткань природы. Со временем благодаря Старому Ворону она стала одним из лучших следопытов в стране. Все остальное, что ей нужно было знать о жизни, она узнала на уроках природы.
Но хороший следопыт никогда не перестает учиться. Сильвер по-прежнему с радостью приходила в лагерь Старого Ворона, туда, где тот по-прежнему жил в своем вигваме.
Она внутренне улыбнулась, поблагодарила Эдит и засунула пачку писем в кожаную сумку, висевшую у нее на плече. Возможно, Старый Ворон и предпочитал жить на старый лад, однако ему нравилось получать почту из Уайтхорса, которую доставлял самолет.
— Масси Чо, — сказала она на гвитчинском наречии племени Черной Стрелы. — Гвинзи Эдик’анаантии. Береги себя, Эдит.
Эдит улыбнулась. Ее глаза превратились в узкие щелочки в складках коричневой кожи за толстыми стеклами очков. На прощание она помахала Сильвер.
Спустившись с крыльца универмага, Сильвер свистнула своим собакам и поправила на спине ружье. Она уже собралась зашагать по главной дороге Блэк-Эрроу-Фоллз, когда увидела нового полицейского. Тот стоял на крыльце полицейского участка, и над его головой на фоне ясного лилового неба развевался канадский флаг с символичным красным кленовым листом.
Ее сердце неуклюже — словно назло ей самой — затрепетало в груди.
Зря она не прошла мимо: все было бы в порядке. Но почувствовав, что он смотрит, она сделала ошибку — подняла на него глаза. И мгновенно угодила в ловушку его цепкого взгляда.
Внезапно она даже перестала дышать. Внутри у нее нарастало смятение вкупе с непреодолимым желанием броситься наутек.
— Привет! — тем не менее сказала она и остановилась. — Что-нибудь слышно о нашем гризли?
Его мускулистые руки крепко держались за перила полицейского участка, его глаза тут же впились в нее. Поза была властной, почти агрессивной. Казалось, что-то изменилось в нем с тех пор, как она встретила его на взлетно-посадочной полосе.
Она прищурилась, глядя на него. Как назло, свет вечернего неба бил ей в глаза.
— Так как же гризли? — спросила она.
— Я слышал, он отведал вкус человеческой крови. Донован сказал мне, что вы охотитесь за ним.
— За ней. Это она, а не он. Медведица, — сказала она хрипло. Черт, и как только этот тип смог так повлиять на ее тело, да еще так быстро? Она почему-то утратила над ним контроль. А Сильвер любила — не говоря уже о том, что это было необходимо — все держать под контролем. — Кроме того, это не дело полиции.
— А, по-моему, это ее дело.
Она ощетинилась.
— Другие полицейские не возражали против того, чтобы этим занималась служба охраны природы. И это задание мне поручил их начальник. Так что это мое дело.
— Я не другие полицейские, Сильвер.
— Сержант… — она подошла ближе, что еще больше поставило ее в невыгодное положение, так как теперь, чтобы посмотреть на него, она была вынуждена задрать голову. — Медведица защищала тело своего мертвого детеныша. Ей самой угрожала опасность. Ее атака не была атакой хищника. Это была самооборона, поэтому я оставила ее в покое.
Сильвер говорила тихо, однако постаралась, чтобы ее слова прозвучали весомо. Кем бы ни был этот Карузо, она не позволит ему охотиться на ее медведицу. Это ее территория, и она ее никому не уступит.
— Но это ведь не станет проблемой?
— Я или медведица?
По его интонации и взгляду было трудно понять, что он имел в виду. Сильвер перевесила винтовку и расправила плечи.
— Нападение может повлиять на ее взаимодействие с людьми в будущем, так что да, она может стать проблемой. Но мы должны дать ей эту зиму. Время странным образом исцеляет раны, сержант.
Его руки напряглись. Он с прищуром посмотрел на нее.
Она повернулась, чтобы уйти, но когда попыталась сделать шаг, обнаружила, что ее ноги стали ватными. Не оборачиваясь, она чувствовала на себе его взгляд. Он буквально прожигал ей спину.
— Здесь где-нибудь можно купить пива? — крикнул он ей вдогонку.
Сильвер напряглась. Затем медленно повернулась к нему лицом. Уголки ее рта скривились в ироничной усмешке.
— Это город трезвости, господин полицейский. Мне кажется, это ваша работа — сделать все для того, чтобы он таким и остался.
— Я слышал, что охотничий домик «Старый лось» находится за чертой города и там есть телевизор. Сегодня вечером мне нужно посмотреть новости.
Она изучающе посмотрела на него. Этот человек был ходячим парадоксом.
— Это общественное место, сержант. — Она заколебалась. — Но я бы на вашем месте оставила форму дома, если вы собираетесь выпить в моем баре. Я бы не хотела, чтобы вождь Питерс и совет племени подумали, что вы официально пытаетесь помешать их усилиям по борьбе с пьянством.
Сержант Гейб Карузо посмотрел на нее с такой прямотой, что она опять ощутила мурашки в животе. Сильвер быстро повернулась и подозвала своих собак.
Она приложила все усилия к тому, чтобы шагать по улице плавной, спокойной походкой. Правда, при этом ею владело все что угодно, только не спокойствие.
Полицейский придет к ней в дом. Сегодня вечером.
Рядом с ним она чувствовала то, что, как ей казалось, она уже не способна чувствовать. Это пугало. Потому что, как и Сломанный Коготь, Сильвер была безутешной матерью, потерявшей ребенка. Но в отличие от медведицы-гризли она на самом деле убила человека. И если полицейский узнает это, у него будет законное право посадить ее за решетку. Навечно.