Рыцарь для Лики - Миленина Галина
Она быстро подошла к компьютеру и набрала: «Отели Италии». Высветился длинный список отелей, она пролистала в алфавитном порядке, нашла буку S и обречённо вздохнула: «Бедная девочка, как она с этим справится?» На эту букву начинались названия, наверное, большинства отелей мира: это были и все «San» – солнечные в разных вариантах; и начинающиеся с обозначения «St.» – отели, названные в честь святых; и, конечно же, все возможные вариации со «Star» – «Star Hotel Metropol», «Star Hotel Michelangelo»; и т. д. и т. п. И даже всем известный «SHeraton», можно сказать, начинался с буквы S. Можно было сразу исключить все короткие имена отелей, ведь экстрасенс Никник затруднялся передать длинное название, которое ему показали. Но и здесь Марину ждала неудача: схожих по количеству букв, таких, как «Sofitel Rome Villa Borghese», было тоже много – больше, чем хотелось.
«Да, – подумала Марина, – чтобы побывать хотя бы в нескольких отелях, нужно обладать, доходом такого уровня, который не монтируется с возможностями девушки Лики». Это нереально. «Но что же тогда промелькнуло важное в её повествовании, за что, мне показалось, можно было ухватиться? Какой-то смутный образ?»
Она знала: если не напрягаться, память обязательно услужливо разархивирует нужный файл в нужное время. Она закончила собирать дорожную сумку и набрала мобильный телефон Лики. Марина просто не могла улететь в командировку в Крым, не сообщив об этом девушке. Сразу же после первого гудка Лика ответила. У неё всё шло по божественному плану, как она выразилась, всё было прекрасно – директор обещал отпуск в конце сентября. В Италии в это время ещё лето. Ей уже грезятся чудесные отели, старинные замки, и она выбирает подходящий для своего путешествия. Весь год она много работала, чтобы позволить себе это. Да, голова идёт кругом – их так много на букву S! Что касается обладателя приятно пахнущего джемпера, то он, к сожалению, не дал о себе знать. Завершая разговор, Лика пожелала Марине удачной поездки и добрых попутчиков.
«Ну что же, раз ясновидящий увидел Лику в Италии, значит, так тому и быть, и она приедет к своему рыцарю», – подумала Марина и тут вспомнила вот это ключевое слово – «рыцарь». Никник так и сказал: и встретит Лика своего рыцаря. Вот оно, и Марина вспомнила, что тогда в поезде хотела сказать девушке, но так и не сказала. «Ладно, будет ещё время поразмыслить об этом! Да, писание детективных романов зря не проходит. Надо же мне и в жизни до всего докопаться! А меня просили? Нет!»
– Вот и живи, Марина, своей жизнью, а в чужую не лезь! – уже вслух сказала себе журналистка.
Пора. Она подхватила сумку и поспешила к выходу. На улице её уже поджидало такси.
Прибыв в Судак, Марина легко нашла туристический комплекс, расположенный на набережной, и получила ключи от своего номера. В начале июня было необычно холодно и сыро, третий день на море был шторм, и моросил холодный, похожий на осенний, назойливый дождь.
Конференцию открывал генеральный директор Государственной научно-технической библиотеки России, президент Международной ассоциации пользователей и разработчиков электронных библиотек и новых информационных технологий, председатель оргкомитета конференции. Он приветствовал участников и гостей форума на четырёх языках. В завершение торжественной части все дружно исполнили традиционный гимн конференции на мотив известной песни «Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались». Во время перерыва председатель с официальными представителями власти посадили традиционную голубую ель у входа. Наконец, официальная часть была окончена, и все устремились на ужин. После ужина участников конференции пригласили на просмотр театрализованной постановки, а затем на фуршет под открытым небом. Танцы и праздничный фейерверк закружили всех на парковой площадке, утопающей в вечнозелёных соснах Станкевича и благоухающих после обильного дождя розах.
