Идеальный приём (ЛП) - Стиллинг Рут

– Я что, вижу улыбку?

– Неа, – отвечаю я, моя улыбка становится всё шире. – Слишком угрюма для этого.

Он выдыхает и протягивает бармену двадцатидолларовую купюру.

– Эти два напитка оплачены?

– Не-а, за счет Тайлера, – отвечает бармен.

Я лезу в сумочку, чтобы расплатиться.

– Я оплачу, – отвечает Джек бармену, прежде чем посмотреть на меня. – Если ты не против?

На этот раз, когда я смотрю на него, я чувствую, как мои щеки заливает жар.

– Ты не обязан.

– Я знаю. Но что, если я хочу? – его голос звучит слегка кокетливо, или, может быть, это просто разыгралось моё воображение после того, что сказала Дженна.

– Кенд, бармен знает, что твои напитки нужно записывать на мой счет, мы платим по очереди, и сегодня плачу я.

Улыбка на губах Джека превращается в хмурый взгляд, когда Тайлер бочком подходит ко мне и садится на стул Дженны.

– Ты угощаешь мою девушку напитками, Морган? – Тайлер пронзает его свирепым взглядом, но я уже готова взорваться.

– Твоя девушка? – я смотрю на Тайлера и показываю на свою грудь. – Во-первых, я не какая-то собственность, на которую ты можешь претендовать, а во-вторых, ну и что с того, если он это сделал?

Тайлер отшатывается, как будто он не ожидал, что я выйду из себя, но, честно говоря, с меня хватит.

– Давай будем честны, – продолжаю я. – Не похоже, что тебя это беспокоило, когда я решила сесть здесь, или даже когда ты бросил меня прошлым вечером.

Краем глаза я замечаю, как Джек переминается с ноги на ногу.

– Я буду вон там, если понадоблюсь, – говорит он, указывая на кабинку.

– Зачем ты ей понадобишься? – усмехается Тайлер. – Я справлюсь с ней.

– Какого хрена?! – вскрикиваю я. – Прости, что ты со мной?

Лицо Тайлера бледнеет, когда он смотрит на меня.

Я хватаю свою сумку и соскальзываю со стула, разворачиваясь лицом к своему парню, как я знаю, в последний раз. Моя ярость достигла небывалой высоты, и меня захлестывает унижение.

– Справишься со мной? Кем, чрт возьми, ты себя возомнил? Ты... – я прикусываю губу, пытаясь сдержать эмоции. – Ты ведешь себя как полный мудак!

– Детка, ты в порядке? – спрашивает Дженна, подходя к нам, и поворачивает голову, когда Джек возвращается в кабинку.

– Я хочу уйти, – говорю я, не сводя глаз с Тайлера.

– Детка, не будь такой.

Он тянется к моей руке, но я быстро отдергиваю её.

– Не надо, – выдавливаю я.

– Дай-ка я возьму свою куртку, – говорит Дженна, хватая её со спинки стула Тайлера.

Тайлер вскидывает руки.

– И что? Это всё? Ты просто собираешься бросить меня?

Я давлюсь смехом и указываю на кабинку. Я знаю, что люди смотрят на нас, но сейчас мне всё равно.

– Почему ты так расстроен, Тайлер? В любом случае, ты состоишь в отношениях практически со всеми, кроме меня.

Он чешет затылок, на его лице виднеется чувство вины. Я показываю на его товарищей по команде, но мы оба знаем, что есть большая вероятность, что он не был верен мне. У меня никогда не было веских доказательств, но я видела те сомнительные фотографии и слышала слухи, которые он категорически опроверг, когда я спросила его о них.

Так почему же я никогда ему не верила?

Проведя грубой ладонью по губам, Тайлер со шлепком опускает её на бедро.

– Давай я зайду к тебе позже, и мы сможем поговорить об этом. Знаешь, вместо того, чтобы устраивать гребаную сцену на публике. Ты можешь остаться незамеченной, но я знаменит, и люди меня фотографируют.

Я качаю головой с саркастическим смешком.

– Да, ты прав. Я незаметна, не так ли, Тайлер? На самом деле, я уже почти ничего не значу. Так что позволь мне упростить тебе задачу, – я делаю шаг к нему, чувствуя скорее облегчение, чем огорчение от того, что собираюсь сказать. – Не утруждай себя, чтобы прийти сегодня вечером. На самом деле, вообще не утруждай себя. С нами покончено.

