Николай Зенькович - Тайны ушедшего века. Границы. Споры. Обиды
– Когда же вы скажете главное? – спросил, улыбаясь, Сталин.
– Главное, по-моему, – сказал я в заключение, – состоит в следующем. Заканчивается победоносно для Советского Союза Великая Отечественная война. В ней народы всего Советского Союза понесли огромные потери, огромные жертвы. Враг агонизирует, и могущество СССР возрастает не только в территориальном, но и в политическом отношении. Тяжелейшие жертвы на фронтах, в партизанской и подпольной борьбе понес и белорусский народ. И вот к окончанию войны Белоруссия территориально и по населению сокращается за счет отхода ряда районов и г. Полоцка к РСФСР. Мне кажется, что это не будет народом понято и многих обидит. Тем более, что это будет ассоциироваться с тем, что на западе Белостокская область и часть Беловежской пущи, как известно, могут отойти к Польше. Кроме того, ведь накануне войны некоторые районы, находившиеся в составе БССР со дня основания республики, по бесспорным соображениям переданы Советской Литве. Поэтому, мне кажется, не следует образовывающуюся Полоцкую область передавать в состав Российской Федерации, хотя сама Полоцкая область от этого ничего не потеряла бы.
Сталин нахмурился, наступила тягостная пауза, все молчали и ожидали его решения. Наконец, он поднялся, медленно прошел туда и обратно вдоль стола, потом остановился и сказал:
– Хорошо, покончим с этим вопросом. Полоцкую область надо образовать, но в составе Белоруссии. Народ хороший и обижать его, действительно, не следует.
После этого заговорили все. И могло показаться, что по данному вопросу все думали точно так же. Один Маленков, главный инициатор проекта, был расстроен и мрачен, хотя все высказанные мною соображения я еще подробнее изложил ему перед заседанием. Плохо скрывал досаду и Н. С. Хрущев.
Весь этот вечер прошел за обсуждением белорусских вопросов. Причем основное внимание было уделено проблемам осушения и сельскохозяйственного освоения Полесья».
Через два месяца после восстановления советской власти на территории, освобожденной от немецких оккупантов, в сентябре 1944 года между СССР и коммунистическим руководством Польши была достигнута договоренность, в соответствии с которой 17 районов Белостокской и 3 района Брестской области передавались в состав Польши. Таким образом, Белостокская область была исключена из состава БССР без всякого согласования с Минском. Правительству БССР разрешалось лишь провести переговоры с польским правительством об обмене населения приграничных районов.
Белостокская область в декабре 1939 года была передана в состав БССР. Напомним, что, каки в других западнобелорусских землях, там начались преобразования посоветскому образцу. В годы германской оккупации развернулось мощное партизанское движение, действовали подпольные обкомы КП(б)Б иЛКСМБ. Территория области была освобождена в результате Белостокской операции войск 2-го Белорусского фронта в июле 1944 года. Советизация здесь продолжалась до сентября. Ее прервала передача области в состав Польши. Шесть районов – Берестовицкий, Волковысский, Гродненский, Сапоцкинский, Свислочский иСкидельский – передаче неподлежали и были включены в состав Гродненской области БССР.
А Белосток в Польше вновь стал центром одноименного воеводства – площадью 10,1 тысячи квадратных километров и с населением около 700 тысяч человек. Пятилетнее пребывание в составе БССР там не забыто, как и корневое родство белорусского населения. В Белостоке до сих пор действует Белорусское общественно-культурноетоварищество, которое издает белорусскую газету «Нива» и ежегодник «Белорусский календарь», имеет свои клубы и библиотеки, ведет радиопередачи на белорусском языке. Товарищество настояло на создании кафедры белорусской филологии в Варшавском университете.
Иногда в среде белорусской интеллигенции раздаются вздохи сожаления: вот, отдал Сталин Польше исконно белорусские земли, а напрасно. Но кто с полной определенностью может сказать сегодня, что Белосток – этобелорусская земля? Считают, что город основан Гедимином в 1320 году. После третьего раздела Польши в 1795 году отошел к Пруссии, король которой ФридрихВильгельм III купил город за 270 970 талеров. По условиям Тильзитского мира 1807 года Белосток отошел к России. Император Александр I откупил город у прусского короля. Точная сумманеизвестна, но в архивах сохранилось свидетельство, что дополнительно к ранее выплаченным деньгам выделено 20 223 рубля серебром за растения и деревья в оранжереях, а также за дворцовую мебель. С 1921 года, по условиям Рижского мирного договора, снова в составе Польши – до 1939 года.
