Без принципов (СИ) - Джокер Ольга

— Нет. Я правда уже уезжаю.

Уговаривать нет смысла, поэтому я киваю и достаю из холодильника бутылку минеральной воды, чтобы утолить жажду. После секса всегда неловко. Особенно, если трахаться с бывшим и за деньги. Напряженная тишина раздражает нервные окончания. Нам не о чем говорить, но молчание буквально размазывает.

— Почему ты начал курить? — первой завожу диалог.

Ратмир едва заметно вздёргивает плечами, не торопясь оборачиваться. Одному богу известно, о чем он размышляет, глядя в темноту.

— Потому что у меня больше нет необходимости участвовать в нелегальных боях. Соответственно, здоровая дыхалка тоже уже ни к чему.

— Ты не занимаешься спортом?

Мир тушит окурок в пепельнице и ставит окно на проветривание.

— Я хожу в зал трижды в неделю, но это совсем не те нагрузки, что были раньше.

— Потребность выплескивать гнев тоже пропала?

Я поддерживаю диалог исключительно ради того, чтобы о чем-либо говорить, но не могу отрицать тот факт, что с каждой фразой интерес разгорается из едва тлеющего уголька в бушующий костёр.

— Да. У меня стабильная размеренная жизнь.

Вот как. Ясно.

Ратмир осекается, похлопывая себя руками по карманам, и направляется в прихожую. Готова поспорить, что сегодняшний приезд был незапланированным и необъяснимым, как и поцелуй и многое другое. Стабильность и размеренность дала сбой, но обольщаться на этот счёт вовсе не стоит, потому что рано или поздно всё вернётся на круги своя. Я — как-то устроюсь, а Мир будет засыпать и просыпаться в постели с женой. Понятия не имею, как у него на всех хватает сил, но углубляться в эти дебри я не стану — ради собственного же спокойствия.

— Если ты не против, то в выходные я хотела бы сходить в клуб с подругами, — обращаюсь к Ратмиру, когда он забирает с тумбы ключи и телефон.

— Я не против.

Эмоции остаются беспрострастными и нечитаемыми. Я закатываю глаза и начинаю шутливо оправдываться.

— Обещаю много не пить и ни с кем не знакомиться. Быть преданной. Я обслуживаю исключительно тебя и твой член. По крайней мере до завершения нашего договора.

Ратмир берётся за ручку и, прежде чем захлопнуть дверь, издевательски хвалит:

— Хорошо, что ты помнишь об этом, Дарья. Уверен, мы неплохо сработаемся.

Глава 17

***

— Девочки, давайте сделаем совместные фотки? — предлагает Вика, когда мы проходим мимо высокого овального зеркала в бронзовой раме.

Настроение весёлое и приподнятое, а в организме плещутся два алкогольных коктейля, поэтому я с радостью соглашаюсь и позирую. Долгие сборы не прошли даром — я остаюсь довольна полученным результатом и прошу приятельниц отметить меня в социальных сетях.

Мы садимся за стол и тут же подзываем официанта, чтобы сделать дозаказ. За вечер к нам уже несколько раз пытались подсесть мужчины, но эта встреча изначально планировалась чисто девичьей, поэтому на все до одного предложения давались вежливые, но категоричные отказы. Нам и втроём хорошо.

Успев потанцевать под зажигательные треки, мы возвращаемся к обсуждению незавершённой темы нашумевшего благотворительного аукциона Анны Авдеевой. Разговор об этом шёл всю дорогу к клубу и несколько часов после, но у Вики столько эмоций, что сложно остановиться и поговорить о чем-то другом.

Сплетни сыпятся с излишком. Я нехотя впитываю ненужную информацию, как ни пытаюсь от неё оградиться. Таким образом мне удаётся узнать, что Ратмир выдвигается на выборы исключительно ради того, чтобы использовать незаконные схемы для принятия определенных решений, злоупотребления служебным положением и возможности получить влияние на бизнес. Не знаю, насколько это соответствует действительности, но я уже ничему не удивлюсь. От услышанного возникает одно единственное желание — отмыться и стереть себе память.

Труханова хвалится тем, что на аукционе выкупила футболку с автографом любимого исполнителя, показывает фото и видео. Я замечаю Богомоловых и Авдеевых-старших. У Олега Вячеславовича и Ольги Игоревны наладились отношения насколько это возможно. Женщина нашла в себе силы, чтобы простить мужу не просто интрижку, а полноценный длительный роман.