ГЛАВА 5

ДЖЕК

Вскоре после моего переезда в США, на мой восемнадцатый день рождения, моя мама Фелисити купила мне сезонные билеты на ледовый стадион “Seattle Scorpions”. Я посмотрел массу хоккейных матчей в Великобритании и начал играть, когда мне было восемь, но когда мы впервые смотрели игру НХЛ на стадионе? Да, это было что-то чертовски особенное.

Думаю, именно тогда моя приверженность игре достигла предела, и чем больше людей шептались и смеялись над моими шансами стать профессионалом, тем больше я упирался, решив доказать, что они ошибаются.

Мой отец всегда говорил, что спорт – пустая трата времени. Он хотел, чтобы я пошел по его финансовым стопам и работал в Кэнэри-Уорф в Лондоне. Работа биржевого брокера привлекала меня так же сильно, как выкалывание глаз тупым ножом, и когда я отказался работать в его фирме стажером, можно сказать, что именно тогда наши отношения по-настоящему пошли под откос. Я всегда был ближе к своей маме, поэтому, думаю, неудивительно, что я решил остаться с ней в Сиэтле, когда родители развелись, в то время как мой отец и сестра Дарси вернулись в Оксфорд по окончании его трудового контракта.

И именно там они оба сейчас живут, хотя я скучаю только по своей сестре, потому что наконец-то осуществил свои мечты. Не думаю, что папе когда-нибудь будет по-настоящему интересно то, чем я занимаюсь. Единственный раз, когда он, казалось, обратил внимание, это когда увидел количество нулей в моем профессиональном контракте.

Это правда; я получил преимущество, когда мама начала встречаться с Джоном, и он начал тренировать меня в частном порядке, но я всё ещё сильно отставал от стандартов, ожидаемых от других игроков моего возраста. Я всегда был быстр на льду, но мои технические навыки были...скажем так, не на должном уровне.

Я чуть не сломался в университете. Дошло до того, что я рисковал получить травму и был на грани полного истощения, прочти прописавшись на катке и в библиотеке, лишь изредка выходя куда-нибудь с друзьями.

У меня не было времени на свидания, но в какой-то момент я начал встречаться с девушкой по имени Оливия. Она была на том же курсе, что и Кендра, и она была милой. Я просто никогда не хотел заходить дальше нескольких свиданий, поэтому порвал с ней, не желая морочить ей голову.

Дарси полная противоположность мне – в то время как я никогда не хотел ни с кем серьезных отношений, у неё был постоянный парень, лет с пятнадцати. Я наблюдал, как они с Лиамом вместе проходят через все испытания, и, честно говоря, подобное было не для меня. Была только одна девушка, с которой я хотел чего-то серьезного.

Отбрасывая мысли о том, когда я видел её в последний раз в баре “Lloyd”, я останавливаюсь в центре катка. Ничто не могло подготовить меня к сегодняшнему дню. Я мог бы посетить тысячу матчей НХЛ в качестве зрителя и отыграть десять сезонов в АХЛ, и я всё равно был бы так же ошеломлен первой показательной игрой предсезонки.

Чёрт, это безумие, и это только разминка.

– Все хорошо? – Сойер останавливается рядом со мной, и мы начинаем разминать пах, ягодичные мышцы и подколенные сухожилия.

Я оглядываю арену, заполненную по меньшей мере двадцатью тысячами болельщиков. Разглядеть мою маму невозможно, но я знаю, что она сидит – и, вероятно, кричит – в семейной ложе наверху.

– Ага, – говорю я, переходя к левой ноге и вытягивая её.

– Сегодня вечером у тебя будет достаточно времени на льду, – склонив голову через правое плечо, Сойер разглядывает оранжевые майки “Dallas Destroyers”. – С этими ребятами можно расслабиться.

– Они крутые, но мы умнее, – говорю я, вставая, когда Джон подходит к нам.

Сойер ухмыляется.

– Ты смотрел те же кадры, что и я? Главное – не терять голову в игре и быстро перемещать шайбу.

– И играть в команде, – отвечаю я, краем глаза замечая Тайлера, когда он направляется к Арчеру, готовый к броскам.

– Ладно, Морган, я хочу, чтобы ты разыграл свой удар, как мы и договаривались. И, Брайс, ты нужен мне на секунду. Я передумал по поводу стратегии в последнюю минуту, поскольку стартовый состав будет не таким, как я ожидал, – инструктирует Джон.