Впрочем нередко интеллигентские всхлипы о территориальных потерях из узкого круга переходят в большой мир политики. В начале этой главы уже упоминалось о требовании лидера БНФ вернуть Смоленскую, Псковскую, Брянскую области, а также Вильнюс, Белосток и другие территории, принадлежащие, по егомнению, Белоруссии. Еще премьер-министр Вячеслав Кебич в своем выступлении в январе 1994 года на сессии Верховного Совета республики назвал это требование «циничным» и «наглым».
А как относится коренное население Белоруссии к территориальной проблеме? Разделяет ли оно точку зрения лидеров оппозиции в парламенте, ныне эмигрировавших на Запад?
В ходе опроса, проведенного автором этой книги во второй половине марта 1994года среди примерно 1,6 тысячи горожан, на вопрос: «Знаете ли вы о неудовлетворенности лидеров некоторых политических течений нынешними территориальными границами Белоруссии и, если знаете, то как вы к этому относитесь» – опрошенными были выбраны (в процентах) следующие варианты ответов:
Ничего не знаю об этом 10
Знаю и безоговорочно поддерживаю 2
Поддерживаю, если это не приведет к вооруженным столкновениям 4
Считаю, что это нецелесообразно 79
Мне это безразлично 5
Итак, 79 процентов опрошенных считают нецелесообразным ставить вопросы о территориальных претензиях к другим государствам. Почему? Потому что в Литве печатают карты, где едва ли не до Молодечно – литовская территория, на Украине начинают поговаривать, что белорусское Полесье никакое не белорусское, а самое что ни на есть украинское, и если бы не Сталин, оно давно входило бы в состав неньки-Украины, в Польше кое-кто спит и во сне видит западные области Белоруссии в составе своего государства. А еслиБелоруссия пристанет к России с требованием возвратить Смоленск и другие области, то это к добру не приведет. Негоже славянам ссориться промеж собой, ведь мы народы, издревле родные.
Кстати, о Литве. В конце 1999 года там был выпущен «Календарь литовца на 2000 год». В нем напечатана карта, на которой часть территории Польши, Белоруссии и России (Калининградская область) обозначена, как… «временно оккупированные этнические литовские земли». Российское посольство в Литве расценило календарь как провокацию, белорусское выразило недоумение, а министр иностранных дел Польши Бронислав Геремек заявил, что его страна потребует запретить распространение календаря. МИД Литвы тоже открестился от него, заявив, что выпуск в частном издательстве не согласовывался с государственными институтами и не финансировался за казенный счет. Но если такой календарь выпущен, значит, он отражает чьи-то настроения.
К сожалению, поводов для ссор дает немало и российская сторона. В первой половине 90-х годов по простоте душевной Борис Ельцин пообещал белорусскому руководству возвратить памятники культуры, хранившиеся в российских архивах и музеях. По этому поводу главы государств Содружества подписали даже соглашение, по которому культурные ценности должны быть возвращены на родину их создателей.
Поспешное, непродуманное, совершенно абсурдное решение! И самое главное – невыполнимое. Но этовыяснилось потом, а сначала оно вызвало небывалую эйфорию у белорусской интеллигенции, особенно у творческой. С этим соглашением связывали надежды на возврат книг великого белорусского просветителя Ф. Скорины, напечатанных им в первой четверти ХVI века в Праге и в Вильно. Стремление белорусских собирателей старины понятно – они хотят иметь в Минскеполную коллекцию скорининских изданий и других бесценных сокровищ, оказавшихся в хранилищах Москвы и Петербурга. Окрыленные подписанием договора и публичными обещаниями российского президента, белорусы незамедлительно засели за составление списков культурных ценностей, подлежащих возвращению на родину. Солидные реестры, подписанные официальными лицами, поступили в Государственную библиотеку России – бывшую «Ленинку» и Государственный исторический музей в Москве.
Но на этом все и закончилось. Начались проволочки, оттяжки. Минск возмущенно заклокотал: Москва не намерена возвращать обещанное! Снова обман и коварство, снова Россия не держит слова.