К слову, некоторое время назад я порывалась устроить встречу с дядей Олегом после того, как узнала о диагнозе мамы, но та была строго против и запретила к нему приближаться. Сказала, что это ничего не даст. Она пыталась. Если мужчина вычеркнул любовницу из жизни, то сделал это раз и навсегда, обрубив все связи во имя сохранения семьи. Унижаться перед ним мама больше не стала.

— Даш, это правда, что тебе предложили остаться в аспирантуре? — позже спрашивает Вика, потягивая кислотно-зелёный коктейль из трубочки.

Я киваю, потому что такое действительно было — мой дипломный руководитель не раз просил хорошо подумать над тем, чтобы заняться научной деятельностью, но существует одно «но», которое перечёркивает преимущества данного предложения — деньги. Аспиранты дневной формы обучения получают крошечную стипендию. Можно, конечно, подрабатывать ассистентом, но этих средств всё равно недостаточно для жизни и аренды квартиры.

— Я пока в раздумьях, — коротко отвечаю. — А вы что планируете дальше?

Вопрос актуальный и острый. Вика отвечает, что собирается на дипломатическую службу в консульство, где за неё уже замолвили словечко. Иметь связи — это прекрасно. На самом деле мало кого интересует вчерашняя студентка пусть и лучшего вуза страны.

— Хотя, по правде говоря, работать совсем не хочется. Я была бы не против удачно выскочить замуж, родить ребёнка и наслаждаться семейной жизнью.

— А я была бы не против удачно выскочить на топовую должность, запустить стартап и наслаждаться видами из офиса на тридцатом этаже, — ворчит Оля. — Главное найти свой путь, девочки.

— Звучит как тост, — поднимаю бокал.

После зажигательных танцев и третьего коктейля я выхожу на улицу в поисках укромного места, чтобы позвонить маме и узнать о состоянии её здоровья. Каждый раз внутри меня что-то переворачивается, когда идут долгие монотонные гудки. В голову сразу же лезут плохие мысли, но, к счастью, почти всегда напрасно. Как и в этот раз. У мамы всё хорошо. Голос бодрый. В гостях сидит соседка. Я обещаю, что заеду завтра и с облегчением завершаю вызов.

От Ратмира пусто. Ни звонков, ни сообщений. Последний раз он был в сети более двух часов назад. В этом нет ничего удивительного, суббота — семейный день, который хочется провести с близкими. К тому же я предупредила, что тоже буду занята.

Поднявшись по ступеням, я дергаю металлическую ручку и возвращаюсь в клуб, но прямо на пороге резко врезаюсь в крепкую мужскую фигуру.

— Простите, пожалуйста, — бормочу, отступая назад.

Вообще-то мне куда больнее, потому что я ударилась плечом о дверной косяк, но проклятая вежливость не дает пройти молча и мимо.

— Даша?

Удивлённый голос отлично мне знаком. Я сразу же вскидываю подбородок и начинаю широко улыбаться, увидев перед собой Егора — давнего друга Ратмира, который когда-то тоже участвовал в нелегальных боях.

Я помню его простым уличным парнем в мешковатом спортивном костюме, но сейчас передо мной стоит красивый мужчина в рубашке и брюках и с аккуратной короткой бородкой. Возможно, я тоже сильно изменилась за пять лет, но мне почему-то кажется, что не настолько.

— О, здравствуй, — приветствую старого знакомого. — Не ожидала тебя здесь увидеть...

Я редко хожу в подобные заведения. Наверное, слишком редко, чтобы встречать кого-то из прошлой жизни.

С Егором у меня связаны самые тёплые и добрые воспоминания. Именно он помог мне устроиться на работу в бойцовский клуб, где наши отношения с Ратмиром стали быстро и стремительно развиваться. До сих пор помню, как всех нас задержала полиция после одной из смен. Было дико и страшно, но сейчас это воспринимается вовсе не так — со щемящим чувством ностальгии. Мир тогда утешал меня, как мог. Берёг и заботился, пока я спала на его коленях, а после — я ждала его всю ночь под участком. Когда дождалась, то мы долго колесили по городу, ели дешевые хот-доги на заправке и запивали их колой...