Табу на вожделение. Мечта профессора (СИ) - Сладкова Людмила Викторовна "Dusiashka"

Опустевший флакон немедленно свалился к его ногам, повинуясь земному притяжению. Но мужчина даже бровью не повел. Было не до этого.

Не мигая, он следил за тем, как его студентка разворачивается и уходит.

Как усаживается на заднее сиденье автомобиля и захлопывает за собой дверь.

Оставшись снаружи в гордом одиночестве, Марат неподвижно стоял некоторое время. Но пламя, бушующее в крови, никак не утихало.

Требовало выхода. Разрядки. Каменный стояк причинял уже не просто дискомфорт, а самую настоящую боль. И он совершенно не представлял, как выдержит ближайшие тридцать-сорок минут в одном пространстве с ней.

С девчонкой, в присутствии которой его предавало собственное тело.

«Выдохни! Выдохни, черт тебя подери! Нужно успокоиться!»

Не придумав ничего умнее, Каримов обошел автомобиль, открыл дверь с водительской стороны, торопливо схватил пачку сигарет, зажигалку и довольно сухо произнес:

— Прогуляюсь немного! Из машины не выходить — тут могут быть хищники!

— А как же вы? — взволнованно. — Вдруг…

— А меня они не тронут! — заявил раздраженно. — Но ты смело можешь составить мне компанию, если так сильно переживаешь! Развлечемся, пташечка?

— Нет, спасибо. Я останусь с ребенком.

— Разумно!

Хлопнув дверью, Марат уверенной поступью двинулся вперед.

Опавшая листва громко шуршала под ногами, пока он удалялся вглубь лагеря. Метров через сто остановился. Наощупь достал из пачки сигарету, подпалил и жадно затянулся, чувствуя легкое головокружение от столь необходимой дозы никотина. Едва приговорив первую, Каримов закурил вторую. Может, и самовнушение, но ему действительно полегчало. Попустило. Возбуждение никуда не исчезло, но стало менее… выраженным.

Менее острым. И чуть менее болезненным. А большего ему и не требовалось.

Простояв так еще некоторое время, Марат направился обратно к машине.

Заглянув внутрь, окликнул девушку уже гораздо спокойнее:

— Юля?

— Да, Марат Евгеньевич?

— Выйди-ка на секунду.

Пока она выбиралась наружу, Каримов открыл багажник и достал оттуда пластиковую пятилитровку, наполненную водой наполовину.

А как только Попова оказалась рядом, он всучил ей бутылку со словами:

— Полей!

Безропотно кивнув, Юля подчинилась. Мужчина несколько раз омыл лицо и голову ледяной водой, щедро набирая жидкость полными пригоршнями.

Когда водные процедуры подошли к концу, девушка коротко резюмировала:

— Вам бы полотенце…

— В бардачке поищи.

Попову будто ветром сдуло. Но к тому моменту, когда Каримов убрал бутыль и закрыл багажник, она вновь стояла подле него и смущенно протягивала небольшое полотенце. Выхватив кусок махровой ткани из ее рук, мужчина быстро привел себя в порядок.

— Все. Топай внутрь. Сейчас поедем.

Сам он тоже последовал своему совету и удобно устроился на водительском месте. Возвращая полотенце обратно в бардачок, Марат заметил, что фляжка, недавно брошенная у машины, теперь тоже лежала здесь. Очевидно, Юля подняла ее, пока он гулял, пытаясь успокоиться и взять себя в руки.

— Марат? — тихонько позвал его Артем. — А можно я угощу Юлю бургером?

— Ну, угости, — бросил безразлично, одновременно поворачивая ключ в замке зажигания. Малой шустро расстегнул молнию на своем рюкзачке и, смущенно улыбаясь, протянул девушке небольшой сверток.

Но она тут же воспротивилась:

— Нет-нет! Что ты? Я совсем не голодна!

— Он вкусный! И свежий! Мне Марат купил, когда мы от бабули возвращались. А потом сразу поехали тебя искать …

— Спасибо! Но я правда не…

— Живо взяла у ребенка бургер и съела! — строго прогромыхал Каримов, трогаясь с места. — Ты выпила приличное количество крепкого алкоголя без закуски! Если мои подсчеты верны, последний раз ты питалась не позднее двенадцати часов дня. А сейчас вечер. Хочешь, чтобы тебя развезло на голодный желудок? Не вопрос! Но в таком случае тебе придется остаться на ночь у меня дома — пьяную принципиально никуда не повезу!

