Одиссея - "Гомер"

в возлюбленных Фивах

Был осуждён от Зевеса Эдип, безотрадный страдалец,

Но Эпикаста Аидовы двери сама отворила:

Петлю она роковую к бревну потолка прикрепивши,

Ею плачевную жизнь прервала; одинок он остался

280 Жертвой терзаний от скликанных матерью страшных Эриний.

После явилась Хлорида; её красотою пленяся,

Некогда с ней сочетался Нелей, дорогими дарами

Деву прельстивший; был царь Амфион Иасид, Орхомена

Града минийского славный властитель, отец ей; царица

285 Пилоса, бодрых она сыновей даровала Нелею:

Нестора, Хромия, жадного почестей Периклимена;

После Хлорида и дочь родила, многославную Перу,

Дивной красы; женихи отовсюду сошлись, но тому лишь

Дочь непреклонный Нелей назначал, кто быков круторогих

29 °C поля Филакии сгонит, отняв у царя Ификлеса

Силой всё стадо его. Беспорочный взялся прорицатель

Смелое дело свершить; но ему положили преграду

Злая судьба, и темничные узы, и пастыри стада.

Но когда миновалися месяцы, дни пробежали и годы,

295 Круг совершился и Оры весну привели, – Ификлесу

Тайны богов он открыл; Ификлесова сила святая

Узы его прервала, и исполнилась воля Зевеса.

Славная Леда, супруга Тиндара, потом мне явилась,

Ей родилися от брака с Тиндаром могучим два сына:

300 Коней смиритель Кастор и боец Полидевк многосильный.

Оба землёю они жизнедарною взяты живые,

Оба и в мраке подземном честимы Зевесом, вседневно

Братом сменяется брат; и вседневно, когда умирает

Тот, воскресает другой; и к бессмертным причислены оба.

305 Ифимедию, жену Алоея, потом я увидел;

С ней сочетался, – хвалилась она – Посейдон земледержец;

Были плодом их союза два сына (но краток был век их):

Огос божественный с славным везде на земле Эфиальтом.

Щедрая, станом всех выше людей их земля возрастила;

310 Всех красотой затмевали они, одному Ориону

В ней уступая; и оба, едва девяти лет достигнув,

В девять локтей толщиной, вышиною же в тридевять были.

Дерзкие стали бессмертным богам угрожать, что Олимп их

Шумной войной потрясут и губительным боем взволнуют;

315 Оссу на древний Олимп взгромоздить, Пелион многолесный

Взбросить на Оссу они покушались, чтоб приступом небо

Взять, и угрозу б они совершили, когда бы достигли

Мужеской силы; но сын громовержца, Латоной рождённый,

Прежде, чем младости пух отенил их ланиты и первый

320 Волос пробился на их подбородке, сразил их обоих.

Федру я видел, Прокриду; явилась потом Ариадна,

Дочь кознодея Миноса: из Крита бежать с ним в Афины

Деву прекрасную бодрый Тесей убедил; но не мог он

С ней насладиться любовью; убила её Артемида

325 Тихой стрелой, наущённая Вакхом, на острове Дие.

Видел я Мойру, Климену, злодейку жену Эрифилу,

Гнусно предавшую мужа, прельстясь золотым ожерельем…

Всех их, однако, я счесть не могу; мне не вспомнить, какие

Там мне явилися жёны и дочери древних героев;

330 Целой бы ночи не стало на то; уж пора мне предаться

Сну, удаляся ль на быстрый корабль ваш к товарищам бодрым,

Здесь ли оставшись; а вы мой отъезд учредите с богами».

Так говорил Одиссей, все другие сидели безмолвно

В светлой палате, и было у всех очаровано сердце.

335 Тут белорукая слово к гостям обратила Арета:

«Что, феакияне, скажете? Станом, и видом, и силой

Разума всех изумляет нас гость чужеземный. Хотя он

Собственно мой гость, но будет ему угощенье от всех нас;

В путь же его отсылать не спешите; нескупо дарами

340 Должно его, претерпевшего столько утрат, наделить нам:

Много у всех вас, по воле бессмертных, скопилось богатства».

Тут поднялся Эхеной, благородного племени старец,

Ранее всех современных ему феакиян рождённый.

