Дарья Калинина - Умри богатым!
– Я тебя понимаю.
– Да, потому что он ли убил Жгута или не он, но он был другом моего брата. И если это он отомстил за Славку, огромное ему за это спасибо! И не я одна так думаю. Многие в нашем городе от Жгута натерпелись. Такая гнида он был, что тебе и не передать! Честно тебе скажу: и свои же могли его завалить.
Мариша снова вспомнила, как Жгут поступал со своими бывшими фаворитками, их печальную судьбу, и кивнула:
– Я тебе верю.
– И тем более что к нам ты приехала не из-за того давнего убийства Жгута.
– Ну да. Я расследую совсем другое убийство.
– Вот видишь! А к Людке этот человек никакого отношения не имел. Не стал бы он преследовать ее спустя столько лет. Да и вины на ней ровно столько же, сколько и на брате моем. Они – взрослые люди, должны были понимать, что они делают и чем рискуют, обманывая такого человека, каким был Жгут.
Возможно, окажись у Мариши чуть больше времени, она бы сумела разговорить Оксану и выведать у нее имя армейского друга ее брата. Но Мариша как раз в этот момент взглянула на свои часы и сдавленно охнула:
– Опаздываю! Караул!
– Ты же вроде на самолете?
– На него, на родимый, и опаздываю! А мне еще надо в гостиницу заехать за вещами! Опаздываю! Караул!
Вот так и получилось, что хотя Мариша и успела на свой самолет, но настроение у нее было – гаже некуда. Ее поездка в Брянск оказалась сплошным провалом. Она не узнала там ровным счетом ничего о том, кто бы мог убить Людмилу Уткину. И это чрезвычайно ее огорчало.
В Пулкове ее встречала одна Инна. Подруга держала в руках роскошный букет огромных желтых хризантем, при одном взгляде на которые Мариша сразу же заподозрила неладное.
– Ну! Кайся, несчастная, что у вас тут случилось? – спросила она у Инны, приняв у подруги цветы.
– Случилось? – старательно пряча глаза, переспросила Инна. – А с чего ты взяла, что у нас что-то случилось?
– Не юли! В последний раз ты дарила мне цветы, когда потеряла сережку из моего бриллиантового гарнитура с сапфирами. И тогда цветы тоже были желтые. Только розы, кажется.
– Это просто совпадение. Я хотела сделать тебе приятное, поэтому и купила цветы.
– Когда ты хочешь сделать мне приятное, то ты покупаешь букеты с более жизнеутверждающей цветовой гаммой. Белые, розовые, алые… А желтые – это всегда к дурным новостям. Я тебя за долгие годы нашего знакомства уже вдоль и поперек изучила! Кстати, когда я тебе лет пять тому назад сказала о том, что мы со Смайлом разводимся, ты тоже притащилась утешать меня с желтым веником. С тюльпанами!
– И что? – вяло воспротивилась Инна. – Какая в этом связь?
– Самая прямая. Сначала розы. Потом тюльпаны. А сегодня – и вовсе хризантемы! Да еще раз, два, три… целых девять штук! Поэтому я и говорю: признавайся, что случилось.
– Ну… Да. Случилось.
– Что?
И тут у Инны сделалось такое лицо, что Мариша всерьез испугалась.
– Со Степкой что-нибудь?!
– Нет, нет. С ним все в порядке. Совершенно охладел к компьютерным игрушкам и читает сказки народов мира, которые ему дала Нелли Сергеевна.
– Тогда в чем дело? В Нелли? С ней что-то произошло?
– Нет. С ней тоже все более или менее в порядке. Ну, насколько все может быть в порядке в ее ситуации. Ты же понимаешь?
– Понимаю. Так с кем беда?
– С Любушкой.
– С кем? – не поняла Мариша – из головы у нее начисто выветрился короткий разговор с барменшей с автомойки, а тем более ее имя.
– С Любушкой, – повторила Инна и так посмотрела на Маришу, что в голове у той прояснилось.
– Ах, с Любушкой! – И, так как подруга все равно молчала, Мариша воскликнула: – Инна! А с Любушкой-то что случилось?! Не молчи ты! Рассказывай!
– Давай сначала сядем в машину, – рассудительно предложила Инна. – И там я тебе все подробно расскажу. А то на ходу мне не хочется. История-то нешуточная.
И лишь оказавшись в машине, Инна приступила к своему рассказу. Мариша слушала подругу внимательно, не перебивая. Потому что тут было, что послушать.
После того как находившуюся без сознания Любушку увезли в больницу, Инна с Нелли и старушка с Бертиком поднялись в квартиру Любушки. Она так и стояла с открытой нараспашку дверью. И, оказавшись внутри, старушка принялась осматривать прихожую, надеясь найти связку ключей, которыми она могла бы запереть квартиру до возвращения хозяйки из больницы. А Нелли с Инной прошли в кухню.
