Валерий Замулин - Засекреченная Курская битва. Неизвестные документы свидетельствуют
«Неоднократные атаки наших танков и пехоты в этом направлении не увенчались успехом. Противник, имея господствующее положение в расположении огневых позиций для артиллерии, миномётов и наблюдательных пунктов и создав минные поля, не давал возможности атаковать Сторожевое. Особенно сильное огневое сопротивление наши наступающие части встретили из рощи, что восточнее Ивановский Выселок»[575].
С тем же результатом была предпринята ещё одна атака с севера и северо-востока на позиции «Дас Райх» в хуторе.
«Танки бригады 2-го корпуса, — доносил штаб 69-й А, — не прикрытые пехотой и не имевшие артиллерийского обеспечения, продвижение прекратили»[576].
Нельзя сказать, что контратаки 18-го и 2-го тк совсем не поддерживались огнём тяжёлой артиллерии. Обстрел позиций врага вёлся и бригадой большой мощности и двумя полками 27-й отпабр, но они били в основном по точно установленным местам скопления противника в его тылу. Кроме того, артиллеристы считали каждый снаряд. В силу этого необходимой помощи наступающим оказать не смогли. Остальные два соединения 5-й гв. ТА — 2-й гв. Ттк и 29-й тк, судя по их документам, в наступление не переходили, а лишь вели огонь с места, отражая немногочисленные попытки неприятеля провести силовую разведку и нащупать стыки частей. В этот день под Прохоровку в расположение 29-го тк прибыл Маршал Советского Союза; Г. К. Жуков. П. А. Ротмистров вспоминал:
«До КП генерала И. Ф. Кириченко доехали благополучно. В пути я доложил Г. К. Жукову, что основную тяжесть удара противника в сражении 12 июля выдержал 29-й танковый корпус и частично соединения 18-го танкового корпуса. Поэтому после доклада комкора маршал поблагодарил Ивана Фёдоровича и в его лице весь личный состав корпуса за проявленное мужество…
Затем он в течение часа с НП комкора наблюдал за боем. К тому времени стороны, исчерпав свои наступательные возможности, вели лишь огневой бой. Изредка рвались снаряды, посвистывали пули, вдали в расположении противника наблюдалось передвижение танков, бронетранспортеров и автомашин»[577].
У командующего 5-й гв. ТА вызывала обоснованное опасение непонятная пассивность немцев у Сторожевого и Беленихино. Интуиция подсказывала: враг накапливает силы и готовит рывок. В ходе уже неоднократно цитировавшегося разговора с Н. Ф. Ватутиным он поделился следующими наблюдениями:
«Противник в районе Сторожевое и Ивановские Выселки умеет до 60 танков и отбивает все атаки Попова. Одновременно противник сегодня 6.00 пытался из Сторожевое атаковать Правороть, но успеха не имел. Его атаки были отбиты 169-й танковой бригадой и частью сил 29-го танкового корпуса. Общее впечатление такое, что противник сегодня своей авиацией пытался приостановить наступление наших частей на этом участке и одновременно готовит крупное наступление на завтра. Повторяю: это моё личное мнение, которое у меня сложилось в результате поведения противника на поле боя»[578].
Оценка ситуации командармом оказалась точной. Дивизия «Дас Райх» уже была готова к наступлению и ожидала результатов в полосе мд СС «Мёртвая голова». Однако начавшееся утром наступление 33-го гв. ск спутало все карты. Давление в излучине оказалось сильным, поэтому атака откладывалась на неопредёленное время. Но затем ситуация резко изменилась, из корпуса поступил приказ: немедленно готовиться к захвату Правороти.
Знакомясь с работами ряда западных исследователей, создается впечатление, что солдаты и офицеры в корпусе СС были железными. Они не испытывали серьёзных трудностей, все тяготы передовой они переносили играючи, а организация боевой работы в соединениях была налажена столь четко, что функционировала при любых условиях как часы и не давала сбоев даже после тяжелейшего боя 12 июля. Но это далеко не так. Ситуация в корпусе Хауссера 13 июля была ненамного лучше, чем в соединениях Воронежского фронта, охарактеризовать её можно как напряженную и очень сложную. После восьми суток непрерывных боев гренадеры были измотаны, техника требовала профилактики и текущего ремонта, в отдельных дивизиях ремонтный фонд вырос на порядок. Проводная связь как внутри корпуса, так и с командованием 4-й ТА часто выходила из строя, приходилось использовать радио и офицеров связи. Так, в ночь на 13 июля поступил запрос из штаба 4-й ТА представить информацию о численности танков, которые могут быть введены в строй в течение суток. Корпус не смог дать детальную информацию, потому что ею не владел и связи с танковыми полками не имел. Проблемы со связью продолжались весь день 13 июля, до вечера проводная связь давала частые сбои, управление войсками велось по радио, а документы доставлялись офицерами связи, что не позволяло штабу соединения с должной оперативностью реагировать на обстановку и заметно затрудняя его работу. Особенно это начало ощущаться в период подготовки совместной атаки «Дас Райх» и 167-й пд на Правороть.