«С нашим желаньем, друзья, – он сказал, —

и намереньем нашим

345 Слово разумной царицы согласно; ему покориться

Должно, а царь Алкиной пусть на деле то слово исполнит».

Кончил. Ответствовал так Алкиной благородному старцу:

«Будет, что сказано, мною на деле исполнено так же

Верно, как то, что я жив и что царь я в земле феакиян

350 Веслолюбивых. Но странник, хотя и безмерно спешит он

В путь, подождёт до утра, чтоб имели мы время подарки

Наши собрать; отправленье в отчизну его есть забота

Общая всем вам, моя ж наипаче: я здесь повелитель».

Кончил. Ему отвечая, сказал Одиссей хитроумный:

355 «Царь Алкиной, благороднейший муж из мужей феакийских,

Если б и целый здесь год продержать вы меня захотели,

Мои учреждая отъезд и дары для меня собирая,

Я согласился б остаться, понеже мне выгодно будет

С полными в милую землю отцов возвратиться руками.

360 Больше почтён и с живейшею радостью принят я буду

Всеми, кто встретит меня при моём возвращенье в Итаку».

Он умолкнул; ему Алкиной отвечал дружелюбно:

«Царь Одиссей, мы, внимая тебе, не имеем обидной

Мысли, чтоб был ты хвастливый обманщик, подобный

365 Многим бродягам, которые землю обходят, повсюду

Ложь рассевая в нелепых рассказах о виденном ими.

Ты не таков; ты возвышен умом и пленителен речью.

Повесть прекрасна твоя; как разумный певец, рассказал ты

Нам об ахейских вождях и о собственных бедствиях; кончить

370 Должен, однако, ты повесть. Скажи ж, ничего не скрывая,

Видел ли там ты кого из могучих товарищей бранных,

Бывших с тобой в Илионе и чёрную встретивших участь?

Ночь несказанно долга; и останется времени много

Всем нам для сна безмятежного. Кончи ж начатую повесть;

375 Слушать тебя я готов до явления светлой Денницы,

Если рассказывать нам о напастях своих согласишься».

Так говорил он; ответствовал так Одиссей хитроумный:

«Царь Алкиной, благороднейший муж из мужей феакийских,

Время на всё есть; свой час для беседы, свой час для покоя;

380 Если, однако, желаешь теперь же дослушать рассказ мой,

Я повинуюсь и всё расскажу, что печального после

Я претерпел, как утратил последних сопутников; также

Кто из аргивян, избегши погибели в битвах троянских,

Пал от убийцы, изменой жены, при возврате в отчизну.

385 После того как рассеяться призракам жён Персефона,

Ада царица, велела и все, разлетевшись, пропали —

Тень Агамемнона, сына Атреева, тихо и грустно

Вышла; и следом за нею все тени товарищей, падших

В доме Эгиста с Атридом, с ним вместе постигнутых роком.

390 Крови напившись, меня во мгновенье узнал Агамемнон,

Тяжко, глубоко вздохнул он; заплакали очи; простёрши

Руки, он ими ко мне прикоснуться хотел, но напрасно:

Руки не слушались: не было в них уж ни сил, ни движенья,

Некогда члены могучего тела его оживлявших.

395 Слёзы я пролил, увидя его; состраданье проникло

Душу мне; мёртвому другу я бросил крылатое слово:

«Сын Атреев, владыка людей, государь Агамемнон,

Паркой какою ты в руки навек усыпляющей смерти

Предан? В волнах ли тебя погубил Посейдон с кораблями,

400 Бурею бездну великую всю всколебавши? На суше ль

Был умерщвлён ты рукою врага, им захваченный в поле,

Где нападал на его криворогих быков и баранов,

Или во граде, где жён похищал и сокровища грабил?»

Так вопросил я его, и, ответствуя, так мне сказал он:

405 «О Лаэртид, многохитростный муж, Одиссей благородный!

Нет, не в волнах с кораблями я был погублен Посейдоном,

Бурные волны воздвигшим на бездне морской; не на суше

Был умерщвлён я рукою противника явного в битве;

Тайно Эгист приготовил мне смерть и плачевную участь;

41 °C гнусной женою моей заодно, у себя на весёлом

Пире убил он меня, как быка убивают при яслях;

Так я погиб, и товарищи верные вместе со мною

Были зарезаны все, как клычистые вепри, которых