Ведь именно в кухне, как сказали спасатели, и была обнаружена лежащая без сознания Любушка. Чайник, тоже фигурировавший в рассказе спасателей, так до сих пор и валялся на полу. Никто не удосужился его поднять. И прежде чем Инна успела ее остановить, Нелли наклонилась и подняла чайник.
– Что ты делаешь?! – воскликнула Инна.
– А что? Просто подняла чайник. Зачем ему на полу валяться? Неаккуратно ведь.
– Пошла ты со своей аккуратностью!.. – разозлилась на нее еще пуще Инна. – Тут нельзя ничего трогать!
– Почему?
– Потому что, возможно, Любушка не сама упала!
– Что?
– То самое! Посмотри, тело лежало вот тут. Видишь – следы крови на полу? Чайник отлетел слишком далеко в сторону.
– Ну да. Лужа воды в стороне от того места, где упала Любушка.
Лужа была почти под самым окном. И Нелли с Инной с укором уставились на нее.
– Вот именно, – сказала Инна. – Смекаешь?
– Что?
– От этой лужи до плиты – не меньше полутора метров.
– И что?
– Как вода из упавшего чайника могла попасть на конфорку и залить газовую конфорку? Спасатели сказали, что вода из чайника залила огонь, вот газ и пошел в квартиру. Но вода сама по себе не могла переместиться на полтора метра!
– Ой! А действительно! – ахнула Нелли. – Как же это получилось?
– Вот в том-то и дело! Конечно, можно предположить, что газ погас, когда Любушка упала. Но мне в это как-то слабо верится…
– Тогда как же было дело?
– А дело было так, что Любушка была дома не одна! Вот, посмотри: на столе стоят две чайные чашки. Любушка явно собиралась угощать своего гостя чаем. Чашки выставила и пошла ставить чайник. И тут…
– Что?
– Этот человек напал на нее! Ударил ее по голове. А потом ушел, не забыв включить газ!
Нелли позеленела:
– Какой ужас! Ты хочешь сказать, что Любушку пытались убить?!
– Именно!
– И мы сейчас находимся на месте преступления?
– Да!
– И убийца… Возможно, он все еще где-то рядом?!
Об этом Инна как-то не подумала. Да и вообще, ей в это слабо верилось. Какой идиот будет сидеть в квартире, где с одной стороны лежит труп или полутруп, а с другой – вот-вот раздастся взрыв газа и начнется страшный пожар? Но все равно, из-за предположения Нелли у Инны по спине побежала холодная дрожь. Ситуацию спасла соседка, вошедшая в кухню, с торжеством сжимая в руках связку ключей.
– Ну вот! – довольно произнесла она. – Нашла ключики! А вы, девочки, что тут делаете?
– Да вот… Инна считает, что Люба не сама упала.
– Как не сама?
– Инна считает, что на нее напали. Ударили по голове, оглушили. А потом оставили ее умирать возле открытого газа.
Старушка вытаращила глаза, но сказать ничего не успела. Потому что в квартире раздались тяжелые шаги и незнакомый мужской голос произнес:
– Это кто тут говорит про убийство, а? Ну, погодите у меня! Официальные органы ведь тоже не дремлют! Сейчас разберемся…
Нелли, все еще считавшая, что преступник где-то рядом, взвизгнула и неожиданно рухнула в обморок. Инна с соседкой оказались покрепче и на ногах устояли. А Бертик и вовсе разразился радостным лаем и начал приветливо обнюхивать брюки вошедшего в квартиру мужчины.
– Это наш участковый! – обрадовалась соседка. – Здравствуйте, Иван Иванович!
Иван Иванович обстоятельно и важно кивнул ей в ответ. По всему чувствовалось, что мужчина этот спешить не привык. И брать на себя лишнюю работу – тоже. Вот и сейчас он первым делом присел за стол, небрежно отодвинув одну из чашек и совершенно нарушив тем самым картину на столе, а потом еще и налил себе в нее воды из кувшина.
Инна только глаза закатила при виде этого совершающегося на месте преступления безобразия! Боже мой! А она еще упрекала Нелли! Что требовать с постороннего человека, когда сам работник милиции так небрежно и даже наплевательски относится к уликам? Кстати, о Нелли! Инна попыталась привести упавшую в обморок женщину в чувство. И участковый присоединился к ней, выплеснув на Нелли остатки воды из подозрительной чашки.
Это подействовало моментально. Нелли села на полу и умирающим голосом пожаловалась, что ей дурно. Участковый не расслышал ее лепета и оживился.
– Душно, дамочка! – энергично обтирая потный лоб, подтвердил он. – Очень душно! Немудрено, что вам плохо стало. Уж я на что крепкий мужчина, никогда на здоровье не жаловался, а мне и самому нехорошо. Такая жара на улице! Прямо не сентябрь, а разгар сезона в Коктебеле! – И, еще попив водички, он наконец начал выяснять суть дела: – Ну, что тут у нас? Несчастный случай? Но мне доложили, что все закончилось благополучно.