В зеркало заднего вида Марат пристально наблюдал за этими двумя.

Юля раскрыла рот и снова закрыла, не издав ни звука. Артем же замер, выпучив от удивления глазенки. Что происходило в тот момент в детской голове, сложно представить. Но спустя секунду он торопливо запихнул угощение обратно в свой рюкзачок и взволнованно улыбнулся.

Каримов покачал головой и устало выдохнул:

— Тема, что за фокусы?

— Марат, пускай она опьянеет!

— Не хочу я опьянеть! — насупилась Попова. — Не будь жадиной! Дай мне его!

— А ты останешься у нас на ночь?

— Нет, конечно!

— Тогда… я сам съем!

— Артем! — грозно нахмурил брови мужчина.

— М-м-м?

— Ведешь себя не по-мужски, дружочек!

Племянник сокрушенно выдохнул. С сожалением покосился на Юлю.

А после вновь протянул ей бургер и небольшую бутылку сока.

— Угощайся!

Благодарно кивнув, девушка приняла еду из рук ребенка.

Но, прежде чем приступила к трапезе, пылко заверила:

— Спасибо! Я обязательно заплачу вам за него!

— И получишь по шее в тот же миг, — усмехнулся Марат.

— За… что?

— Ешь, Попова! Просто ешь.

На сей раз возражать она не стала. Не без удовольствия мужчина наблюдал, бросая мимолетные взгляды в зеркало, с каким аппетитом девушка уминает угощенье. Артем тоже не сводил с нее любопытного взгляда.

— Ой! — промямлила она с набитым ртом. — Марат Евгеньевич, а можно мне зарядить у вас телефон? А то родные будут волноваться…

Не оборачиваясь, он протянул ей руку. Вскоре в его ладони оказался ее мобильник. Простенький. Дешевенький. Но вроде современный.

Притормозив на пару секунд, Каримов подключил устройство к зарядке.

Смартфон «ожил», включился. На экране вдруг появилась фотография.

По центру стояла невысокая темноволосая женщина лет сорока-сорока пяти на вид. С одной стороны, буквально светясь от нежности, ее обнимала Юля. С другой — тот темноволосый паренек, с которым она обжималась первого сентября. Который чуть не подрался из-за нее со своими друзьями.

«Дьявол! Как вспомню, аж передергивает всего!»

Скрипнув зубами, Марат уточнил, кивнув на экран мобильника:

— Мама?

— Да. Моя мамуля.

— И что, ты всех своих… кхм, всех подряд с ней знакомишь?

— В каком смысле? — недоуменно.

— Я про парня твоего. На фото.

Повисла пауза. А потом вдруг салон наполнился звонким девичьим хохотом.

— Вы с ума сошли? Это мой брат!

«Брат… Брат… Брат…»

Что-то больно екнуло в груди от столь простого, банального слова.

Тем не менее, взяв себя в руки, Каримов снова ударил по газам.

— Брат? — переспросил удивленно. — Какой еще брат?

Юля нежно улыбнулась:

— Родной. Единственный. Младший.

— Надо же…

— Как можно принять Костю за моего парня? Мы ведь даже внешне похожи!

«Да уж! Действительно! Я — конченый идиот! Стоп! Костя?»

— Хм! Выходит, это с ним ты беседовала сегодня под дверью моего кабинета?

— Угу! — утвердительно закивала девушка.

А потом:

— О! Теперь я поняла, о каких «ухажерах» вы твердили! Позвольте разочаровать: один из них — мой брат, второй — бывший парень, с которым после его… предательства я не желаю иметь ничего общего!

После ее слов на душе стало тревожно.

— Этот хлюпик сделал тебе больно?

— Можно и так сказать.

— А лучше сказать прямо!

— Да. Он систематически изменял мне с моей единственной подругой. Однажды я застукала их, и правда всплыла наружу. И после этого он надеется, что я прощу его? Каким придурком нужно быть, чтобы так думать?

«Твою ж мать! Как? Как у него член поднялся на кого-то кроме нее?»

— Не выражайся, Попова.

— Простите!

— Но мыслишь правильно.

— Не знаю. Я просто так чувствую.

— Есть такой тип людей. Им нравится предавать.

— Да. Наверное.

— Ну, а… с Назимовым у тебя как дела?