Из журнала боевых действий 2-го тк СС:
«12.35. (Связи нет.) Радиограмма в дивизию „Дас Райх“: Когда намечается начало наступления?
14.15. Телекс от дивизии „Дас Райх“:
Вероятное начало наступления намечается на 15.30. Направлена просьба о совместном наступлении с 167-й пд с левого фланга до железнодорожной насыпи, проходящей в 2 км южнее села Беленихино, а также о проведении авиационной разведки на всём участке фронта.
На 15.00 запрашивается поддержка 8-го ак. Действия пикирующих бомбардировщиков невозможны из-за плохой погоды, но обещаются налеты истребителей-бомбардировщиков.
13.25. Донесение из 167-й пд. Передана просьба о совместном наступлении с дивизией „Дас Райх“ до железнодорожной насыпи. Командование 167-й пд дает согласие и хочет договориться с командованием дивизии „Дас Райх“ обо всех деталях ведения совместных действий.
15.00. Сообщение из 167-й пд. Связь с дивизией „Дас Райх“ отсутствует. По этой причине в „Дас Райх“ отправлена радиограмма: Необходимо восстановить связь с правым соседом, как только станет возможным, необходимо оказание поддержки тяжёлой артиллерии и штурмовых орудий. Запрошен ответ.
16.00. Рапорт „Дас Райх“. Необходимо прекратить попытки продвижения в северном и северо-восточном направлениях.
16.50 „Дас Райх“ доносит: из-за труднопроходимой местности следует провести сначала предварительную атаку или разведку боем, чтобы захватить благоприятные исходные позиции на местности, простирающейся до насыпи железнодорожной линии.
17.00. Сообщение из 8-го ак. Ударные самолёты 1-й эскадры вылетают на разведку и штурмовку в район, расположенный южнее станции Прохоровка, чтобы воспрепятствовать отступлению противника»[579].
С. Штадлер, автор сборника документов 2-го тк СС о его участии в Курской дуге, которые цитируются выше, был непосредственным участником тех событий — воевал в дивизии «Дас Райх» и хорошо знал обстановку. Несмотря на это, все изложено и выстроено очень витиевато, сразу в ситуации не разберешься. Читаешь документ: «Задача не выполнена», но причины, повлиявшие на ее срыв, не ясны. Вот и здесь непонятно, о каких препятствиях идет речь. Разве были случаи, когда бы дивизию СС останавливала лишь плохая местность? Создается впечатление, что автор, оперируя большим массивом документов, в сборнике умело сглаживает ситуацию, чтобы не демонстрировать читателю неудачные эпизоды боевых действий его соединения, даже в малом.
Если перевести на обычный язык, то запланированное наступление дивизии Крюгера было сорвано рядом обстоятельств. Ее части с ходу не могли преодолеть прочный рубеж обороны частей 48-го ск и 2-го гв. Ттк от х. Сторожевой до ж. д. будки севернее Беленихино и далее вдоль железнодорожного полотна на юг. Во-первых, все подходы к переднему краю были густо заминированы, а противотанковые средства — артиллерию 6-й гв. мсбр 5-го гв. Стк, 183-й сд, 1500-й иптап и танки 4-й гв. тбр и 25-й гв. тбр — вкопали в землю. Во-вторых, время перехода в наступление было выбрано неудачно. Низкая облач-.ность не позволяла использовать бомбардировочную авиацию на полную мощь. Почти на всем участке фронта «Дас Райх» шли непрерывные бои, ее части по-прежнему были скованы в х. Сторожевое, вместе с тем ранним утром 183-я сд перешла в наступление на Ясную Поляну и Калинин. По местам, где начала сосредоточиваться боевая группа дивизии, открыла огонь наша тяжёлая артиллерия. Из-за острой нехватки боеприпасов артиллеристы старались бить только по точно установленным целям. Так, около 14.00 бригада БМ 203-мм гаубицами обстреляла юго-западную окраину Сторожевого, через некоторое время по Ивановскому Выселку ударил 1/142-го пап 27-й от-пабр, а после 15.00 начал работать 93-й пап 27-й отпабр. Их эффективность, вероятно, была достаточно высокой, так как штаб «Дас Райх» в дневной сводке донес:
«По всему участку фронта и по тылам ведётся огонь артиллерии большого калибра»[580].