На следующий вечер Марина пошла на творческую встречу с бывшим диссидентом, а ныне израильским поэтом Игорем Губерманом. Он читал со сцены свои «Закатные гарики» – острые, пронзительные юмористические четверостишия, часто скабрезные и сдобренные матом – так часто, что некоторые дамы не выдерживали и, оскорблённые, возмущаясь, демонстративно вставали и медленно покидали зал. Медленно, видимо, исключительно ради того, чтобы всё-таки дослушать очередной его шедевр до конца. Да, с матом стареющий поэт явно перебирал, но это было чертовски к месту. Замени он ненормативную лексику на изящный академический слог, его «Закатные гарики» стали бы обычными и пресными, не способными вызвать у зала такие взрывы смеха и одобрительные аплодисменты. В нём самом чувствовалась такая внутренняя свобода, рядом с которой не всем было уютно. Такая свобода обескураживала и даже пугала законопослушных граждан.
На следующее утро, столкнувшись в кафе на набережной с супружеской четой Губерман, Марина отметила терпение, несмотря на пасмурное, хмурое его настроение с утра, с которым поэт подчёркнуто вежливо давал редким желающим автографы. Смиренно фотографировался с ними, отставив свой бокал с пивом в сторону и украдкой бросая взгляды сожаления на катастрофически быстро оседавшую пену. Вид у него был, как у старого, уставшего клоуна после окончания большого представления в цирке.
Вернувшись в свой номер, Марина обнаружила: невзирая на продвинутые инновационные технологии и участников конференции из более двадцати стран, Интернет здесь не работал, хотя должен был, – и Марине пришлось выбираться из уютного номера в город. Она бросила флешку в сумку, накинула куртку с капюшоном и вышла из отеля. Воздух, только что пахнувший резкой озоновой свежестью, наполнился едва уловимым ароматом хвои и лесного разнотравья. Колючий мелкий дождик орошал подрагивающие на ветру листья, разбивался на искрящиеся брызги о лезвия хвойных игл. Запахи хвои, цветов и разнотравья дурманящей волной окутали Марину, она остановилась и с удовольствием сделала несколько глубоких вдохов. Затем сбросила капюшон и перебежками, спасаясь от дождя, помчалась искать интернет-кафе.
Покончив с делами, дошла до рынка, купила себе свежей клубники, холодной и влажной, маленькую баночку домашних сливок. Поглядывая на клубнику и борясь с искушением съесть её немедленно и немытой, Марина шагала по направлению к набережной. По дороге ей несколько раз попался на глаза стенд с рекламой турнира «Генуэзский шлем». Она остановилась у одного и заинтересованно прочла:
«Бугурт (массовое сражение) – одно из самых ярких фестивальных мероприятий. Количество участников, задействованных в одном сражении, колеблется от 250 до 450 рыцарей. Туристы могут не только насладиться уникальным зрелищем, но и пройтись по торговым ярмарочным рядам „Города мастеров“, где представлены различные изделия народных промыслов и ремесел, многие из которых изготавливаются прямо на глазах зрителей. Будут работать кузница и гончарный круг.
Организованные группы туристов сопровождаются по территории крепости бесплатными экскурсоводами в костюмах эпохи Средневековья. На сцене проводятся конкурсы доспехов и костюмов различных периодов Средневековья. Самодеятельные и профессиональные танцоры и музыканты играют на старинных инструментах, исполняют средневековые баллады, обучают всех желающих искусству средневекового танца».
Марина представила всё, о чём сейчас прочла, и ей захотелось побывать на этом зрелище. Дождь закончился, и в лужах, словно упавшее с небес, отражалось яркое солнце. Женщина не спеша прошла всю набережную до конца, с удовольствием вдыхая чистый морской воздух и размышляя о рыцарском турнире под названием «Генуэзский шлем». Реклама осталась с прошлого сезона. Турнир проходил с июля по август включительно. Сейчас ещё июнь, а рекламу не убрали. Это значит, что турнир проходит из года в год и в нынешнем сезоне тоже повторится. Да, три года назад она здесь видела эту рекламу, когда приезжала. Вот о чём тогда, в ночном поезде, хотела пошутить она в контексте предсказания Никника о рыцаре, но что-то отвлекло, а потом забылось или показалось неважным.
